Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Любовница на двоих (84)
  2. Признания авантюриста Феликса Круля (23)
  3. Колдун из клана Смерти (20)
  4. Свирепый черт Лялечка (16)
  5. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (16)
  6. Аквариум (14)
  7. Пелагия и красный петух (том 2) (14)
  8. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (13)
  9. Чудовище без красавицы (12)
  10. Поводыри на распутье (11)
  11. Покер с акулой (10)
  12. Гнев дракона (9)
  13. О бедном Кощее замолвите слово (9)
  14. Брудершафт с Терминатором (8)
  15. Бубен верхнего мира (8)
  16. Заклятие предков (8)
  17. Гиперион (7)
  18. Вещий Олег (6)
  19. Путь Кейна. Одержимость (5)
  20. Его сиятельство Каспар Фрай (5)
  21. Цифровая крепость (4)
  22. По тонкому льду (4)
  23. Роксолана (4)
  24. Омон Ра (4)
  25. Ричард Длинные Руки - 1 (4)
  26. К "последнему" морю (4)
  27. Шпион, или повесть о нейтральной территории (4)
  28. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (4)
  29. Журналист для Брежнева (3)
  30. Чародей звездолета "Агуди" (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Зарубежная фантастика — > Брэдбери Рэй — > читать бесплатно "Воронья стая"


Рэй БРЭДБЕРИ


ВОРОНЬЯ СТАЯ





Он вышел из автобуса на площади Вашингтона и вернулся на полквартала,
радуясь своему решению. Никого он больше не хотел видеть в этом Нью-Йорке,
только Пола и Элен Пирсонов. Их он приберег напоследок, как противоядие от
Нью-Йорка, от множества встреч со множеством людей - сумасбродами,
невротиками и просто несчастными. Пирсоны пожмут ему руку, успокоят,
оградят от всего мира дружеской лаской и добрыми словами. Вечер будет
шумным, долгим, очень счастливым, и он вернется в Огайо с наилучшими
воспоминаниями о Нью-Йорке, потому что там, словно в оазисе посреди
пустыни неуверенности и паники, живут два чудесных человека.
Элен Пирсон ждала его у лифта.
- Привет, привет! - воскликнула она. - Как я рада вас видеть,
Уильямс. Проходите! Пол скоро придет, последнее время он часто
задерживается на работе. Сегодня у нас цыплята, надеюсь, вы любите цыплят,
я сама их приготовила. Вы любите цыплят, Уильямс? Надеюсь, любите. А как
ваши дети, как жена? Садитесь, снимайте куртку, снимайте ваши очки, вам
гораздо лучше без этих очков; какой был жаркий день, правда? Хотите
выпить?
Он и опомниться не успел, как она, вцепившись в рукав и размахивая
свободной рукой, затащила его в комнату. На него пахнуло спиртным.
"Боже мой, - удивился он, - да она навеселе!"
- Мартини, пожалуй, - ответил он. - Но только один. Вы же знаете, я
мало пью.
- Ну, конечно, дорогой мой. Пол придет в шесть, сейчас полшестого.
Как чудесно, что вы пришли, Уильямс, как чудесно, что вы нашли для нас
время. Три года я вас не видела!
- Однако, как же так... - пробормотал он.
- Конечно, меньше, но мне так показалось, Уильямс, - сказала она,
слегка смазывая слова и слишком четко жестикулируя.
Ему вдруг показалось, что он ошибся, попал не в тот дом, или что его
принимают за кого-то другого. Может, у нее просто был трудный день, ведь
такое с каждым случается.
- Я тоже выпью с вами. Правда, я уже выпила один коктейль, но уже
давно, - сказала Элен, и он ей поверил. Должно быть, со времени их
последней встречи она начала выпивать, тишком, но методично. Каждый день и
день за днем. Пока не... Такое уже случалось с его приятелями. Человек
вроде бы трезв, а через минуту после рюмки все коктейли, что были выпиты и
всосались в кровь за последние триста дней, бурно, словно старого друга,
встречают очередной мартини. Разинут десять назад Элен была вполне
трезвой, а теперь и глаза затуманились, и слова выходили с трудом.
- Правда-правда, мне именно так показалось, Уильямс. - Она никогда не
называла его просто по имени. - Уильямс, как чудесно, что вы надумали
навестить нас с Полом. Боже мой, за последние годы вы так много сделали,
так преуспели, так прославились. Даже не верится, что вы когда-то писали
для Пола и его скучного телешоу.
- Оно вовсе не скучное, а Пол - превосходный режиссер, да и то, что я
писал тогда для него, было не так уж плохо.
- Скучное, скучное, и все тут. Вы настоящий писатель, знаменитый, вся
эта чепуха теперь не для вас. Скажите, каково чувствовать себя
преуспевающим романистом, когда говорят о тебе, и денег куры не клюют?
Погодите, вот сейчас придет Пол; он так ждал, когда же вы выберетесь к
нам. - Слова Элен текли мимо него. - Вы, молодец, что заскочили к нам,
честное слово, молодец.
- Я многим обязан Полу, - сказал Уильямс, оторвавшись от своих дум. -
Я начинал в его шоу. Тогда, в пятьдесят первом, мне шел двадцать второй
год, и он платил мне десять долларов за страницу.
- Значит, сейчас вам всего лишь тридцать один. Боже мой, вы же совсем
молодой петушок! - воскликнула Элен. - А как вы думаете, сколько мне лет?
Ну-ка, угадайте.
- Я, право, не знаю... - зардевшись, пробормотал он.
- Ну-ну, давайте, угадывайте.
"Миллион, - вдруг подумалось ему. - Миллион лет. Но с Полом все
должно быть в порядке. Сейчас он придет, и окажется, что он все такой же.
Но узнает ли он тебя, Элен?"
- Я плохой отгадчик, - ответил Уильямс.
"Твое тело, - подумал он, - сложено из старых кирпичей этого города,
у тебя внутри невидимо смешиваются гудрон и асфальт, известь и потеки
селитры; твое дыхание - ацетилен, глаза твои - истерический синий ток и
губы - тоже неон, только огненно-красный; лицо твое - оштукатуренный
камень, и только местами - на висках, шее, запястьях - сквозят слабые



мазки зеленого и голубого, твои вены - словно маленькие скверики на
асфальтовых площадях Нью-Йорка. Сейчас в тебе слишком много мрамора,
слишком много гранита и почти не осталось неба и травы".
- Ну же, Уильямс!
- Тридцать шесть?
Она взвизгнула, и он испугался, что перехватил.
- Тридцать шесть! - кричала она, хлопая по коленям. - Тридцать шесть!
Дорогой мой, но ведь вы, конечно, не всерьез! Боже мой, тридцать шесть! На
тридцать шесть я выглядела десять лет назад...
- Раньше мы никогда не говорили о возрасте.
- Вы - милый мальчик, - сказала она. - Раньше это не имело значения.
Но вы и представить себе не можете, как это становится важно, пока сами не
испытаете. Боже мой, Уильямс, вы же молоды; знаете, как вы молоды?!
- Да, пожалуй, молод, - ответил он, разглядывая свои руки.
- Вы - чудесное дитя, - сказала Элен. - Надо будет рассказать это
Полу. Тридцать шесть, боже, милостивый, вот это да! Но ведь я не выгляжу
на сорок шесть, а?
"Раньше она не задавалась такими вопросами, - подумал он. - Не
задавалась бы и теперь, если бы оставалась вечно юной".
- Завтра у Пола день рождения, он разменяет пятый десяток.
- Я знаю.
- Забудьте об этом, он ненавидит юбилеи и никому не говорит о своем
дне рождения. Если вы поднесете ему подарок, его удар хватит. С прошлого
года мы не отмечаем его день рождения. Тогда он, помнится, схватил торт и
вместе с горящими свечами швырнул в мусоропровод.
Вдруг она замолчала, словно поняла, что сболтнула лишнее. С минуту
они глядели в потолок, чувствуя какую-то неловкость.
- Пол сейчас придет, - сказала она наконец. - Хотите еще выпить?
Расскажите же, наконец, каково быть знаменитыми Вы всегда были такой
добросовестный, Уильямс. "Качество, - говорили мы с Полом, - высокое
качество". Вы ведь не сможете писать плохо, даже если захотите. Мы оба
очень вами гордимся и всем хвастаемся, что вы - наш друг.
- Забавно, - сказал Уильямс. - Странное дело. Десять лет назад я всем
хвастался, что знаю вас с Полом. И я в самом деле был очень горд, когда он
принял мою первую вещь...
Зажужжал звонок, и Элен бросилась открывать, оставив Уильямса наедине
со стаканом. Он испугался, что его последние слова прозвучали так, будто
сейчас он вовсе не горд знакомством с Полом. Он отбросил эту мысль. Вот
придет Пол, и все будет хорошо. С Полом всегда было хорошо.
Из прихожей донеслись голоса, и вскоре Элен вернулась с женщиной лет
пятидесяти с небольшим. Казалось, морщины и проседь появились у нее разом,
внезапно.
- Надеюсь, вы не станете возражать, Уильямс; я совсем забыла вас
предупредить, но, надеюсь, вы не будете возражать; это миссис Мирс, она
живет напротив. Я сказала ей, что вы будете у нас к обеду, что вы приехали
в Нью-Йорк поговорить с издателями о вашей новой книге, а она очень хотела
с вами встретиться; она читала все ваши книги, Уильямс, она их очень любит
и давно мечтала встретиться с вами. Миссис Мирс, это мистер Уильямс.
Женщина кивнула.
- Я сама хочу стать писательницей, - сказала она, - сейчас я работаю
над книгой.
Женщины сели. Уильямс почувствовал, что его улыбка живет сама по
себе, как зубы из белого воска, которые мальчишки вставляют себе в рот на
место выпавших молочных. Потом он перестал об этом думать.
- Вы уже пристроили что-нибудь? - спросил он у миссис Мирс.
- Еще нет, но надеюсь, - мягко ответила она. - В последнее время у
меня все так перепуталось.
- Видите ли, - сказала Элен, наклонившись к нему, - две недели назад
у миссис Мирс умер сын.
- Какая жалость, - смутившись, сказал Уильямс.
- Нет, ничего, все в порядке, там ему хорошо. Он был примерно ваших
лет, бедный мальчик, ему было всего тридцать.
- А что с ним случилось? - спросил Уильямс машинально.
- Он страдал от полноты, бедный мальчик; в нем было двести
восемьдесят фунтов, и друзья вечно подшучивали над ним. Он хотел стать
художником. Однажды у него даже купили несколько картин. Но все вокруг
потешались над ним, и вот полгода назад он сел на диету. Перед смертью он
весил всего лишь девяносто три фунта.
- Боже мой! - вырвалось у Уильямса. - Это ужасно.
- Он передержал себя на диете и не слушал, что я ему говорю. Сидел у
себя в комнате, голодал и так похудел, что на похоронах его никто не
узнал. Я думаю, последние дни он был очень счастлив, счастливее, чем
когда-либо. Можно сказать, это был его триумф. Бедный мальчик.
Уильямс допил свой мартини. Он физически почувствовал, как накатывает
уныние. Словно погружаешься в черную воду, в самую глубину. За последнюю



Страницы: [1] 2 3
РЕКЛАМА
Шилова Юлия - Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели
Шилова Юлия
Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели


Шилова Юлия - Охота на мужа-2, или Осторожно: Разочарованная женщина
Шилова Юлия
Охота на мужа-2, или Осторожно: Разочарованная женщина


Шилова Юлия - Во имя денег
Шилова Юлия
Во имя денег


Посняков Андрей - Шпион Темучина
Посняков Андрей
Шпион Темучина


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.