Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (20)
  2. Аллан Кватермэн (17)
  3. Начало всех начал (17)
  4. Гнев дракона (15)
  5. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (11)
  6. Путь Кейна. Одержимость (9)
  7. Тимур и его команда (8)
  8. Второй уровень. Весы судьбы (8)
  9. Память льда (8)
  10. Летучий Голландец (8)
  11. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (7)
  12. Странствующий теллуриец (7)
  13. Роксолана (7)
  14. Яфет (6)
  15. Пелагия и красный петух (том 2) (6)
  16. Пирамида (5)
  17. К "последнему" морю (5)
  18. Круг любителей покушать (5)
  19. Ричард Длинные Руки - 1 (5)
  20. Киммерийское лето (5)
  21. Армагеддон (5)
  22. Требуется чудо (5)
  23. Демон и Бродяга (4)
  24. Любовница на двоих (4)
  25. Полковнику никто не пишет (4)
  26. Свет вечный (4)
  27. По тонкому льду (4)
  28. Обратись к Бешенному (4)
  29. Париж на три часа (4)
  30. Кредо (4)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Зарубежная фантастика — > Гибсон Уильям — > читать бесплатно "Сожжение Хром"


Уильям ГИБСОН


СОЖЖЕНИЕ ХРОМ





Той ночью, когда мы сожгли Хром, стояла жара. Снаружи, на улицах и
площадях, было светло как днем, вьющиеся вокруг неоновых ламп мотыльки
бились насмерть об их горячие стекла. А на чердаке у Бобби царил полумрак,
светился лишь экран монитора да зеленые и красные индикаторы на панели
матричного симулятора. Каждый чип в симуляторе Бобби я чувствую сердцем: с
виду это самый обыкновенный "Оно-Сендай VII", а попросту -
"Киберспейс-семерка", но я столько раз его переделывал, что вам пришлось
бы порядочно попотеть, чтобы найти хоть каплю фабричной работы во всей
этой груде кремния.
Мы сидели перед панелью симулятора и ждали, наблюдая, как в нижнем
левом углу экрана таймер отсчитывает секунды.
- Давай, - выдохнул я, когда подошло время. Но Бобби был уже
наготове, он весь подался вперед, чтобы резким движением ладони ввести
русскую программу в паз. Он проделал это легко и изящно, с уверенностью
мальчишки, загоняющего в игровой автомат монеты, который знает - победа
будет за ним и бесплатная игра обеспечена.
В глазах закипела серебряная струя фосфенов и, словно трехмерная
шахматная доска, в голове у меня стала разворачиваться матрица -
бесконечная и абсолютно прозрачная. Когда мы вошли в сеть, русская
программа как будто слегка подпрыгнула. Если бы кто-то другой мог сейчас
подключиться к этой части матрицы, он увидел бы, как из маленькой желтой
пирамиды, представляющей наш компьютер, выкатился пенистый вал, сотканный
из дрожащей тени. Программа была оружием-хамелеоном, она подстраивалась
под локальные изменения цвета и тем самым прокладывала себе дорогу в любой
встречающейся на ее пути среде.
- Поздравляю, - услышал я голос Бобби. - Только что мы стали
служебным запросом по линии Ядерной Комиссии Восточного Побережья...
Если образно - мы, как пожарная машина с ревущей вовсю сиреной,
неслись по волоконно-оптическим линиям-магистралям, пронизывающим
кибернетическое пространство; а по сути - для нас, вошедших в компьютерную
матрицу, открывался прямой путь к базе данных Хром. Я еще не мог
разглядеть самой этой базы, но уже чувствовал, как замерли в ожидании
стены, которые ее окружали. Стены из тени. Стены из льда.
Хром: кукольное лицо ребенка, гладкое, словно отлитое из стали, и
глаза, которым место разве что на дне глубоководной Атлантической впадины,
- серые холодные глаза, посаженные будто под страшным давлением.
Поговаривали, что всякому, кто перебегал ей дорогу, она в лучших
средневековых традициях готовила смертельный отвар - отведавший его умирал
не сразу, а лишь годы и годы спустя. Вообще, о Хром много чего болтали, и
во всех этих рассказах приятного было мало.
Поэтому я погнал ее из сознания вон и представил перед собой Рикки.
Рикки, склонившуюся в луче дымного солнечного света, искаженного сеткой из
стали и стекла, в выгоревшей защитной куртке военного образца, в розовых
прозрачных сандалиях. Представил, как она изгибает обнаженную спину, когда
роется в своей спортивной сумке из нейлона. Вот она поднимает глаза, и
белокурый локон, падая, щекочет ей нос. Улыбаясь, она застегивает на
пуговицы старую рубашку Бобби - землистый выцветший хлопок, едва
прикрывающий ее грудь.
Она улыбается.
- Сукин сын, - пробормотал Бобби. - Мы только что сообщили Хром, что
мы - ревизоры Службы Налоговой Инспекции, и выдали ей три повестки из
Верховного Суда... Пускай подотрется, Джек...
"Прощай, Рикки. Быть может, больше мы никогда не увидимся".
И темнота, одна темнота в ледяной крепости Хром.

Он был ковбоем, мой Бобби, ковбоем, оседлавшим компьютер. Он не
мыслил свою жизнь без игры, той опасной игры со льдом, которым Электронная
Защита Против Вторжения укрывает источники информации. Матрица по сути -
абстрактное представление взаимоотношений различных информационных систем.
Для законного программиста, когда он подключается к сектору своего
хозяина, информация корпорации представляется в виде сверкающих
геометрических построений, которые его окружают.
Башни ее и поля, разбросанные в бесцветном псевдопространстве
симуляционной матрицы - всего лишь электронная видимость, облегчающая
процесс управления и обмен огромными объемами данных. Законным
программистам дела нет до тех стен из льда, позади которых они работают,
стен тьмы, которые скрывают их операции от других - артистов
индустриального шпионажа и деловых ребят вроде Бобби Квинна.


Бобби был ковбоем. Он был хакером, вором-взломщиком, потрошившим
разветвленную электронную нервную систему человечества. Он присваивал
информацию и кредиты в переполненной матрице, монохромном
псевдопространстве, где, как редкие звезды во тьме, светились плотные
сгустки данных, мерцали галактики корпораций и отсвечивали холодным
блеском спирали военных систем.
Бобби был одним из тех потерявшихся во времени лиц, которых всегда
застанешь за выпивкой в "Джентльмене-Неудачнике", популярном в городе
баре, пристанище для электронных ковбоев, дельцов и прочих ребят, хоть
каким-то боком связанных с кибернетикой.
Мы были партнерами.
Бобби Квинн и Автомат-Джек. Бобби - вечно в темных очках, худощавый,
бледный красавчик, и Джек - зловещего вида парень, да еще впридачу и с
нейроэлектрической рукой. Бобби - обеспечивает программу, Джек - "железо".
Бобби шлепает по консоли пульта, Джек устраивает все эти маленькие штучки,
без которых не обскачешь других. Так или почти так услышали бы вы все это
от зрителей в "Джентльмене-Неудачнике", если бы вам случилось туда
заглянуть в ту пору, когда Бобби и не думал о Хром. Они бы не преминули
добавить, что Бобби уже не тот, темпы падают и найдется кое-кто из ребят,
за которыми ему не угнаться. Ему было уже двадцать восемь - для
электронного ковбоя это почти что старость.
В своем деле мы были мастерами. Но почему-то по-настоящему большая
удача - та, которая приходит лишь раз, - обходила нас стороной. Я знал,
куда сунуться, чтобы достать нужное оборудование, и Бобби всегда был в
ударе. Он мог сидеть, откинувшись, перед пультом - белая бархатная полоска
пересекает лоб - и, пробивая себе дорогу сквозь самый крутейший лед, какой
только бывает в бизнесе, выстреливать клавишами быстрее, чем мог уследить
глаз. Но чтобы такое случилось, должно было произойти нечто, что только
одно и могло заставить его выложиться на полную. А такое бывало не часто.
По совести говоря, мы с Бобби - ребята неприхотливые. Уплаченная вовремя
рента, чистая рубашка на теле - большего мы от жизни не требовали. А что
до высоких материй, то нам до них дела не было.
Лично для Бобби единственной в жизни картой, к которой он относился
всерьез, - была очередная любовь. Впрочем, на эту тему мы с ним не
разговаривали никогда. И тем летом, когда наши дела, похоже, пошли на
спад, он все чаще и чаще стал засиживаться в "Джентльмене-Неудачнике". Он
мог часами сидеть за столиком неподалеку от раскрытых дверей и следить за
проходящими толпами. И так из вечера в вечер, когда вокруг неоновых ламп
кружатся безумные мотыльки, а воздух пропитан запахами духов и жратвы из
уличных забегаловок. Его скрытые за очками глаза вглядывались в лица
прохожих, и, когда появилась Рикки, он уже нисколько не сомневался, что
она и была той единственной верной картой, которую он так ждал.

В тот раз я решил смотаться в Нью-Йорк, чтобы проверить рынок, и
заодно присмотреть чего-нибудь "горяченького" из программного обеспечения.
В лавке Финна, в окне, над пейзажем из дохлых мух, укутанных в шубки
из пыли, светилась попорченная реклама "Метро Голографикс". Внутри было по
пояс всякого хлама. Кучи его волнами взбирались на стены, и сами стены
были едва видны за сваленной в беспорядке рухлядью и низко провисшими
полками, заставленными старыми изорванными журналами и пожелтевшими от
времени годовыми комплектами "Нэшнл Джиогрэфик".
- Тебе нужна пушка, - с ходу заявил Финн. Более всего он напоминал
человека, на котором отрабатывали программу по искусственному замещению
генов, чтобы вывести породу людей, приспособленных для рытья нор
высокоскоростным способом. - Тебе повезло. Я как раз получил новенький
"Смит и Вессон". Тактический образец, калибр - четыре и восемь. Под дулом
у него закреплен ксеноновый излучатель, батарейки в прикладе, позволяет
ночью, когда ни черта не видно, за пятьдесят шагов от тебя создать круг
двенадцати дюймов, в котором светло, как днем. Источник света так узок,
что его почти невозможно засечь. Это вроде, как колдуну ввязаться в ночную
драку.
Я позволил своей руке с лязгом опуститься на стол и принялся
выстукивать дробь. Скрытые сервомоторы загудели, как рой москитов. Я знал,
что Финн терпеть не может этой моей музыки.
- Ты соберешься ее когда-нибудь починить? - Обгрызенной шариковой
ручкой он потыркал в мою дюралевую клешню. - Может, придумаешь себе
чего-нибудь потише?
- Мне не нужно никаких пушек, Финн, - я продолжал испытывать его
слух, как будто не расслышал вопроса.
- Ладно, - вздохнул он, - как хочешь.
Я перестал барабанить.
- Имеется одна вещь для тебя. Но что это - хоть убей, не знаю. - Он
сделал несчастный вид. - Я получил ее на прошлой неделе от малышей из
Джерси, которые орудуют при мостах и тоннелях.



Страницы: [1] 2 3 4 5 6
РЕКЛАМА
Пехов Алексей - Темный охотник
Пехов Алексей
Темный охотник


Шилова Юлия - Исповедь грешницы, или Двое на краю бездны
Шилова Юлия
Исповедь грешницы, или Двое на краю бездны


Шилова Юлия - Карьеристка, или без слез, без сожаления, без любви
Шилова Юлия
Карьеристка, или без слез, без сожаления, без любви


Никитин Юрий - Имортист
Никитин Юрий
Имортист


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.