Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (18)
  2. Вещий Олег (17)
  3. Обряд дома Месгрейвов (14)
  4. Ричард Длинные Руки - 1 (12)
  5. Пелагия и красный петух (том 1) (10)
  6. Бремя власти (9)
  7. Москва слезам не верит (сценарий) (9)
  8. Главный противник (7)
  9. (7)
  10. Джон Фаулз и трагедия русского либерализма (7)
  11. Чары старой ведьмы (6)
  12. Кафедра странников (6)
  13. Битва за Царьград (6)
  14. Начало всех начал (6)
  15. Принц Каспиан (6)
  16. Человек со Звезды (5)
  17. Смягчающие обстоятельства (5)
  18. Пиранья: Первый бросок (5)
  19. День проклятия (5)
  20. Последний завет (5)
  21. Чистильщик (4)
  22. Любовница на двоих (4)
  23. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (4)
  24. Кредо (4)
  25. По тонкому льду (4)
  26. Круг любителей покушать (4)
  27. Пощады не будет (4)
  28. Свирепый черт Лялечка (4)
  29. Путь князя. Равноценный обмен (3)
  30. Коронация, или последний из романов (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Русская фантастика — > Рыбаков Вячеслав — > читать бесплатно "На будущий год в Москве"


Вячеслав Рыбаков


На будущий год в Москве




Анонс
Мир, в котором РОССИИ БОЛЬШЕ НЕТ!
Очередная альтернативно-историческая литературная бомба от В. Рыбакова!
Мир - после Российской империи "Гравилета "Цесаревич"!
Мир - после распада СССР на десятки крошечных государств "Человека напротив"!
Великой России... не осталось совсем.
И на построссийском пространстве живут построссийские люди...
Живут. Любят. Ненавидят. Борются. Побеждают.
Но - удастся ли ПОБЕДИТЬ? И - ЧТО ТАКОЕ победа в ЭТОМ мире?

Все лучшее, как всегда - детям

На чужом, на чужом языке я пою.
Мой напев монотонно-суровый.
И ряжу я печаль и надежду свою
В звуки песни чужой, как в оковы...
Лейб Яффе


В этой пустынной ночи нельзя указать никакого пути. Можно только помочь людям ждать, приготовив свои души в надежде, что забрезжит рассвет и дорога появится там, где никто не ожидал.
Мартин Бубер

Шмон тянулся невыносимо медленно; минуты едкой щелочью натужно цедились по нервам. И не помещались в них, грозили разорвать. Троих уже отфильтровали, мучился четвертый. Не миновать и пятому, а может, и шестому - времени должно было хватить, и кто окажется пятым и шестым - хрен знает. На кого бог пошлет. Подавляло и бесило чувство даже не страха - ну чего, в сущности, бояться-то? чего они, в сущности, могут такого уж сделать, ур-роды? - но унижения: везде ты уже как бы вполне самостоятельный, самодостаточный человек, свободный гражданин в свободной стране: хочешь - сплюнул, хочешь - пива дернул, все дороги открыты; и только тут, в проклятом застенке, у тебя никаких прав, одни обязанности; становишься, будто детсадовский, снова мелочью, пылью, сопляком подневольным, типа в ГУЛАГе каком-нибудь.
Ну и, конечно, очень не хотелось оказаться у доски.
Впрочем, пока такой наезд как бы не грозил; Толян тянул капитально, дебил дебилом. Старик Хотябыч - выцветший и заскорузлый, в кривых пыльных окулярчиках, одной ногой на пенсии препод (все знали, что со свистом ушел бы и двумя, да голодать почему-то не хотел), получивший погонялу свою за страсть к делу и не к делу жалобно взывать "хотя бы" ("Хотя бы это вы могли выучить!", или: "Хотя бы дату вы могли запомнить! Ведь скоро все мы будем торжественно отмечать эту знаменательную годовщину!"), - поставив локоть на открытый классный журнал и подпершись кулачишком, снизу вверх смотрел на Толяна и терпеливо, с привычной тоской внимал.
- Ну... это... - тянул Толян. - Я и говорю... Советские с немцами тоже один раз конкретно повоевали, под этим... ну... Сталинградом...
- Можешь показать на карте? - тут же прикопался Хотябыч.
Вот садюга.
Лэй слегка расслабился и перевел дух. Даже откинулся на спинку стула. Теперь призовая игра еще минут на пять, стопудово.
Толян, морщась, будто закусил мухомором, заторможен-но повернулся к косовато прикнопленной к доске карте и принялся близоруко обнюхивать ее от Кольского полуострова до Турции и обратно. Он не прикалывался - все было у него от природы. Такой уж интеллект.
- Он располагался на Волге, - через некоторое время подсказал Хотябыч. - Фашисты хотели отрезать индустриальный центр страны от бакинской нефти, а ее тогда возили главным образом по воде.
Если он надеялся этак ненавязчиво вложить Толяну в башню хоть напоследок еще одну крупицу никому не нужных сведений, то облом ему. Лэй по себе знал - Толян сейчас просто ни фига не слышит. Воспринял Волгу - и хватит, хорошенького понемножку. Круги Толянова носа над картой стали менее размашистыми - Волга вещь приметная, он ее скоро засек. Не помогло.
- А потому, что он располагался на Волге, - не выдержав томительного ожидания, Хотябыч повел свою былину дальше, - его потом переименовали. Нельзя же было, чтобы город назывался именем величайшего убийцы, правильно?
- Ну и как его тогда искать? - сварливо спросил Толян.
- Его назвали... - Хотябыч цедил через час по чайной ложке. - По имени... Волги.
Снова настала тишина. Толян вновь трудился,
- Волгоград, - сказал он еще через минуту, ткнул пальцем и протяжно вздохнул с чувством глубокого удовлетворения: вес взят!
- Верно, - неподдельно обрадовавшись, согласился Хотябыч. - Молодец, хорошо. И что же там случилось, под Сталинградом?
- Ну... - после долгой паузы возобновил показания Толян. - Они... Они там долго бились и никто никого никак не мог победить. Но потом прилетели американцы и всех немцев сверху разбомбили, и тогда советские по пояс в снегу пошли вперед.
Откуда он взял эту угарную картинку: по пояс в снегу? Лэй едва не прицокнул языком от восхищения.
- Хорошо, - повторил Хотябыч и несколько раз кивнул, но в голосе уже не было радости, а лицо его жалось и ежилось, точно теперь уж это он кусал лимоны; небось при коммуняках иначе учить приходилось, подумал Лэй, по сю пору старый успокоиться не может. Все знали, что Хотябыч проработал здесь учителем истории сорок лет с хвостиком - той зимой круглая дата стряслась, педсостав отмечал.
Интересно, подумал Лэй, а как конкретно-то дело было? Под Сталинградом там, и вообще... Фиг узнаешь.
Интересно, а вот когда, скажем, родаки учились в учебниках больше вранья писали или меньше? Наверное, не меньше. Только, наверное, в другую сторону. Но, блин, врать про себя, чтобы выглядеть получше, - естественно, по жизни все нормальные так делают. Иначе на рынке и пяти минут не продержишься, схарчат. А вот врать про себя, чтобы выглядеть хуже... Дурка, в натуре.
Но разве это про себя? Это ж про СССР...
Хорошо Толяну: сам он в том, что сообщал, ни фига не сомневался; не то чтобы верил каждому слову свеженького учебника, авторитетно изданного при финансовой поддержке международного фонда "Истинное наследие", - просто ему вообще навалить было, где там конкретно говорят, а где гонят...
- Это ты знаешь, - с отчетливым внутренним усилием выдавил Хотябыч. - А вот скажи нам, пожалуйста... Как же все-таки получилось такое противоречие, что тоталитарный Советский Союз оказался в союзе не с тоталитарной Германией против прогрессивных мировых демократий, а наоборот, в союзе с демократиями против Германии? Казалось бы, нелогично...
Толян опасливо отступил от доски - чувствовалось, что близость карты его буквально шпарит, типа ее только что привезли из учиненного неграмотными коммунистами Чернобыля; потом приосанился и расправил плечи. Вопрос не требовал знаний; знай себе грузи насчет идей, да громких слов побольше. Типа по пояс в снегу. Толян такие вопросы любил. Впрочем, кто таких вопросов не любит?
- Всему виной азиатская хитрость кровавого кремлевского диктатора Сталина, - с радостным клекотом полетел в жаркие страны Толян. - Гитлер вовсе не, собирался нападать на СССР, он дружить с ним хотел, но Сталин его спровоцировал. Ученым уже давно стало известно, что по большевистскому плану... это... "Гроза" СССР должен был напасть на Германию. Но это историческое открытие не объясняло всех фактов, были противоречия и... это... нестыковки. Но все встало на свои места, когда стало ясно, что "Гроза" был планом не настоящего нападения, а... это... демонстрационной подготовкой нападения, чтобы Гитлер, когда его разведка об ней ему донесет, испугался и напал первым. Тогда Сталин выставил свой режим как жертву агрессии и получил поддержку могучих западных демократий, и даже сам чуть было не влился в мировое сообщество... из-за этого в конце войны и после нее смертельная опасность висела над человечеством...
Хотябыч, подпершись кулачком и глядя на Толяна снизу вверх, слегка кивал; что творилось у него в голове - не поймешь. Лэю казалось, что в блеклых глазах под очочками стынет смертная тоска; но, в натуре, то были Хотябычевы проблемы, чего он там тоскует.
В окна, открытые настежь по случаю теплого мая, валил нескончаемый гул машин и душный, вязкий угар плохо прогоревших солярки да бензина; и мощно, время от времени выкликая себе в ответ протяжные, звонкие судороги стекол в рамах, рокотали вдали, близ бывшего музея Суворова, бульдозеры и прочая гремящая железная рухлядь, снося Таврический сад, - едва снег потаял, Тавригу лихорадочно принялись корчевать под очередной элитный жилой комплекс; настал и ее черед наконец, и то долго держалась. Жужжали мухи. На соседней колонке слева самозабвенно резались в чекушку. Девки за спиной, почти не понижая голоса и совершенно не выбирая слов, обсуждали сравнительные достоинства прокладок и тампонов.
.
С громом распахнулась дверь, и в класс строевым шагом, вся на понтах, вошла распаленная завучиха. Погоняла у ней была Обся; завучей часто звали Обсями, хоть мужчин, хоть женщин, потому что именно завучи по совместительству выполняли в школах обязанности наблюдателей комиссии ОБСЕ по денацификации (непроворачиваемое во рту слово народ в разговорах меж собой давно уж сократил до "дефекации", да так реально, что теперь и высшие чины на тусовках иногда оговаривались по привычке; прошлой зимой даже кто-то из депутатов сейма ляпнул по ТВ в прямом эфире: успехи дефекации, мол, в Санкт-Петербурге неоспоримы). Но эту еще и звали Руслана Викторовна, сокращенно - Руся; так что Обся Русей завучиха ходила стопудово на законных основаниях.
Щеки у Обси шли красными пятнами от какого-то недавнего потрясения; даже шея рдела.
Все уставились на нее. Толян у доски с готовностью замолк; Хотябыч, еще сидя, обернулся на стук двери и вскочил типа по стойке "смирно". Не мог он, видите ли, сидеть, если дама стоит. Не забыл препод тоталитарных времен, не забыл... Игры и треп затихли. Лишь сзади Роза по инерции начала с напором на "я": "А вот я когда засовываю..." - и тоже осеклась.
Лэй внутренне напрягся. Обся свалилась явно не к добру-а Лэй, если покопаться, был кругом виноват. Всерьез виноват. Это вам не Волгу в Карелии искать или никаким на урок ввалиться с утреца.
- Вынуждена прервать опрос, - рвущимся от возмущения и ярости голосом выговорила, едва сдерживаясь, Обся. - В классе произошло из ряда вон выходящее событие. Отвратительное и немыслимое.
Хотябыч каким-то очень привычным жестом схватился за сердце, прикрытое серой мятой тряпкой пиджака. Помимо истории и прочего он был тут классным, значит, ему тоже могли засадить по самые гланды. Если предчувствия Лэя не обманули.
Нет, блин. Не обманули.
Обся пристально на Лэя уставилась и медленно, чеканя каждое слово, начала вещать, не мигая и не отводя белесых глаз. Лэй похолодел. Да как же так?
- Только что я получила записку, к сожалению, неподписанную. Она даже отпечатана на принтере - надо думать, для сохранения анонимности. Видимо, у ее автора не хватило гражданского мужества быть последовательным до конца. Но в ней совершенно определенно и недвусмысленно указывается, что один из учеников 10 "б" несколько дней назад устроил для друзей у себя на дому тайный просмотр запрещенного фильма.
Bay, смятенно подумал Лэй. Катастрофа оказалась столь внезапной и всеобъемлющей, что он чувствовал пока лишь изумление. Такого просто не могло быть!

Документ № 1
Тогда же в целях противодействия глубоко укоренившимся националистическим традициям из библиотек был изъят ряд книг; от произведений ярого сталиниста и несомненного предтечи красно-коричневых Симонова, безудержно воспевавшего фанатичное коммунистическое сопротивление немецкой оккупации - хотя понятно, что во многих отношениях она могла бы оказаться благом для России и ее колоний, в особенности - если бы не несколько предвзятое отношение официальных лиц тогдашней Германии к евреям (впрочем, как раз об этом-то, самом главном, Симонов, в сущности, и не писал), до безграмотной и безответственной стряпни некоего полумифического Зайчика, имевшего наглость намекать, будто вовлечение всего человечества в свободный рынок евро-атлантического типа не тождественно историческому прогрессу; авторитетными экспертными комиссиями было признано, что проводимая им идея равной ценности и перспективности различных культур возбуждает деструктивные, питающие агрессивность иллюзии и чревата оболваниванием и растлением населения.
Безусловному запрету подверглись также фильмы таких режиссеров, как одиозные Эйзенштейн и Рифеншталь, или, например, Ростоцкий с его нескончаемыми потугами создать впечатление, будто в тоталитарном обществе возможны хорошие люди, - потугами столь же художественно беспомощными, сколь и оскорбительными для памяти миллионов невинно убиенных в советских лагерях...
Ярослав Светлояров. И КУЛЬТУРА РАСЦВЕЛА. Нижний Новгород, 2003

Документ № 2
...Может быть, запретив фильм Гайдая "Иван Васильевич меняет профессию", эксперты и переборщили. Лично я именно так думаю, честно сказать. Но понять их можно. В горячке первых лет демократизации уже сама сюжетная канва - будто российский ученый оказался способен у себя на дому сделать некое гениальное открытие или изобретение, еще не сделанное в цивилизованных странах, - выглядела прямым вызовом. Да и фраза из фильма "Бориску на царство? Презлым отплатил за предобрейшее, повинен смерти!" звучала в ту пору дестабилизирующим образом. Как отмечали современники, ее не раз цитировали в антиельцински настроенных аудиториях, и она неизменно вызывала злобный хохот. А недвусмысленно высказанное осуждение возвращения шведской короне насильственно захваченной Московией исконно шведской территории - так называемой Кемской волости?
Впрочем, у нас по тому же сюжету вскоре сделали специально для жителей построссийского пространства прекрасный римейк на русском языке, с живописным киданием тортами и озорным пердежом чуть ли не в каждой сцене. Кто не видел или забыл: машина времени, например, там работает на сперме, которую главный герой - редкостный придурок, мастерски сыгранный одним из лучших комиков Голливуда, - добывает, мастурбируя во время отлучек жены под размышления о том, с кем именно и в какой именно позиции она ему изменяет на сей раз. Действительно очень смешной и милый фильм. Ну а кому он кажется несмешным - что ж поделаешь, им прямая дорога в ближайшую клинику центра психоневрологической денацификации имени Новодворской.
Кстати сказать, сама Валерия Новодворская, не раз посещавшая эти клиники с благотворительными целями, не устает повторять, что лечение в них не имеет ничего общего с пресловутой карательной психиатрией недоброй памяти советских времен, отличается от нее кардинально и несет нечастным больным только благо, помогая им избавиться от застарелых фобий и патологических пристрастий, от которых тяжко и бессмысленно страдают в первую очередь они же сами (в то же время представляя несомненную и немалую опасность для окружающих).

И она, бесспорно, права.



Бывая в русской глубинке, я многократно имел случаи убедиться сам, что в народе эти клиники ласково называют "новыми дворами" или даже "новодворками". Я слышал такие фразы, как, например: "Надысь на новый двор свезли дурака - теперь не скоро вернется, а и вернется, так не скоро оклемается..." Или: "Вот те в новодворке-то мозги, колоброду, вправят, коммуняка хренов!" Но я отвлекся...
Хью Владимцев. ПУТЕШЕСТВИЕ С ЧАРЛИ В ПОИСКАХ РОССИИ. Нью-Йорк, 2004

Обся, неторопливо и веско бамкая модными копытами во вздутый пузырями, трещащий линолеум пола, сделала несколько шагов по направлению к столу Лэя. Она не сводила с него стеклянных глаз.
- Я о тебе говорю, Леонид, - произнесла она. - Встань, Не стесняйся.
Мысли скакали невесомо и бестолково, как просыпавшиеся мячики от настольного тенниса. Как шарики в лотерее, когда барабан раскрутили вовсю.
Да уж, лотерея... пан или пропал. Чего говорить-то?
Кто-то ссучился и стукнул... Кто? Зачем?
Отпираться, по-любому. Не было! Навет, брехня... Мои показания против неподписанной записки - моя возьмет!
Да, но если один настучал, то, когда будут разбираться, еще и второй кто-то может стукнуть, и третий... Тогда - полный пинцет. Мало того, что фильм запретный крутил по видаку, да коллективно крутил, распространял, можно сказать, - так еще и прямой обман школьной администрации припаяют...
Шесть кассет, упрятанных далеко в глубину завалов на антресолях, Лэй нашел случайно еще зимой. Сейчас даже не вспомнить, что ему там приспичило искать. И не надо. Папашка ли их туда утрамбовал в те поры, когда жил дома, или мама сама - Лэй не знал и не стал выяснять у матери. Если она про них забыла - то и слава богу, меньше волнений в быту. И так хватает - чуть ли не через день в городе то обрушится что-нибудь, то взорвется... Если кассеты па-пашкины - незачем маме про урода напоминать, она и без того, как Лэю временами казалось, никак не может забыть это чмо. Чего там выяснять, на кой? Достаточно того, что он получил такой подарок. Скажи "спасибо" и забей.
В дневном одиночестве, пока мама на работе, он иссмот-рел все шесть чуть ли не до дыр. И "Доживем до понедельника", и "Иван Василича", и "Зори здесь тихие"... Поразительную там показывали жизнь. Невероятную. Совершенно нереальную, но почему-то в нее очень хотелось. И почему-то совсем не так, совсем иначе, чем хочется попасть в экран, когда показывают, скажем, миллионерские хаты во Флориде или Завидово, и как они там квасят и трахаются...
Скоро стало невмоготу пользоваться этакими сокровищами одному. С друзьями-то надо же поделиться! Ведь друзья!
С Натом, Толяном и их девками они в прошлом сезоне единственные из школы прошли все три этапа летней игры: и "Наезд", и "Зону", и "Побег". Наверное, и спасло их от общей судьбы, от проигрыша, только поразительное взаимопонимание, слаженность, как у шестеренок, и полное, безоговорочное доверие друг другу. На торжественном закрытии летнего сезона их пятерых, будто одного нераздельного героя, чествовали перед общим строем, и директор школы - не столько для них, Совдепа не заставших и не понимавших толком, про что базар, сколько для невесть для чего и зачем залетевшего на праздник мелкого присте-бая из Европарламента - долго и упоенно грузил: как данная игра важна для подрастающего поколения и какое это достижение демократии - что теперь вместо милитаристской "Зарницы", насквозь пронизанной духом агрессивных устремлений коммунистического Кремля, радением городского отдела народного образования, которому, кстати, не помешали бы дополнительные валютные вливания, дети от всей души играют в исполненную искренней заботы о них, готовящую их к реальной взрослой жизни игру "Паханы"... Пристебай, похоже, про "Зарницу" тоже не слыхал, но моргал и кивал авторитетно, инициативу похвалил, влить пообещал, выпил, закусил и слинял, а чествование пошло по нарастающей, с игрищами и дискотекой...

Документ № 3
...Дети разбиваются на две приблизительно равные группы и расходятся по сторонам сцены. Из глубины по проходу, оставленному между группами, военным шагом выходят мальчик и девочка, несущие широкое полотнище с лозунгом "Родина" или "Да здравствует Родина!". Их костюмы оставляются на местное усмотрение, однако крайне желательно, чтобы на предплечьях у них были надеты повязки с фашистской свастикой, которую дети обычно хорошо узнают благодаря хотя бы фильму "Спасти рядового Района". Левая группа детей хором скандирует: "Слово "Родина" придумали фашисты!" Правая хором отвечает: "Прочь, уроды!" Мальчик и девочка роняют свой лозунг, срывают повязки со свастиками и поспешно убегают в глубину сцены, демонстрируя стыд и испуг. Им навстречу, сгорбившись и едва волоча ноги, на середину выходит другая пара с лозунгом "Долг". Мальчик в темных брюках, девочка в темной юбке и оба - в белых (белый верх, темный низ) футболках с портретом Сталина или надписью "СССР" (в зависимости от ассортимента местных промыслов). Весьма желательно, чтобы они были в красных пионерских галстуках на случай, если кто-то из детей видел старые фильмы, не попавшие под запрет ПАСЕ. Левая группа хором скандирует: "Слово "долг" - садисты-сталинисты!" Правая хором отвечает: "Хотим свободы!" Мальчик и девочка посреди сцены смятенно роняют свой лозунг, срывают красные галстуки, а потом, как бы освободившись от тяжкого груза, расправляют плечи. Затем они начинают энергично топтать брошенные на пол галстуки и лозунг. К ним присоединяется первая пара, они топчут свой лозунг и повязки со свастиками. Левая и правая группы, протягивая друг к другу руки, сходятся, вовлекая в себя и первую, и вторую пары, вступает музыка, и все вместе начинают веселый танец...
МЕТОДИЧЕСКОЕ ПОСОБИЕ ДЛЯ ВОСПИТАТЕЛЕЙ И ОРГАНИЗАТОРОВ ДЕТСКОГО ДОСУГА. Издание второе, переработанное и дополненное. Санкт-Петербург, 2000

А они сидели рядышком, на почетных местах, раздувались от неимоверного тщеславия и смотрели на всех свысока, отчаянно гордые и малость датые, будто отцы города...
А вот теперь кто-то из пятерых стукнул.
Кто же может быть надежнее, если даже такие друзья ссучиваются?

Лэй медленно встал, затравленно озираясь.

Только не смотреть на тех, кому видак крутил! Она этого и ждет! По взгляду засечь, с кем я был!
Он уставился в пол. Но все равно каким-то шестым чувством видел, слышал, ощущал, как Нат, сгорбившись, буквально одеревенев, тупо глядит в свою тетрадку; как пятится и пятится обратно к доске со столь нелюбой ему картой Толян, и в глазах у него - растерянность и страх, и вот он уже прижался лопатками к Сталинграду; как Марьяна нервно расстегивает косметичку и ни с того ни с сего принимается посреди урока подкрашивать губы, а пальцы у нее чуть дрожат...
Или ему казалось? Не мог он этого видеть, в пол-то глядя!
А Натовой Таньки не было - уже три дня не ходит в школу, как бы простудилась... Ее счастье.
- Посмотрите на него! - патетически воскликнула Обся.
Могла бы и не голосить. Все и так смотрели на Лэя. Без осуждения и без восхищения. Недоуменно смотрели. Типа: ну надо же, блин, чего бывает...
Странно, но лишь в маленьких блеклых глазках Хотябыча, упакованных за мощные стекла пыльных захватанных очков, мелькнуло что-то человеческое. Вроде даже сочувствие, что ли... Только этого мне и не хватало, подумал Лэй, внезапно озлобляясь. Чтобы такие вот, типа Хотябыч, мне сочувствовали. Приехал!
- К сожалению, - Обся повела миссию дальше, - автор записки, видимо, был скован ложно понятым чувством порядочности и товарищества, и потому не назвал других имен. Только зачинщика. Относительно остальных он упомянул, что в просмотре участвовало пять одноклассников. Но я думаю, может быть, у них достанет смелости встать сейчас и назвать себя? Прежде чем мы так или иначе выясним их имена иными способами!

В классе сделалось так тихо, как только может при сплошном потоке машин, валящем по Кирочной под окнами. Сладковатый бензиновый угар забух у Лэя в горле. Он ждал мгновение, два... нет. Накатила какая-то странная тоска. Хрен кто-нибудь встанет. Это вам не на летней игре цацки пецкать.
Может, и правильно. То, что говорила Обся, могло быть правдой, а могло - и пургой. Все эти педагогические прихваты и подходцы... В записке вполне могли значиться все имена. А Обся хочет, чтобы те, про кого она уже и так знает, сломались сами, на месте. Собственно, если встанут те же, кто назван в телеге, это и будет доказательством ее соответствия фактам. Вот если бы никто - тогда я бы точно попробовал в несознанку уйти...
Нет, не перехитрить мне Обсю. У нее опыт, и информации в сто раз больше... Лэю сделалось пусто и безнадежно.
И очень одиноко.
- Н-ну, хорошо... - начала было Обся с угрозой, но тут Нат шумно вскочил и сказал несколько громче, чем полагалось бы говорить о таких вещах, почти выкрикнул:
- Я там был!
Обся изумленно перевела взгляд на него. Не Ната она ждала, похоже. Или вообще никого не ждала...
Стало быть, понял Лэй, и впрямь в телеге не было других имен.

А у Хотябыча на сморщенной мордочке вдруг проскочило такое выражение, будто он ставит Нату пять баллов.
Быстро проскочило, мигом. Как тень от пролетевшего воробья.
- Натан... - обескураженно проговорила Обся. - Ты-то как попал в эту компанию? Я понимаю, Леонида воспитывает одна работающая мать, она не может уделять должного внимания его воспитанию...
Лэй скрипнул зубами. Придушить ведьму, что ли? Или взорвать?
Чтобы прикупить один дозняк пластида, маме год пахать надо... или два...
- Но ты-то, Натан! Мальчик из такой приличной семьи!
Натан не ответил.
Весь класс смотрел уже на него. В глазах читалось: обкурился, что ли, что сам лезешь?
Некоторое время Обся безмолвствовала. Густое молчание можно было есть ложками; только, подумал Лэй, был риск обжечься и отравиться. Типа уксусом.
- Больше никто? - как-то опустошенно, без прежней уверенности спросила Обся.
Наконец, раз уж Нат все равно объявился сам, Лэй решился посмотреть на друга. Они встретились взглядами. И оба одновременно сделали морды валенками. Выпятили челюсти, зенки вылупили с независимым видом и уставились в стену за спиной Обей.
А на душе у Лэя почему-то стало тепло. Даже весело.
Толян совсем растекся спиной по карте - будто жвачка, которую шмякнули в стену да еще и пальцем притиснули. Все по нему ясно было - но Обся, дурища, стояла к нему затылком и ни разу не обернулась. Забыла про него.
А Марьяна пудрилась. Гордо так, независимо. Увлеченно. Исключительно в зеркальце глядела - ни влево, ни вправо; типа сто лет своей физиономии не видела и никак ей не налюбоваться.
- Ну, пойдемте, - проговорила Обся, совладав с растерянностью. - А те, кто надеется отсидеться и скрывает свой проступок, - смею вас уверить, поступает так напрасно. Совершенно напрасно! - Она величаво повернулась к Хо-тябычу. - Продолжайте урок, Радий Кирилыч. У вас еще семь минут.
Вот теперь уж меня точно к доске не потянут, подумал Лэй, проходя вслед за Обсей в дверь класса. Коридор впереди был пуст и гулок.
И очень скрипуч.
Как это пол еще не провалился - загадка.
Ната оставили в тесном предбаннике, а Лэя Обся отконвоировала в директорский. Там тоже было тесно и темно; сто лет не мытое единственное окошко выходило во двор, а забитые бумажным барахлом почернелые, рассохшиеся шкафы - они стояли тут, верно, еще в те времена, когда школа, по рассказам мамы, была каким-то, блин, "спутником семилетки", - доедали придушенный бурым стеклом свет. За широченным, как сексодром, столом - достойным ровесником шкафов - тускло мерцая лысиной, восседал, типа какая-нибудь будда, рыхлый, пузатый Бугор и брезгливо глядел на вошедших.
- Вот Леня, господин директор, - сказала Обся. - И еще один мальчик признался сам, Натан Хайкин.
- Ага, - сказал Бугор и вязко провел ребром ладони по столу, словно сгребая пыль. - Натан Хайкин... - Пожевал губами. - Ну, Леонид? И как же ты дошел до жизни такой?
- А чего? - угрюмо спросил Лэй. Бугор опять, будто морж ластом повел ладонью по столу. И неожиданно мирно, почти приятельски спросил:
- Тебе что, хороших фильмов не хватает?
- Хватает,- угрюмо отозвался Лэй.
- Ну и правильно, ну и молодец... Киоски на каждом углу просто ломятся от кассет. И про американский спецназ, и про привидения, и про космических пришельцев... И для мальчиков специальные... у меня вот внук на той неделе принес новый... "Последний питерский девственник" называется. Раз пять уже крутил, наверное. Настоящий детский фильм. Ты смотрел?
Лэй еще в марте пробовал заценить эту хрень. Ржачно, конечно, первые минут десять...
- Смотрел... - угрюмо сказал он.
- Так что же тебя на... э... клубничку потянуло?
- А я откуда знал, чего там? - с обидой и даже некоторым возмущением прогундосил Лэй. Он уже выбрал линию поведения. Зона, зона... Нет, хорошая все же игра, полезная. Прямо в школе и пригодилась, вот смех.
Бугор откинулся на сгинку своего стула с утрированным удивлением.
- Э... То есть?
- Ну! Я ж эту кассету на помойке нашел!
Висячие, как уши спаниеля, щеки Бугра лукаво подтянулись. Чуть поматывая головой от избытка сочувствия тем, кому попадаются на помойках подобные находки, он очень серьезно спросил:
- Вот так прямо и нашел?
Обся высилась сбоку и смотрела на Лэя с торжествующей иронией. Мол, я тебя насквозь вижу, врун...



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15
РЕКЛАМА
Лукин Евгений - Чичероне
Лукин Евгений
Чичероне


Акунин Борис - Квест
Акунин Борис
Квест


Максимов Альберт - Нашествие. Хазарское безумие
Максимов Альберт
Нашествие. Хазарское безумие


Корнев Павел - Экзорцист
Корнев Павел
Экзорцист


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.