Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Свирепый черт Лялечка (67)
  2. Путь Кейна. Одержимость (40)
  3. Гнев дракона (36)
  4. Битва за Царьград (30)
  5. Пелагия и красный петух (том 2) (28)
  6. Любовница на двоих (25)
  7. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (25)
  8. О бедном Кощее замолвите слово (24)
  9. Свирепый черт Лялечка (24)
  10. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (22)
  11. Цифровая крепость (19)
  12. Роксолана (18)
  13. Умножающий печаль (18)
  14. По тонкому льду (17)
  15. Имя потерпевшего - никто (17)
  16. Начало всех начал (12)
  17. Ричард Длинные Руки - 1 (12)
  18. Яфет (11)
  19. Париж на три часа (11)
  20. Аквариум (11)
  21. Замок Броуди (9)
  22. Непредвиденные встречи (9)
  23. Странствующий теллуриец (8)
  24. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (8)
  25. Шпион, или повесть о нейтральной территории (8)
  26. Вставай, Россия! Десант из будущего (7)
  27. Колдун из клана Смерти (7)
  28. Омон Ра (7)
  29. Брудершафт с Терминатором (6)
  30. Заклятие предков (6)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Русская фантастика — > Михайлов Владимир — > читать бесплатно "И всяческая суета"

Владимир Михайлов.

...И всяческая суета


-----------------------------------------------------------------------
Н.Новгород, "Флокс", 1993 ("Избранные произведения" т.3).
OCR & spellcheck by HarryFan, 16 November 2000
-----------------------------------------------------------------------


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ


1
Двое разговаривали в дурно освещенном московском переулке.
- Нет, я на Востряковском лежу, - говорил один: долговязый, пожилой,
лысый. - Бывали?
- Не приходилось, - отвечал второй, среднего роста, носивший шляпу,
хотя время стояло летнее, теплое. - И как там, у вас?
- Ничего, лежать можно. Сыро, правда, бывает. И временами шумно. Однако
уход есть. И некоторые лежат очень приличные.
- Сыро - что же, это, конечно, неприятно, - сказал тот, что был в
шляпе. - Когда сквозь тебя водичка льется... Хотя это, безусловно, сейчас,
когда со стороны поглядишь. А пока лежали, ведь все равно было, а?
- Да уж, тогда сырость как-то не замечалась, - подтвердил первый, и оба
как-то странно посмеялись.
- А вы, - затянувшись сигаретой, возобновил разговор лысый, - надо
думать, на Ваганьковом прописаны? А то и на Новодевичьем? Каково там?
- Почему же это вы так решили?
- Облик у вас внушительный. Похороны государственные, наверное, были?
- М-да, пожалуй, государственные... Нет, я далеко лежу. В Заполярье, в
мерзлоте. В веселой компании.
- Еще не съездили туда?
- Куда же двинешься без паспорта? А вы разжились уже?
- Где там. И не светит. Живу с профсоюзным билетом...
- Просто беда, - грустно подтвердил человек в шляпе. - Как и всегда у
нас, до конца не додумают. Хорошо, что милиции теперь не до нас с вами.
Если кооператив с паспортами не поможет, то...
- Так-то оно так, - согласился первый. - Однако же теперь торговля по
паспортам, и визитки вводят, а работы нет и пенсии тоже. Хорошо еще - я
после себя оставил малую толику. Дети спорить не стали, отдают понемножку.
Тем и сыт.
- Повезло, - сказал обладатель шляпы. - А мое все пошло в доход
государству. Так что скоро с этой вот шляпой встану в подземном переходе
где-нибудь тут, близ Арбата...
- Не подадут, - сказал долговязый уверенно.
- Отчего же?
- Выглядите благополучно.
- О, это ненадолго.
Оба докурили, долговязый бросил окурок и затоптал, второй погасил
слюной и сунул в карман.
- Ну, всего вам доброго.
- Будьте здоровы!
И они разошлись: один - направо, к кольцу, второй же прямо, под уклон,
к набережной Москвы-реки.



2
Тогда из темноты, из-за строительного забора выбрался на тротуар
Тригорьев, участковый инспектор милиции, Павел Никодимович.
Он не затем оказался за забором, чтобы подкараулить и подслушать
разговорщиков. Он незадолго до тех двоих проходил тут же и ощутил вдруг
сильное желание укрыться от возможных взглядов, хотя и сознавал в этом
некоторое нарушение порядка. Тригорьев и воспользовался забором как
укрытием, а тут подошли эти люди, и сперва выходить при них показалось
неудобным, а потом очень заинтересовал разговор. Вот отчего инспектор
только сейчас показался.
Нечаянно услышанный разговор заинтересовал потому его, что в нем
прозвучало слово "паспорт". А участкового инспектора капитана Тригорьева с
недавнего времени как раз заботило то, что в пределах его участка стали
чаще обычного возникать люди, лишенные этого первого и основного признака
гражданства. Выяснялось это чаще всего в магазинах, где хотя и далеко не
всегда, но требовали все же предъявить названный документ. И не рвань



какая-нибудь то была, но люди внешне вполне приличные. Вот как эти двое.
Какая-то должна была быть тому причина. И Тригорьеву хотелось ее
установить. А кроме того, было в разговоре и еще нечто странное, капитан
только не сразу уловил, что именно. Но - было.
Он уже начал над этой странностью раздумывать. Но тут из-за угла
Второго Тарутинского переулка показался Лев Толстой, и участковый
инспектор прервал свои размышления, чтобы вежливо первым поздороваться.
Нет, это совсем не то, что вы подумали. Лев Израилевич Толстой был
старым одноногим евреем, инвалидом войны, а по профессии - сапожником. И
капитан Тригорьев поздоровался с сапожником первым не из уважения к
литературным заслугам последнего, - Лев Израилевич и писал-то не очень
правильно, с образованием у него был недобор, - а потому, что уважал
инвалидов войны, а что Толстой был евреем, так тем более можно было
поздороваться первым, чтобы лишний раз подчеркнуть, что перед законом все
равны.
Итак, капитан Тригорьев поздоровался и доброжелательно спросил:
- Ну, что нового слышно. Лев Израилевич?
- Что слышно? - переспросил старик, подняв на капитана свои большие и
неизменно грустные глаза. - Это я хотел у вас спросить, что слышно.
Например, о погромах: что вы об этом думаете?
Слухи такие действительно по Москве ходили, и не первый год уже, но
сейчас как раз приутихли. Поэтому инспектор ответил спокойно:
- Насчет погромов, Лев Израилевич, никаких указаний не было. Но если
что, порядок, конечно, восторжествует. А откуда такая у вас информация? С
митинга идете?
- А, нет, - ответил Лев Толстой. - Не с митинга, нет. Я тут в
кооператив заходил, возникло, знаете ли, дело...
- И там об этом услыхали?
- Откуда вы взяли? - удивился Толстой. - Нет, это я днем стоял в
очереди в овощном, так там... Нет-нет, не в кооперативе. Туда я просто так
зашел...
- Это какой кооператив? - на всякий случай поинтересовался капитан
Тригорьев. - Новый? Тут, за углом? Что же у них такого - интересного?
Тут печальные глаза Льва Израилевича неожиданно забегали из стороны в
сторону, и он неохотно пробормотал:
- Да так, знаете, ничего особенного. Мелочи... Но они, видите ли, по
частям не возвращают. Они могут только целиком. Одним словом, зря
сходил...
- Постойте, постойте, - насторожился капитан, вспомнивший, что
кооператив и в недавнем разговоре упоминался - и вроде бы в какой-то связи
с паспортами. - Что же они там возвращают? Уж не...
Но тут сапожник вдруг страшно заторопился.
- Ох, я же совсем забыл - у меня чайник на плите стоит, не дай Бог, уже
выкипел - вы представляете, что тогда будет? До свидания, будьте здоровы,
я спешу, спешу...
И, быстренько произнеся все это, Лев Толстой заковылял по переулку,
размашисто занося неуклюжий протез и усердно помогая себе палкой.
Капитан Тригорьев секунду-другую глядел ему вслед. Затем повернулся и
решительно зашагал в ту сторону, откуда и появился инвалид. А именно - в
сторону кооператива.



3
Пресловутый кооператив не столь давно возник в том уголке Москвы, где
названия площадей, проспектов, мостов, улиц и переулков напоминают о
славном прошлом России. Открылся он в старом трехэтажном доме, что не
выходил фасадом к проезжей части, но, как бы стесняясь непрезентабельного
своего облика, прятался в глубине двора, отгораживаясь от прохожих еще и
батареей мусорных контейнеров. Точнее, даже не в самом доме, но в его
подвале, в четырех небольших помещениях с зарешеченными окошками под
потолком. Подвал этот ранее был захламлен и заброшен и лишь временами
использовался местной молодежью для тусовок. Теперь же его очистили,
обновили, дверь обили рейками и покрыли немецким лаком, а на стене
утвердили скромную вывеску, гласившую: "Обретение". А пониже и мельче:
"Встречи с близкими". Сейчас капитан Тригорьев вспомнил, что поначалу
такое название его несколько смутило, наведя на мысли о чем-то вроде дома
свиданий, а то и просто публичного дома. Но, установив, что привезенное
оборудование годилось скорее для слесарной или какой-нибудь другой
технической мастерской, успокоился. И лишь вот сейчас возник у инспектора
повод зайти туда - чтобы рассеять или, напротив, подтвердить возникшие у
него подозрения.
Несмотря на достаточно поздний уже час, низкие окошки кооператива еще
светились. Капитан Тригорьев вошел в подъезд, спустился на одиннадцать



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43
РЕКЛАМА
Посняков Андрей - Рулиарий
Посняков Андрей
Рулиарий


Шилова Юлия - Раба любви, или Мне к лицу даже смерть
Шилова Юлия
Раба любви, или Мне к лицу даже смерть


Березин Федор - Красный рассвет
Березин Федор
Красный рассвет


Дальский Алекс - Побег в невозможное
Дальский Алекс
Побег в невозможное


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.