Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (20)
  2. Аллан Кватермэн (17)
  3. Начало всех начал (17)
  4. Гнев дракона (15)
  5. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (11)
  6. Путь Кейна. Одержимость (9)
  7. Тимур и его команда (8)
  8. Второй уровень. Весы судьбы (8)
  9. Память льда (8)
  10. Летучий Голландец (8)
  11. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (7)
  12. Странствующий теллуриец (7)
  13. Роксолана (7)
  14. Яфет (6)
  15. Пелагия и красный петух (том 2) (6)
  16. Пирамида (5)
  17. К "последнему" морю (5)
  18. Круг любителей покушать (5)
  19. Ричард Длинные Руки - 1 (5)
  20. Киммерийское лето (5)
  21. Армагеддон (5)
  22. Требуется чудо (5)
  23. Демон и Бродяга (4)
  24. Любовница на двоих (4)
  25. Полковнику никто не пишет (4)
  26. Свет вечный (4)
  27. Обратись к Бешенному (4)
  28. По тонкому льду (4)
  29. Париж на три часа (4)
  30. Кредо (4)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Русская фантастика — > Перумов Ник, Каминская Полина — > читать бесплатно "Посредник"


Ник ПЕРУМОВ и Полина КАМИНСКАЯ


ПОСРЕДНИК


ПОХИТИТЕЛИ ДУШ - 1

Анонс

Врач Нейроцентра Игорь Поплавский создает аппарат, способный на время освобождать душу человека от тела и отправлять ее в путешествие по реальностям, рожденным глубинами сознания. Для многих пациентов чудо-доктора цена за такое освобождение - жизнь. Неужто интеллигентный и обходительный врач на самом деле - кровожадный монстр? На поверку все оказывается намного сложнее, ведь в трагических событиях замешаны враждебные Земле Космические силы.

Пролог

Осенний Питер тонул в дождях. Нудные, мелкие и моросящие, они вот уже который день не прекращались ни на минуту. Игорь терпеть не мог осени. "Тоска, неизбывная тоска, которую не разгонишь ничем - ни картами, ни вином, ни женщинами", - вспомнил он какую-то подвернувшуюся цитату, грустно глядя в окно лаборатории. Даже работать не хочется. Вот ни на полстолечка. Несмотря на возможные результаты. А результаты, доложу я вам, потянут на Нобелевку, не меньше. Да что там Нобелевка! Золотой памятник в полный рост при жизни... Правда, где тогда взять денег на круглосуточную охрану...
"Эх, братец, - укорил он себя, - зажрался ты, похоже. Хорошо завлаб не придирается по пустякам, мол, чего ты в разгар рабочего дня бездельничаешь, "мысленные эксперименты" ставишь. Хотя... То, что ничего тебя не радует и к аппарату подходить тошно, это нормально. Естественная реакция после полугода каторжного труда, когда, забыв о том, что ты вообще-то врач, а не слесарь-электрик, вовсю лудил, паял, потрошил какие-то древние, пылью веков покрытые осциллографы, помнившие, наверное, еще дедушку Попова, создателя радио, не менее древние усилители и тому подобный хлам, который и электроникой-то назвать было стыдно".
В соседних лабораториях с радостно-нехорошим энтузиазмом разгребали руины забытых временем приборов, где наличествовала хотя бы самая простая электронная схема. В дело шло все. Получившийся монстр больше всего походил на машину сумасшедшего ученого из какого-то старого фильма ужасов.
Но Игорь был убежден, что прибор живой. Он то урчал, как сытый кот, то выл, словно побитая собака, то скрежетал, точно по его железным внутренностям разом металось с полтысячи крыс. Контрольные лампочки перемигивались, как глаза стоокого Аргуса.
Дождь сильнее забился в окна.
Надо встряхнуться. Через час первые испытания. Ни кролики, ни обезьяны не годятся. Поэтому работать придется сразу с людьми. К черту осторожность. Иначе никогда не докопаешься до истины. Никогда...
Ага, голоса за дверью. Пациент прибыл. Что ж, начнем...
Игорь настроил аппарат, выбросил из головы всякие посторонние мысли и потянулся к пусковому тумблеру.
ФИКСАЦИЯ КАНАЛА ПЕРЕДАЧИ. ЛОКАЦИЯ МЕСТОПОЛОЖЕНИЯ. ПРОСТРАНСТВО... СЕКТОР... СЕГМЕНТ-ОТДЕЛ... КВАДРАТ... ЕСТЬ!
Это было как яркая вспышка на сером фоне. Вспышка, за которой в бесконечность рванулась радужная сверкающая тень, разрывающая унылое однообразие беспредельности. К радужной тени со всех концов потянулись жадные разинутые пасти. Не прошло и мига, как сверкание погасло. И тогда пронесся стон - еще... еще... еще...
ЛОКАЦИЯ. КАНАЛ ПРОБИТ АБОРИГЕННОЙ УСТАНОВКОЙ. СВЯЗЬ НЕУСТОЙЧИВА. ВТОРАЯ ЛОКАЦИЯ. ТИП ЖИЗНИ: ОРГАНИКА. ТИП МЕНТАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ... СБОЙ. ОТКАЗ. ВТОРИЧНЫЙ ЗАПРОС. ЛОКАЦИЯ. КАНАЛ ПУЛЬСИРУЕТ. ТИП МЕНТАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ... НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! ЭТО ЖЕ ПРОТИВОРЕЧИТ ВСЕМУ, ЧТО НАМ ИЗВЕСТНО О НИХ!
ИЗ ДОКЛАДА СУБЪЕКТА СЛЕЖЕНИЯ КВАДРАТА PQ-WQ ГЛОБАЛЬНОМУ КООРДИНАТОРУ.
"ОНИ ВСЕ МАТЕРИАЛЬНЫ... ИМЕЮТ ФОРМУ, КОТОРУЮ НЕ МОГУТ ИЗМЕНЯТЬ. НИКАКОГО РАВНОВЕСИЯ - НЕВОЗМОЖНО УСЛЕДИТЬ ЗА МИЛЛИАРДАМИ РЕАКЦИЙ, ПОСТОЯННО ИДУЩИХ В ЭТОМ МИРЕ. СПЛОШНОЕ КОПОШЕНИЕ МОЛЕКУЛ В ЗАМКНУТЫХ ОБЪЕМАХ. ОЧЕРЕДНОЙ НЕЛЕПЫЙ ФОКУС ОРГАНИЧЕСКОЙ ХИМИИ, КОТОРЫЙ ОНИ НАЗЫВАЮТ "ЖИЗНЬ".
ОДИН ИЗ ВИДОВ ПРИМИТИВНЫХ СУЩЕСТВ - ТУЗЕМНОЕ НАЗВАНИЕ "ЛЮДИ" - ОБЛАДАЕТ УНИКАЛЬНОЙ СУБСТАНЦИЕЙ, АНАЛОГОВ КОТОРОЙ НЕТ ВО ВСЕЙ ОБОЗРИМОЙ ВСЕЛЕННОЙ.
МЫ НЕ МОЖЕМ ДАТЬ ТОЧНОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЭТОМУ ФЕНОМЕНУ. ПОХОЖЕ, ЧТО КАЖДЫЙ ТАКОЙ ОБЪЕКТ - ТУЗЕМНОЕ НАЗВАНИЕ "ДУША" - ЯВЛЯЕТСЯ, ПО СУТИ, НАДПРОСТРАНСТВЕННОЙ ДЫРОЙ, ЧЕРЕЗ КОТОРУЮ МЫ МОЖЕМ ВЫВЕРНУТЬ НАШУ ВСЕЛЕННУЮ НАИЗНАНКУ...
НАМИ БЫЛ ТАКЖЕ ОБНАРУЖЕН ИСКУССТВЕННЫЙ ВНЕПРОСТРАНСТВЕННЫЙ КАНАЛ ПЕРЕДАЧИ "ДУШ". СОЗДАТЕЛЬ ЭТОГО КАНАЛА НЕ ПОДОЗРЕВАЕТ ОБ ИСТИННОМ НАЗНАЧЕНИИ СКОНСТРУИРОВАННОГО ИМ ПРИБОРА И ИСПОЛЬЗУЕТ ЕГО ДЛЯ КОРРЕКЦИИ ОРГАНИЧЕСКИХ ПОРАЖЕНИЙ ДРУГИХ ИНДИВИДУУМОВ. ВСЛЕДСТВИЕ ЭТОГО КАНАЛ КРАЙНЕ НЕСТАБИЛЕН. ПРЕДЛАГАЮ ДЛЯ СТАБИЛИЗАЦИИ И КОНТРОЛЯ ЗА ВНЕПРОСТРАНСТВЕННЫМ КАНАЛОМ УКОМПЛЕКТОВАТЬ ЕГО СТАЦИОНАРНЫМ МАЯКОМ, МАТРИЧНЫМ УМНОЖИТЕЛЕМ И ПЕРЕДАТЧИКОМ... ИЗ АБОРИГЕНОВ, КОНЕЧНО ЖЕ... ПРОШУ РАЗРЕШИТЬ ВМЕШАТЕЛЬСТВО НА УРОВНЕ ДО 2Е.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ИНТЕРЛЮДИЯ I

Положив оружие на колени, Вомбат с Димой сидели на пригорке, поросшем короткой колючей травой. Когда прут ядовитые лягушки, только и остается, что курить, пережидая, пока кончится это нашествие. Где-то позади тихо и зло чертыхался Цукоша, пытаясь из ошметков ботинка связать хоть какое-то подобие обуви.
Скользкие лиловато-серые твари шли плотным строем шириной метров шесть - ни перепрыгнуть, ни перешагнуть. Цукоше здорово повезло, что на нем оказались толстенные десантные ботинки. Поэтому его попытка перемахнуть лягушачью процессию закончилась только разъеденной подошвой. Можно не спрашивать, попал ли яд на кожу, - тогда минут двадцать назад все бы уже остались без врача. Собственно, любой член Команды и швец, и жнец, и на дуде игрец, но такого специалиста по местным болезням, как Цукоша, не найти ни в Штабе, ни в Поселке, ни даже в Тоннелях, где, говорят, есть вообще все, что угодно...
- Слушай, ну и какого рожна ты полез? - лениво спросил Дима, даже не оборачиваясь. Сигарета в его пальцах дымилась уже полчаса, не меньше. За это личное достижение Стармеха все курильщики Команды уважали его, словно изобретателя колеса.
- Знаешь, - признался как-то Пурген, - завидую я тебе. Экая головища! А вот у меня с логикой плохо. Я бы, наверное, только и смог бы, что какой-нибудь идиотский табачный ларек посредь леса придумать или там дерево, ну, с пачками "Родопи", значит... А у тебя просто - долгоиграющие сигареты. Здорово...
- Нет, Пургеша, - ласково возразил ему тогда Дима, - если бы у меня действительно было хорошо с логикой, я б придумал, что бросил курить.
Подошел Саня, с завистью - эк и ловко же он! - поглядел, как вкусно выпускает кольца дыма Стар-мех, и от нечего делать так же лениво, как и сам Дмитрий, съязвил в сторону Цукоши:
- Да, старый, до Боба Бимона тебе как до той башни...
Трепались, убивая время ничего не значащей болтовней. Обычно же в походе говорили редко. Да и что можно обсуждать с людьми, думающими мысль в мысль с тобой, чье любое движение ощущаешь как собственное?
Ну вот, лягушки, кажется, заканчиваются.
- У-у, блин, твари, - почти ласково проводил квакуш Дима. - Отошли...
Вомбат покосился на Цукошу - кажется, тот уже в порядке. Глянь-ка, соорудил вполне приличную обмотку. Толстая. До Просеки точно дотянет, а там старых автомобильных шин навалом. Новую сделаем.
- Давай-ка, толстый, поднимайся! - Грубовато, конечно, зато по делу. Обычный стиль Вомбата. При случае мог он приложить так, что даже у Стармеха розовели уши. Жестковатые мимолетные клички и постоянные прозвища Командира всегда оказывались настолько меткими и по делу, что мужики никогда не обижались. А иногда - например, после суточного перехода, повалившись без сил на землю в какой-нибудь особенно мерзкой дыре вроде Гнилого Подвала в Усть-Вьюрте, - даже ждали, какими греющими душ словами встретит Вомбат падающих с потолка слизняков.
Встали. Автоматы за спину. Вомбат свой карабин повесил на шею, так, чтобы можно было в любой миг пальнуть от бедра. Сегодня идем почти налегке - только самый минимум продуктов. Если все окончится хорошо, назад двинем навьюченные, как целый караван ишаков.
Первым свист уловил Двоечник и, охнув, схватился за затылок. Звук начал быстро нарастать. Удача, ах какая все-таки удача, что лягушки задержали Команду на холмах. Через час мы бы уже топали по равнине, а там... На ровном месте спасения от саунд-волны, как известно, нет. Но первая же возвышенность, принимая волну на себя, гасит колебания практически без отражения. Это все, конечно, теория. А практика проста: если наверху - живо вниз! Дальше действовал уже не мозг. Тренированное тело моментально сложилось в клубок, руки втянуты в рукава, подбородок поплотнее - к груди, падаешь на бок и быстро, кубарем вниз. Голову при спуске поднимать категорически не рекомендуется во избежание расставания с оной.
Все. Доехал нормально. Целую крепко. Ваша репка. Вомбат как следует пропахал колючий склон и теперь лежал лицом в небо, очень хорошо представляя себе ощущения яблока, натертого на мелкой терке. Покосился в сторону - на вершине холма все еще стояло зыбкое марево, совсем как над разогретым асфальтом. Тихо так. Все правильно, слух вернется минуты через три-четыре. Обычное последствие саунд-волны, но каждый раз Вомбат с трудом подавлял желание заправить обратно в уши вывалившиеся мешочки барабанных перепонок. Уж очень живо он себе это представлял.
Командир быстро огляделся, хотя чувствовал - скатиться успели все.
- Почему я не Илья Муромец? - глухо пробурчал рядом Пурген. - Давно пора с этим Соловьем-разбойником разобраться...
Шутка была дежурная, но заржали все. Далее должен был следовать отзыв. Обычно первым откликался Азмун, но сейчас он чего-то молчал, видно, треснулся при падении сильно. Вомбат немного подождал, приподнял голову и, дабы не нарушать традиции, отозвался:
- Да из тебя, Леня, Илья Муромец, как из дерьма - пуля.
Тут оказалось, что традиции почитали все. Фразу одновременно и стройно произнесли три голоса. Командир терпеливо подождал, когда мужики успокоятся - последним еще несколько минут кудахтал сам Пурген, - и прежним суровым голосом скомандовал:
- Все, завязали. Подъем.
До Просеки оставалось часа полтора ходу.
Раньше это был один из самых спокойных участков, или, как говаривал Стармех, "интервалов". Позади - Вредные Холмы, на которых всегда что-нибудь да случалось (вот на сей раз звуковая атака там застала), позади - лягушки (хорошо, что лягушки... а то мог и кое-кто похуже подвернуться). Теперь топай себе, километры считай. Вот только вправо, к полям, забирать не рекомендуется. Для здоровья вельми опасно. Потому как там - малый джентльменский набор удовольствий: Бешеные Пни, Борозда, в которой кто-то живет... да такой, что встречу с ним еще никто не пережил, а кроме них, те, кто и Пней, и Борозд, и даже Горелых Вагонов опаснее, - люди. И тоже с карабинами.
Влево, впрочем, забирать тоже не рекомендовалось. Один в этих местах путь. Одна тропа. Прямиком - к Просеке. И много кто по ней ходит.
...Вомбата спасла только отточенная годами тренировок реакция. Двоечник еще хлопал длиннющими ресницами, Стармех только поворачивал голову, Пурген закрывал рот, Азмун округлял глаза - а карабин в руках Командира уже коротко плюнул огнем.
Всем хороши автоматы, когда против людей. А здесь, на подступах к Горелым Вагонам, все-таки большей частью иные цели на мушку лезут. Да такие, что на них не пулька, а гранатомет "шмель" нужен. Тот, который с объемным взрывом. Бетонный гараж от попадания его гранатки моментом складывается внутрь, точно карточный домик. Но Вомбат никогда не изменял старому доброму "Симонову". Переделан, конечно, под мощный патрон - и стальной рельс запросто насквозь прошивает.
Миг спустя судорожно закашлял десантный "Калашников" доктора. Следом за ним открыли огонь Пурген и Дима. Двоечник, как самый хилый, шел почти налегке. Древний "ТТ" - и все.
Из черных скользких зарослей (сколько на них солянку пополам с серной ни лей, все равно живые, гады, - мутировали) вырвались четыре мохнатых клубка. В атаку они бросились беззвучно, и Команде скорее всего тут же и настали бы кранты, если бы инстинкт Вомбата не заставил его навскидку всадить тяжелую пулю со смещенным центром тяжести (такая, попав, в кашу перемалывает внутренности) в совершенно невинную на первый взгляд кочку. Кочка взревела дурным голосом, выпростала четыре мощные кривые лапы, распахнула розовато-серую пасть с зубищами белой акуле впору и маханула прямо к обидчикам. А следом за ней - еще трое.
Группсы. Они же - медвепсы. И откуда только такая помесь могла возникнуть? А впрочем, все законы Менделя и Дарвина уже давно к черту полетели. Возьмите злобность пит-булей, хитрость фокстерьеров, ум овчарок, прибавьте силу, почти равную медвежьей, впихните все это в очень крупного дога, грудь ему расширьте вдвое, дайте медвежьи когти и лапы, несообразную пасть, какую только в ужастиках увидишь, тушу покройте густым мехом (легкие пули, бывало, так в нем путались, что застревали сразу в подкожном жиру, не причиняя вреда) - и получится настоящий медвепс. Впрочем, нет, не получится. Поскольку тварь эту представить можно, лишь столкнувшись с ней нос к носу.
Вомбат стрелял, ведя ствол за ближайшим зверем. В твари уже сидело самое меньшее шесть пуль, левую часть головы разворотило в кашу, однако медвепс все еще бежал, и Вомбат знал: бестия успокоится, лишь только запустив клыки и когти в глотку убийцы или если ее попросту разорвут на куски.
Левую переднюю лапу медвепса оторвала только последняя в обойме, десятая, пуля. Рука уже сама оттягивала затвор, впихивая в пазы новую обойму, а медвепс со всего размаху хряпнулся оземь.
Еще одну тварь стреножил Стармех. Длинная очередь подрезала лапы группсу, раздробив суставы. Двое уцелевших, хрипло и яростно взлаивая, отступили. Понятно: им обед на сегодня обеспечен. Свои же сородичи. Такое же мясо, ничуть не хуже человечьего...
На прощание Вомбат прицельно разнес глазницу одному из трупоедов.
Ну все, разошлись. Тот, что остался, не сунется больше. Ему там хавки с избытком хватит. Того, одноглазого, не сегодня-завтра точно сожрет. Со стороны слепого глаза подкрадется - и привет дровосекам.
Держа оружие наготове, отступали. Двоечник отер пот со лба, заткнул пистолет за ремень.
- В кобуру убери, - строго приказал Вомбат. - Мы не в кино снимаемся!
- Ладно... все, нет их. Тот, который цел остался... ушел.
Да какой он целый! Азмун с Пургеном не меньше дюжины пуль в него всадили - и что? Покровит, покровит - и все. А потом пули сами выйдут. Или в том же подкожном жиру застрянут. Командир помнил, как одного такого "старика" им свежевать пришлось. Полсотни свинцовых дур насчитали. А бегал ре-е-ез-венько!
- Р-разобрались! - скомандовал Вомбат. - Саня! Как у тебя?
- Чисто, - откликнулся Двоечник. - Песики все живое на пару километров вокруг распугали...
Что распугали - это хорошо. Значит, до Просеки можно идти более-менее спокойно. Медвепсы порой надежнее миноискателя. Значит, бродячих курочек можно уже не бояться. Да и прыгуны медвепсов за три версты обходят.
Дорога знакомая, последний раз здесь ходили неделю назад, никаких неожиданностей после группсов вроде быть не должно. Но настроение какое-то дурное. Предчувствие не предчувствие, мандраж не мандраж... Вомбат быстро оглядел ребят. Народ явно расслабился. Как и всегда после пальбы. Дима закурил свою долгоиграющую - обычно на переходе он себе такого не позволяет. Леня что-то самозабвенно жужжит Цукоше, как всегда вытягивая шею и подскакивая на ходу, словно ребенок после зоопарка. А вот Саня хмурится. Ага, тоже что-то чует.
- Санек. - Командир чуть замедлил шаг. Сейчас нужно говорить безразлично, даже вяло. Двоечник - человек тонкий, врубается быстро, но и паникер не слабый. А главное - ребят может завести на сорок пять оборотов. - Откуда мрак? Упал неудачно?
- Не... - Саня и так всегда скрипит, как пасту из тюбика выдавливает, а сейчас и вовсе паста кончилась. - Влево надо забирать...



Продолжения не последовало, но мужики услышали и тоже насторожились. Вчера ночью план перехода обсудили до миллиметра. Еще удивлялись, до чего ровный получился отрезок. Трехчасовой запас времени, правда, сожрали лягушки, но и до Просеки уже оставалось - чуть. Вомбат мысленно развернул карту. Нет, что-то Двоечник мудрит. Влево соваться никак нельзя. Там Новое Русло, сейчас оно как раз метрах в двухстах. Командир сам видел, что остается от человека в костюме химзащиты при падении в воду. Сам туда, конечно, не полезешь, но вот желающие помочь могут найтись, а самое главное, вода в Русле, похоже, живая - то и дело на берег языки длинные выбрасывает, добычу ищет. И далеко ж, бывает, зараза, выбрасывает! Бродячих курочек и группсов только так ловит. И до чего ж хитрющая! Никогда добычу без остатка не сгложет, хоть чуть-чуть гнилого мяса на костях да оставит. И на берег выбросит, вроде как приманка. А курочки с группсами тут как тут... вот и тягаются, кто быстрее... А вот на быстряков река не действует. Ни на полстолечка. Вползают, переползают, чуть ли не купаются. И вот ведь что удивительно - против того же быстряка кислотная граната - самое милое дело...
Дальше вообще атас: Железка, Гаражи, Горелые Вагоны... Чума, одним словом. И близко, отвратительно близко ТЭЦ. Вомбату вдруг показалось, что у него за щекой медный пятак.
- Влево надо уходить... - с тоскливой безнадежностью вновь проскрипел над ухом Двоечник, и только теперь Вомбат допер взглянуть вверх.
- Стоп. - Сглотнул, отметив, как закопошилась в животе изжога. - Ну, Саня, ну, ты монстр! Я ведь даже внимания не обратил на цвет тучи. Неудачный сегодня день, нехороший. Двоечник прав - сваливать надо.
Чуть повернул голову, чтобы слышали все. Не торопясь, но сжато, рублено:
- Изменения в маршруте. Уходим влево. Дистанция четыре шага. Я - первый, Двоечник за мной, Стармех замыкающий. - Взгляд Сани выражал уже полнейшее отчаяние. - Бегом.
Бежали тяжело. Казалось, уварившиеся мозги болтаются в башке, как в кастрюле. Вомбат автоматически замедлил шаг, огибая сыпучий склон. Так же, не раздумывая, прибавил скорости и с остервенением врубился прямо в черные заросли. Чуть не разодрал щеку веткой - вовремя пригнул голову. Если этими черненькими веточками поцарапаешься - сепсис почти гарантирован. Если только не применить немедленной ампутации... Шучу, шучу, конечно...
Недоумение за спиной уже сменилось полным пониманием. Молодцы, даже дыхание не сбили. Ровно идут, как всегда, в ногу, что удивительно, если учесть разницу в росте Цукоши и Лени, например.
Не глядя на небо. Под ноги. Под ноги. Левой. Правой. Держи темп. Не оцарапайся. Локтем сбивай ветки. Легко говорить, когда всей спиной чувствуешь белый от страха взгляд Сани и его паническое желание обогнать Командира и припустить что есть мочи - не важно куда, важно побыстрее! Спокойно, спокойно, приятель, держись в строю. Еще метров триста - и ты спасен. Кого это я уговариваю? Вомбат не успел удивиться своим мыслям, внезапно вылетев на открытое пространство. Заросли кончились.
Да, похоже, Трубу в этом месте здорово припечатало. Дыра на месте разрыва до жути напоминала ухмыляющийся рот. А вот чего мы не учли, так это высоты. Секунду Команда стояла, задрав головы, а через две Саня уже карабкался на плечи Азмуна и цеплял веревку за рваный, искореженный край Трубы. Командир успел последним ввалиться внутрь за несколько мгновений до того, как зашуршали первые мелкие капли. Нормально, успели. В очередной раз прошмыгнули мимо безносой старухи с косой.
- Оружие проверить! - рявкнул Вомбат.
Нельзя расслабляться. Труба - это, конечно же, не Железка и уж тем более не Горелые Вагоны, но и не считающиеся почти мирными Гаражи, где, говорят, какие-то чудики на букву "м" даже жить ухитряются. Но варежку разевать тут тоже не стоит. Ежели Ржавый Червяк тобой заинтересуется... или еще кто похуже... Тут Вомбат пожалел, что нет у них огнемета. Не дает его Квадрат, хоть плачь. И гранатомета "шмель" не дает. Вот "Симонов" с мощной оптикой - это пожалуйста. И оптика притом первоклассная: как ни крути, как ни верти карабин, как ни кидай - не сбивается прицел, и все тут.
Слабенький моросящий дождик, вечная примета северной столицы, выглядел совершенно безобидно. Даже странно: с чего это пятеро здоровых мужиков отсиживаются в Трубе - чай, не сахарные. Остро запахло жареными семечками. Дождик оказался еще тем. Даже черные скользкие, ко всему привычные кусты-мутанты судорожно задергались, точно пытаясь увернуться от падающих с неба капель. Вомбат невольно поднял глаза. Да нет, Трубу делали на совесть. Ей никакие кислотные дожди не страшны.
- Хотел бы я знать, сколько сейчас тут пэ-аш, - мечтательно протянул Пурген, глядя на корчащиеся под дождем ветки, - интересно было б кислотность прикинуть...
- Слушай, молчи уж, исследователь хренов! - Азмуна аж перекосило от злости. - Не умничай! А если очень интересно - высунь палец, по степени ожога я тe6e сам прикину с точностью до десятой.
Никто даже не улыбнулся. К тому же не факт, что Азмун пошутил.
После долгого рассеянного молчания (изредка кто-нибудь мельком поглядывал на Двоечника, пытаясь по его лицу определить, надолго ли дождь) Командир громко откашлялся, призывая к вниманию.
- Ну что, какие у кого варианты?
Сострил, называется, блин горелый. Варианты! Кое-что из серии: "Вам электрический стульчик или гильотинку?" Минуты три все бестолково орали друг на друга. Многократно отраженные от стенок вопли наполнили Трубу, она загудела, задрожала и, верно, развалилась бы, не гаркни Вомбат громче всех нечто короткое и непечатное. Все. Очнулись. Заткнулись. Устыдились.
- Детки малые, - Вомбат на всякий случай решил подбавить строгости, - пионеры-скауты, "Зарницу" вспомнили? Макулатуру собираете? Саня, что с дождем?
И без того бледное лицо Двоечника стало чуть ли не прозрачным от напряжения.
- Скоро усилится... Но тучи идут уже другие... Светлые...
С уважением поглядывая на напрягшегося Саню, Цукоша попытался выглянуть наружу. Стармех тут же рывком усадил его на место и, верно, маленько переборщил: тот въехал головой в стенку. "Бом-м-м", - глухо и долго отвечала Труба.
- Вот и половину пробило, - тихонько прокомментировал Леня, но тут же состроил виновникам шума жутко зверскую рожу.
- Кислотную тучу уносит на север, - вдруг спокойно и бесстрастно заговорил Двоечник, полуприкрыв глаза. - Облачность плотная, там еще дня на два дождей.
- Идти скоро можно будет? - Командир и сам бы ответил на этот вопрос, но нарочно подставлял Саню. Двоечник лучше всех чует, что там с атмосферой, пусть и выводы сам делает - все-таки член отряда, а не барометр ходячий. Если сейчас Саня скажет, что дальше идти нельзя, нужно отсидеться, опять поднимется шум, кто-нибудь наверняка ляпнет: "А поползли-ка, мужики, по Трубе". Пусть решают. Лично я бы ни за какие туда не сунулся. Но на сей раз, похоже, другого выхода нет. Опять же мужикам в демократию поиграть приятно. "Психология", - одобрил бы Леня.
"Слушали". "Постановили". Идем по Трубе. Следующий разрыв у нее аккурат подле Гаражей. Вомбат усмехнулся. Он даже мысленно представлял это слово написанным с большой буквы. Что поделаешь, если уже давно вереница некогда вожделенных бетонных вместилищ для машин превратилась в самостоятельный географический пункт. Командир страшно гордился изобретенным афоризмом: "Чем сложнее время, тем проще названия".
Э нет, ребята, здесь порядок прохождения другой. Тут командир с шашкой наголо на горячем коне ни к чему.
- Первым пойдет Стармех. Я - за ним. Потом Пурген, Саня, Азмун - замыкающий. Объяснить? Объясняю. Хрен его знает, что там впереди, в этой железной кишке.
- Ясно что, - хохотнул Цукоша, добавив пару слов по-латыни.
- У Димы отличная реакция, к тому же у него Полные карманы всяких полезных штучек, умеющих очень вовремя взрываться. Двоечник с Азмуном прикрывают. - Остальное не для микрофона: если позади будет что-то не так, Двоечник моментально почувствует. А Цукоша помешает ему наделать глупостей. Впрочем, всему свое время. - Отдых закончить, проверить снаряжение. В случае чего огонь открываем мы с Азмуном.
Все сразу захлопотали, засуетились, потому что решить-то решили, но особой радости от предстоящего по меньшей мере километрового перехода по железному тоннелю высотой чуть больше метра никто не испытывал. К тому же о Ржавом Черве наслышаны все без исключения. Ну и что - "раньше не попадался"? Раньше не попадался, а теперь вот возьмет и попадется! Из вредности!
Дима шел легко, профессионально плавно переходя от стенки к стенке, иногда помогая себе руками. Он здорово напоминал то ли краба, то ли паука. Несмотря на эти пижонские финты, стармеховский фонарик, не суетясь, выполнял свою работу, прохаживаясь по ржавым стенкам Трубы. Кто-то сзади сквозь зубы тянул знакомый мотивчик. Спокойно идут мужики. Правильно. Труба - она Труба и есть. Выведет куда надо. А про Червя... Так на Окраинах каких только баек не наслушаешься... А дождь и впрямь усилился. Ишь как по железу барабанит.
Железо это тоже... неправильное какое-то. Ему бы давно ржавой окалиной рассыпаться, а оно стоит себе - и хоть бы что.
Несколько мгновений Вомбат позволил себе поразмышлять на эту тему, чтобы хоть чуть-чуть отвлечься от того ужаса, что внушала ему Труба.
Настроение у Командира было прескверное. Вначале заныла шея. Еще через полчаса это ощущение переросло в уверенность, что ходить прямо больше никогда не удастся, - первый нехороший признак того, что вот-вот начнется приступ клаустрофобии. Никто в Команде не подозревал, какие муки на самом деле испытывает Вомбат, чертыхаясь в тесных подвалах, и почему, даже если рядом есть приличное укрытие, они становятся лагерем под открытым небом. Черт, Стармех мог бы идти и побыстрее! Изматывающий темп становится хоть каким-то спасением, когда низкий потолок, кажется, с каждым шагом опускается на башку.
Им так никто и не встретился. Ни мелкие змейки-ферруморки, устраивающие гнезда в проржавевших сплетениях железных конструкций, ни быстряки - тоже, бывает, в Трубу заползают, особенно если преследуют кого. Тихо-мирно, куда как благополучно, они миновали большую часть пути.
Дима предостерегающе выбросил в сторону руку и что-то негромко крикнул. Ну вот, приехали. Дно Трубы уходило вниз под приличным углом. Вомбат вспомнил, как это выглядит снаружи. Как раз перед Старым Руслом некрутой склон, а за ним, справа, - развороченное взрывами Депо. Мужики сгрудились за спиной, пытаясь разглядеть очередной сюрприз сегодняшнего дня.
- Я предупреждал: кишка должна закончиться задницей! - рявкнул откуда-то сверху Цукоша. Остальные промолчали, явно соглашаясь с диагнозом.
- М-да. - Стармех задумчиво вытащил из рюкзака ракетницу. - Похоже на водный аттракцион. Садишься в желоб, катишься вниз...
- И с радостным хохотом ломаешь себе шею, - еще более зверским голосом снова встрял доктор. - Прям Диснейленд какой-то!
Похоже, клаустрофобия чуть не сыграла с Вомбатом дурную шутку: он поймал себя на том, что и вправду готов хоть сейчас сигануть вниз, только б поскорее выбраться из гудящего нутра проклятой Трубы. Усилием воли отогнав волну паники, придержал руку Стармеха:
- Подожди, Дим, не стреляй. А если там тупик? Задохнуться хочешь? Или... гнездо чье-нибудь? Хоть тех же быстряков?.. Лучше погаси фонарь, попробуем вначале так посмотреть.
Стармех молча вырубил свет. Пять пар глаз уставились в темноту.
- Я, кажется, вижу... - пискнул Саня голосом Пятачка.
Точно. Внизу лежало слабое пятно серого света. Внизу. Далеко внизу. Очень далеко, черт побери!
- У кого длинные веревки? Стармех, фонарь! Цукоша, давай обвязку. Да шевелись, аппендицит хренов! - Близкий выход вдохновил Вомбата, голос снова построжал.
Сзади завозились, толкаясь и тихо переругиваясь.
- Мужчина! Вы мне все ноги отдавили! - вдруг пронзительно, по-бабьи, заверещал Пурген. - Сколько-таки можно прижиматься? Дама, вы на следующей сходите?
Хороший Леня мужик. С юмором.
- Первого спускаем меня, - строго предупредил всех Вомбат.
Тратить драгоценную осветительную ракету он не хотел. Она у них одна... а чует сердце, сегодня еще понадобится. Кроме того, при запуске все вокруг окутывалось удушливым едким дымом, и уже потому устраивать фейерверки в замкнутом пространстве Трубы настоятельно не рекомендовалось. Да, Труба место не слишком опасное... Но береженого, как известно, Квадрат бережет.
Конечно, идеально было бы спустить первым Двоечника. Опасность на Окраинах, как известно, может исходить не только (и даже не столько) от тех, кто бегает, ходит, летает и ползает. Есть штуки и похуже - когда не в кого стрелять и некого жечь самодельными бутылками с горючкой. Всякая бестелесная дрянь... Как саунд-волна, например, или Бледные Тени. Ох, до смерти не забыть Вомбату Француза, когда тот умирал у него на руках, а с губ, окаймленных пузырящейся, словно кипящей, кровью, только и срывалось "Тени, Бледные Тени!" И отчаяние в уже закрывающихся глазах - что не может, не умеет рассказать чужим ему, странным русским языком... Француз тогда собственной кровью нарисовал трепещущий контур, глаза и пасть.
Три недели спустя Вомбат еле спасся, столкнувшись с этими созданиями. А потом устроили большую охоту... и нашли-таки их обиталище, старое хозяйство одной из тягловых подстанций... и Механик наспех собранным генератором инфразвука порвал с десяток Бледных Теней в клочья. С тех пор стало поспокойнее.
Да, Двоечника спустить было б идеально. Но ведь запаникует же в три секунды. Бутылочный осколок ему глазом Ржавого Червя покажется - и пиши пропало. А значит, первым пойдет он, Вомбат. Бутылку с горючкой - на пояс, карабин - на изготовку, вторая обойма в левой ладонной накладке - готов.
Когда спускаешься по Трубе, самый интересный вопрос: кто будет последним? Закрепиться здесь негде, в железо крюк не вобьешь. Чего там Стармех про водный аттракцион говорил? Садишься в желоб... Ну-ну, кому-то сегодня придется попробовать. Как-как?, - ловить внизу будем (если там, внизу, все чисто). И сразу все - на амбразуру. У Азмуна аргумент верный: последний должен хорошо держать предпоследнего. Значит, сильный и крепкий. На себя намекает. Да только как мы потом твои полтора центнера внизу поймаем, приятель? Дошло? Значит, нужен крепкий, но легкий. Правильно, Пургеша, ты. Аттракционы любишь? Это хорошо. С водой, правда, в нашем бассейне загвоздка, придется на сухую спускаться, ты уж позаботься, чтоб без штанов не оказаться.
У Двоечника в рюкзаке нашелся отличный кусок плотного капрона, сделали Пургену удобный кокон, деловито начали спуск. Вомбата спускали первым. Он лежал на спине, приподнявшись, как только мог. Размытое пятно серого света приближалось.
Так, не дергайся, Командир. Если там ферруморочки наши любимые, то кидай бутылку. Если быстряки - кислотную гранату, вот она, на правом бедре подвешена. Если паче чаяния группсов занесло, то пали без устали. И... моли местного Окраинного Бога, чтобы мужики не начали поливать тебя сверху свинцом, как бы стараясь помочь...
Его уже опустили почти до самого низа, когда Вомбат щекой вдруг почувствовал идущее откуда-то тепло. Приятное такое, мягкое, совсем не опасное... В следующий миг наверху что-то истошно завопил Двоечник. Вомбат понял все сразу - руками, мускулами, инстинктами, но не разумом. Разум отчаянно восставал. "Такого не может быть!" - верещал он, этот разум, еще не сознавая, что через миг он может превратиться в самую что ни на есть грубую протоплазму.
Вомбат выпалил вниз не глядя. Раз, другой, третий. И только после этого увидел, как дрожит горячий воздух над докрасна раскаленным железом. Волна сухого жара окатила его с ног до головы.
Труба лопнула. Через острые пышущие огнем края разрыва внутрь полилась бесформенная серая масса, пучащаяся, пузырящаяся, наполняющая воздух нестерпимой вонью. Пули одна за другой впивались в тушу Ржавого Червя без всякого видимого результата. А серое тело легко и как-то очень неприятно быстро заскользило вдруг вверх, к ногам Вомбата.
Ну, дружочки-молодцы, теперь только бы у вас нервишки не сдали и не начали вы меня выдергивать. Ржавый Червь чует движение, как ни одно живое существо на Окраине. Чует и бросается вслед.
- Не дергаться там, наверху, мать вашу! - заорал Вомбат.
Обойма опустела. Так, пошла вторая. Открыть затвор... рвануть клапан... вставить обойму... вогнать патроны в магазин... закрыть затвор... все!
И вновь загремели выстрелы. Смертельный номер, черт побери. Так, ну, наверное, хватит... Вниз кувыркнулась кислотная граната. Раздалось громкое шипение. Его сменил пронзительный свист. Хлопнуло, точно рванул громадный воздушный шарик. Трубу окатило липкой вонючей дрянью. Вомбат брезгливо поддернул ноги.
Все, конец, погашен свет, и клоуны усталые уснули... Там, наверху, похоже, тоже. Придется взбодрить.
- Эй! Держальщики хреновы! Шевелиться будем, нет?
Труба вмиг наполнилась заполошными воплями. Понятно-понятно. Отец Командир чуду-юду сразил. Веселитесь.
- Меня поднять! Пару зажигалок приготовить! - И, когда по Трубе прогромыхали вниз два темных предмета, сам кинул бутылку с горючкой. Вспыхнуло так, что стало больно глазам.
Раствори меня быстряк, что там может так гореть, не кишки же Ржавого Червя, на самом деле?! Впрочем, сия иллюминация - ненадолго...
Команда остолбенело пялилась вниз. Никто, даже самый бывалый из всех Дима-Стармех, ни разу не видел, как полыхают останки Ржавых Червей. А вот он, Вомбат, видел... теперь уже трижды. Первый случай стоил пяти жизней. Второй - одной. Ну, а на третий мы уже в плюсе.
- Как ты сумел, как ты сумел? - позабыв о застенчивости, тормошил Командира Двоечник.
Как, как... каком кверху. Квадрат ведает, сколько народу искать Врата отправилось, прежде чем поняли: ни бензин, ни пули, ни водка царская по отдельности Ржавого Червя не возьмут. Расстреляй ты его хоть из четырнадцати с половиной миллиметрового станкача - ему хоть бы хны. Утопи его в цистерне с кислотой - всплывет, удовлетворенно облизываясь. Залей бензином (да что там бензином - напалмом!), подожги - ему и то нипочем. А вот если его шкурку как следует пулями продырявить, а потом кислотную гранату кинуть, то очень даже ничего получается. Правда, внутренности червячка нашего тебя все равно схарчить попытаются, но тут уж бензинчик в самый раз оказывается...
- Браво-браво, ну что вы, право, - огрызнулся Вомбат в ответ на восторги Команды. Дети, е-мое. - Отставить эту похабень! Сейчас, остынет - спустимся...
Так и случилось. Первым слез сам Вомбат (мало ли чего), потоптался по жирному пеплу; за ним двинулись остальные.



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24
РЕКЛАМА
Громыко Ольга - Год крысы. Видунья
Громыко Ольга
Год крысы. Видунья


Ильин Андрей - Шпион федерального значения
Ильин Андрей
Шпион федерального значения


Орлов Алекс - Фактор превосходства
Орлов Алекс
Фактор превосходства


Орловский Гай Юлий - Ричард Длинные руки - маркграф
Орловский Гай Юлий
Ричард Длинные руки - маркграф


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.