Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Любовница на двоих (65)
  2. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (22)
  3. Колдун из клана Смерти (18)
  4. Заклятие предков (17)
  5. Гнев дракона (17)
  6. Свирепый черт Лялечка (16)
  7. Аквариум (15)
  8. Пелагия и красный петух (том 2) (14)
  9. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (13)
  10. Признания авантюриста Феликса Круля (13)
  11. Поводыри на распутье (11)
  12. Бубен верхнего мира (8)
  13. Цифровая крепость (8)
  14. Чудовище без красавицы (8)
  15. О бедном Кощее замолвите слово (8)
  16. Роксолана (7)
  17. Гиперион (7)
  18. Вещий Олег (7)
  19. Его сиятельство Каспар Фрай (6)
  20. Брудершафт с Терминатором (6)
  21. Покер с акулой (6)
  22. К "последнему" морю (5)
  23. Ричард Длинные Руки - 1 (5)
  24. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (5)
  25. Шпион, или повесть о нейтральной территории (4)
  26. Журналист для Брежнева (4)
  27. Умножающий печаль (4)
  28. Вставай, Россия! Десант из будущего (4)
  29. По тонкому льду (4)
  30. Путь Кейна. Одержимость (4)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Зарубежная фантастика — > Андерсон Пол — > читать бесплатно "Нам, пожалуй, пора идти..."


Пол АНДЕРСОН


НАМ, ПОЖАЛУЙ, ПОРА ИДТИ...





Познакомились мы на деловой почве. Фирма Микельса, решив открыть свой
филиал на окраине Ивенстона, обнаружила, что в моем владении находится
самый многообещающий земельный участок. Они предложили мне большие деньги,
но я заупрямился; они увеличили сумму - я не сдавался, и тогда меня
посетил сам босс. Он оказался не совсем таким, каким я себе представлял
его. Настроен он был, конечно, агрессивно, но держался настолько вежливо,
что это не оскорбляло, а манеры его были так изысканы, что почти не
бросался в глаза недостаток образования. Этот недостаток он весьма успешно
изживал, посещая вечернюю школу, популярные лекции и поглощая огромное
количество книг.
Не прерывая нашей деловой беседы, мы с ним отправились промочить
горло. Он привел меня в бар, где мало что напоминало о Чикаго, - тихий,
запущенный, без музыкального автомата, без телевизора; книжная полка,
несколько шахматных досок; и к тому же там не было тех подонков и жуликов,
которыми обычно кишат подобные заведения. Кроме нас там еще было с
полдюжины посетителей: некто, смахивающий на профессора в отставке,
какие-то люди, с настоящим знанием дела спорившие на политические темы,
молодой человек, обсуждавший с барменом вопрос о том, кто оригинальнее -
Барток или Шенберг. Нам с Микельсом достался столик в углу и датское пиво.
Я сказал ему, что меня совершенно не интересуют деньги, просто я
считаю идиотством ради возведения еще одного хромированного сарая
уродовать бульдозерами живописную местность. Прежде чем ответить, Микельс
набил свою трубку. Это был худощавый стройный мужчина с длинным
подбородком и римским носом, седеющими волосами и темными сверкающими
глазами.
- А разве мой представитель не объяснил вам? - спросил он. - Мы вовсе
не собираемся строить ряды одинаковых, портящих вид бараков. Мы
остановились на шести основных проектах с вариантами; на чертеже это
выглядит вот так.
Он достал карандаш и бумагу и начал набрасывать план. В разговоре его
акцент становился заметнее, но речь сохраняла прежнюю беглость. И он делал
свое дело лучше, чем все те, кто выступал раньше от его имени.
- Нравится вам это или нет, - сказал он, - но сейчас середина
двадцатого века, и никуда не денешься от массового производства. Получая
все в готовом виде, человечество не обязательно должно стать менее
привлекательным; в конечном итоге оно может обрести даже некоторое
художественное единство.
И он принялся объяснять мне, как этого можно достигнуть.
Он не слишком торопил меня, и, разговаривая, мы отклонялись от
основной темы.
- Приятное это местечко, - заметил я. - Как вы его нашли?
Он пожал плечами.
- Я частенько брожу ночами по улицам. Изучаю город.
- А это не опасно?
- Смотря с чем сравнивать, - с каким-то мрачным оттенком в голосе
ответил он.
- О! Видно, вы не из этих мест?
- Нет. Я приехал в Соединенные Штаты только в 1946 году. Таких, как
я, называли перемещенными лицами. Тадом Микельсом я стал потому, что мне
надоело писать длинное Тадеуш Михайловский. Так же, как мне ни к чему было
культивировать в себе чувствительность Старого Света; я стремлюсь к полной
ассимиляции.
При других обстоятельствах он говорил о себе редко и сдержанно. Позже
от восхищенных и завистливых конкурентов я узнал некоторые подробности его
стремительной деловой карьеры. Кое-кто из них до сих пор не верил, что
можно с выгодой продать дом со скрытой системой отопления меньше, чем за
двадцать тысяч долларов. Микельс нашел способ сделать это возможным. Не
так уж плохо для иммигранта без гроша за душой!
Я копнул глубже и узнал, что, принимая во внимание услуги, оказанные
им армии Соединенных Штатов на последнем этапе европейской войны, ему
выдали специальную визу на въезд. А услуги такого рода требовали
значительной выдержки и сообразительности.
Между тем наше знакомство крепло. Я продал ему землю, в которой он
нуждался, и мы по-прежнему продолжали встречаться - иногда в кабачке,
иногда в моей холостяцкой квартире, но чаще всего в надстройке его дома на
берегу озера. У него была сногсшибательная блондинка жена и двое
смышленых, хорошо воспитанных мальчиков.
Тем не менее, он был одинок и дорожил нашей дружбой.
Примерно через год после нашей первой встречи он рассказал мне одну



историю.
Я был приглашен к ним на обед в день благодарения. После обеда
завязался разговор. Мы сидели и беседовали, беседовали, беседовали. Когда
же, покончив с обсуждением вероятности возникновения беспорядков во время
ближайших городских выборов, мы перешли к вопросу о том, насколько
вероятно, что другие планеты в своем историческом развитии следуют в
основных чертах по том же пути, что и наша собственная, Амелия извинилась
и ушла спать. Уже давно перевалило за полночь. Мы с Микельсом продолжали
разговор. Никогда раньше я не видел его таким возбужденным. Как будто
что-то в нашем разговоре задело его за живое. Наконец он встал, не совсем
твердой рукой наполнил наши стаканы виски и, бесшумно ступая по пушистому
зеленому ковру, направился через всю гостиную к огромному окну.
Стояла светлая морозная ночь. Под нами внизу лежал город -
причудливое сплетение сверкающих красок, прожилки и завитки из рубинов,
аметистов, сапфиров, топазов - и темное полотно поверхности озера Мичиган;
казалось, наши взоры вот-вот выхватят из мрака простиравшиеся вдали
бескрайние белые равнины. Но над нами изгибался кристально-черный свод
неба, где стояла на хвосте Большая Медведица, и по Млечному Пути шагал
Орион. Мне не часто приходилось видеть такое величественное и суровое
зрелище.
- Но ведь в конце концов я говорю о том, о чем действительно знаю, -
произнес он.
Я слегка шевельнулся в глубине своего кресла. В камине потрескивали
крохотные голубые язычки пламени. Кроме них комнату освещала только одна
затемненная абажуром лампа, так что, проходя незадолго до этого мимо окна,
я отчетливо видел в вышине россыпи звезд.
- По собственному опыту? - немного помедлив, спросил я.
Он бросил быстрый взгляд в мою сторону. Черты лица его окаменели.
- А что, если бы я ответил утвердительно?
Я не спеша потягивал свое виски. "Кингс Ренсом" - благородный и
успокаивающий напиток, особенно в те часы, когда, кажется, сама земля
звенит в унисон с нарастающим холодом.
- У вас, верно, есть на то свои причины, и мне не терпится услышать
их.
Он криво усмехнулся.
- О, я тоже с этой планеты, - сказал он. - Однако... однако же небо
настолько необъятно и чуждо... не кажется ли вам, что это могло наложить
какой-то отпечаток на тех, кто там побывал? Не вошло ли это в их плоть и
кровь настолько, что, вернувшись, они принесли это с собой на Землю,
которая с тех пор никогда уже не была прежней?
- Продолжайте. Вы знаете, что я люблю фантастику.
Он посмотрел в окно, снова взглянул на меня и внезапно залпом осушил
свой стакан. Столь резкое движение было ему не свойственно. Как, впрочем,
и неуверенность.
- Ну что ж, я расскажу вам одну фантастическую историю, - жестко, со
своим прежним акцентом произнес он. - Хоть в ней мало веселого - ее хорошо
рассказывать в зимнюю пору; кстати, не советую вам слишком принимать ее
всерьез.
Я затянулся великолепной сигарой, которой он угостил меня, и
приготовился слушать, не нарушая необходимой ему сейчас тишины. Глядя себе
под ноги, он несколько раз прошелся мимо окна, потом заново наполнил свой
стакан и сел рядом со мной. Однако смотрел он не на меня, а на висевшую на
стене картину, сумрачное, непонятное произведение, которое никому, кроме
него, не нравилось. Казалось, она вдохнула в него силы, потому что он
заговорил быстро и тихо.
- Однажды в далеком-предалеком будущем жила-была цивилизация... Я не
стану вам ее описывать, ибо описать ее невозможно. Могли бы вы, перенесясь
в эпоху строителей египетских пирамид, рассказать им об этом лежащем внизу
городе? И дело не в том, что они вам не поверили бы - разумеется, они не
поверили бы. Я хочу сказать, что они просто не поняли бы вас. Что бы вы ни
говорили, для них это была бы полная бессмыслица. А то, как люди работают,
о чем думают и во что верят, - все это было бы для них еще менее понятно,
чем те огни, небоскребы и механизмы внизу. Разве не так? Если бы я
рассказал вам о людях будущего, живущих в мире колоссальных ослепляющих
энергий, о генетических изменениях, воображаемых войнах, о говорящих
камнях и о некоем слепом охотнике, у вас могло бы возникнуть какое угодно
ощущение, но вы бы ничего не поняли.
Поэтому я только прошу вас представить себе, сколько тысяч оборотов
совершила к тому времени эта планета вокруг солнца, как глубоко мы
погребены и как прочно забыты; и еще постарайтесь понять, что мышление
людей той цивилизации настолько отличается от нашего, что они, пренебрегая
всеми законами логики и природы, изобрели способ путешествия во времени.
Так что, если средний житель той эпохи, - я вряд ли могу назвать его
гражданином или употребить какое-либо другое известное вам слово, ибо это
дезориентирует вас, - если средний образованный житель смутно, без особого



Страницы: [1] 2 3
РЕКЛАМА
Шилова Юлия - Утомленные счастьем, или Моя случайная любовь
Шилова Юлия
Утомленные счастьем, или Моя случайная любовь


Земляной Андрей - Дом, что мы защищаем
Земляной Андрей
Дом, что мы защищаем


Шилова Юлия - Исповедь грешницы, или Двое на краю бездны
Шилова Юлия
Исповедь грешницы, или Двое на краю бездны


Свержин Владимир - Марш обреченных
Свержин Владимир
Марш обреченных


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.