Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Гнев дракона (43)
  2. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (16)
  3. Вещий Олег (15)
  4. Любовница на двоих (12)
  5. Кафедра странников (12)
  6. Последнее допущение Господа (11)
  7. Обратись к Бешенному (8)
  8. Смягчающие обстоятельства (8)
  9. Свет вечный (8)
  10. Ричард Длинные Руки - 1 (6)
  11. Пощады не будет (6)
  12. Омон Ра (6)
  13. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (6)
  14. Пиранья: Первый бросок (6)
  15. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (5)
  16. Меняющая мир, или Меня зовут Леди Стерва (5)
  17. Кредо (5)
  18. Требуется чудо (5)
  19. Путь князя. Равноценный обмен (5)
  20. Два демона (5)
  21. Смерть Ахиллеса (4)
  22. Темный лорд (4)
  23. Аутодафе (4)
  24. Шпион, или повесть о нейтральной территории (3)
  25. Бремя власти (3)
  26. Колдун из клана Смерти (3)
  27. Прозрачные витражи (3)
  28. Пирамида (3)
  29. Летучий Голландец (3)
  30. Память льда (2)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Зарубежная фантастика — > Кинг Стивен — > читать бесплатно "Человек, который никому не подавал руки"


Стивен КИНГ


ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ НИКОМУ НЕ ПОДАВАЛ РУКИ





За окном был морозный вечер, часы пробили восемь, и вскоре мы все
перебрались в библиотеку, прихватив с собой бокалы, которые Стивенс не
забывал вовремя наполнять. Довольно долго тишину нарушали только треск
огня в камине, отдаленное постукивание бильярдных шаров да вой ветра. Но в
доме номер 249В было тепло.
Помнится, справа от меня в тот вечер сидел Дэвид Адли, а слева Эмлин
Маккэррон - однажды он нас напугал рассказом о женщине, разродившейся в
немыслимых обстоятельствах. Против меня сидел Йохансон с "Уолл-стрит
мэгэзин" на коленях.
Вошел Стивенс и вручил Джорджу Грегсону ненадписанный пакет. Стивенс
- идеальный дворецкий, невзирая на заметный бруклинский акцент (или
благодаря ему), и главное его достоинство состоит в том, что он всегда
безошибочно угадывает, кому передать послание, если адресат не указан.
Джордж взял пакет и какое-то время неподвижно сидел в своем высоком
кресле с подголовником, глядя на огонь в камине, где при желании можно
было бы зажарить здорового бычка. Я видел, как в его глазах что-то
промелькнуло, когда взгляд его упал на афоризм, выбитый на каменном
цоколе: СЕКРЕТ В РАССКАЗЕ, А НЕ В РАССКАЗЧИКЕ.
Он разорвал пакет своими старческими дрожащими пальцами и швырнул
содержимое в огонь. Вспыхнула яркая радуга, которая вызвала у
присутствующих легкое оживление. Я обернулся к Стивенсу, стоявшему в тени
у двери. Руки сложены за спиной, лицо бесстрастно.
Внезапно молчание нарушил скрипучий, немного ворчливый голос Джорджа,
и мы все вздрогнули. Во всяком случае за себя ручаюсь.
- Однажды я был свидетелем того, как в этой темноте убили человека, -
сказал Джордж Грегсон, - хотя никакой суд не вынес бы убийце
обвинительного приговора. Кончилось, однако, тем, что он сам себя осудил и
сам привел приговор в исполнение.
Установилась пауза, пока он разжигал трубку. Его морщинистое лицо
окутал голубоватый дым; спичку он загасил замедленным движением ревматика.
Он бросил спичку на горячий пепел, оставшийся после сожженного пакета, и
проследил за тем, как она обуглилась. Под кустистыми седоватыми бровями
прятались цепкие синие глаза, выражавшие сейчас задумчивость. Крупный нос
крючком, узкие жесткие губы, втянутая в плечи голова.
- Не дразните нас, Джордж, - проворчал Питер Эндрюс. - Рассказывайте.
- Расскажу. Наберитесь терпения.
Мы ждали, пока он вполне не удовлетворился тем, как раскурена трубка.
Уложив в глубокую чашечку из корня верескового дерева аккуратный слой
угольков, Джордж сложил на коленях подрагивающие руки и начал:
- Так вот. Мне восемьдесят пять лет, а то, что я собираюсь вам
рассказать, случилось, когда мне было двадцать или около того. Если быть
точным, в 1919-м. Я как раз вернулся с Большой Войны. Пятью месяцами ранее
умерла моя невеста от инфлюэнцы. Ей едва исполнилось девятнадцать. Боюсь,
что спиртному и картам я тогда уделял чрезмерное внимание. Видите ли, она
ждала меня два года, и не проходило недели, чтобы я не получил от нее
письма. Да, я загулял и потерял чувство меры; может быть, вы скорее меня
поймете, узнав, что я тогда не имел никакой опоры ни в семье, ни в вере -
из окопов, знаете, догматы христианства выглядят в несколько комическом
свете. Зато не покривив душой, могу сказать, что настоящие друзья, которые
были со мной в дни испытаний, не оставляли меня одного. Их у меня было
пятьдесят три (многие ли похвастаются таким числом?): пятьдесят две карты
в колоде да бутылка виски "Катти Сарк". Между прочим, поселился я в этих
самых апартаментах на Бреннан-стрит. Правда, стоили они тогда несравнимо
дешевле и лекарств на полке было куда меньше. А вот времени я здесь
проводил, пожалуй, столько же - в доме номер 249в и тогда легко было
составить компанию для покера.
Тут его перебил Дэвид Адли, и, хотя на губах его играла улыбка,
вопрос прозвучал со всей серьезностью:
- А что Стивенс? Он уже служил у вас, Джордж?
Грегсон повернулся к дворецкому:
- Стивенс, вы служили мне тогда, или это был ваш отец?
Ответ сопровождался отдаленным подобием улыбки:
- Я полагаю, шестьдесят пять лет назад этим человеком мог быть мой
дед, сэр.
- Во всяком случае место вы получили по наследству, - философски
изрек Адли.
- Как вам будет угодно, - вежливо откликнулся Стивенс.
- Я вот сейчас вспоминаю его, - снова заговорил Джордж, - и, знаете,
Стивенс, вы поразительно похожи на вашего... вы сказали деда?


- Именно так, сэр.
- Если бы вас поставить рядом, я бы, пожалуй, затруднился сказать,
кто есть кто... впрочем, этого уже не проверишь, не так ли?
- Да, сэр.
- Ну так вот, я сидел в ломберной - вон за той дверью - и раскладывал
пасьянс, когда увидел Генри Брауэра... в первый и последний раз. Нас уже
было четверо, готовых сесть за покер; мы ждали пятого. И тут Джейсон
Дэвидсон сообщает мне, что Джордж Оксли, наш пятый партнер, сломал ногу и
лежит в гипсе, подвешенный к дурацкому блоку. Увы, подумал я, видимо, игра
сегодня не состоится. Впереди долгий вечер, и нечем отвлечься от печальных
мыслей, остается только раскладывать пасьянс и глушить себя слоновьими
дозами виски. Как вдруг из дальнего угла раздался спокойный приветливый
голос:
- Джентльмены, речь, кажется, идет о покере. Я с удовольствием
составлю вам компанию, если вы, конечно, не возражаете.
До этого момента гость сидел, зарывшись в газету "Уорлд", поэтому я
впервые мог разглядеть его. Я увидел молодого человека со старым лицом...
вы понимаете, о чем я? После смерти Розали на моем лице появились точно
такие же отметины, только их было гораздо меньше. Молодому человеку, судя
по его шевелюре, было не больше двадцати восьми, но опыт успел наложить
отпечаток на его лицо, в глазах же, очень темных, залегла даже не печаль,
а какая-то затравленность. У него была приятная наружность - короткие
подстриженные усики, темно-русые волосы. Верхняя пуговица воротничка
элегантного коричневого костюма была расстегнута.
- Меня зовут Генри Брауэр, - отрекомендовался он.
Дэвидсон тотчас бросился к нему с протянутой рукой, от радости он,
кажется, готов был силой схватить покоившуюся на коленях ладонь молодого
человека. И тут произошло странное: Брауэр выронил газету и резко поднял
вверх обе руки, так что они оказались вне досягаемости. На его лице был
написан ужас.
Дэвидсон остановился в замешательстве, скорее смущенный, чем
рассерженный. Ему самому было двадцать два. Господи, какие же мы были...
телята.
- Прошу прощения, - со всей серьезностью сказал Брауэр, - но я
никогда не пожимаю руки!
Дэвидсон захлопал ресницами:
- Никогда? Как странно. Но отчего же?
Вы уже поняли, что он был настоящий теленок. Брауэр попытался
объяснить ему как можно доходчивее, с открытой (хотя и страдальческой)
улыбкой:
- Я только что из Бомбея. Удивительное место... толпы, грязь...
эпидемии, болезни. На городских стенах охорашиваются стервятники. Я|
пробыл там два года в торговой миссии, и наша западная традиция
обмениваться рукопожатием стала вызывать у меня священный ужас. Я отдаю
себе отчет в том, что поступаю глупо и невежливо, но ничего не могу с
собой поделать. И если вы не будете столь великодушны, что расстанетесь со
мной без обиды в сердце...
- С одним условием, - улыбнулся Дэвидсон.
- Каким же?
- Вы сядете за игровой стол и пригубите виски моего друга Джорджа, а
я пока схожу за Бейкером, Френчем и Джеком Уайлденом.
Брауэр учтиво кивнул и отложил в сторону газету. Дэвидсон круто
развернулся и бросился за остальными партнерами. Мы с Брауэром пересели за
стол, покрытый зеленым сукном, я предложил ему выпить, он вежливо
отказался и сам заказал бутылку. В этом я усмотрел новое свидетельство его
странной фобии и промолчал. Я знавал людей, чей страх перед микробами и
заразными болезнями был сродни брауэровскому, если не сильнее. Вероятно,
вам тоже известны подобные случаи.
Мы покивали в знак согласия, а Джордж продолжал:
- Как здесь хорошо, - задумчиво произнес Брауэр. - С тех пор, как я
оставил службу в Индии, я избегал общества. Негоже человеку быть одному. Я
полагаю, даже для самых независимых самоизоляция есть худшая из пыток!
Он сказал это с каким-то особым нажимом; я молча согласился. Что
такое настоящее одиночество, я хорошо почувствовал в окопах, ночью. Еще
острее - после смерти Розали. Я начинал проникаться симпатией к Брауэру,
несмотря на столь откровенную эксцентричность.
- Бомбей, наверно, удивительный город, - заметил я.
- Удивительный... и отвратительный. С нашей точки зрения, многое в
тамошней жизни просто не укладывается в голове. Например, их реакция на
автомобили: дети шарахаются от них в сторону, а затем бегут за ними
несколько кварталов. Самолет в глазах местных жителей - сверхъестественное
чудовище. То, что мы воспринимаем с абсолютным спокойствием или с оттенком
самодовольства, для них чудо; но, скажу вам честно, с таким же ужасом я
впервые смотрел на уличного бродягу, проглотившего пачку стальных иголок и
вытаскивавшего их одну за другой из открытых язв на кончиках пальцев. А



Страницы: [1] 2 3 4 5
РЕКЛАМА
Шилова Юлия - Цена за ее свободу, или Во имя денег
Шилова Юлия
Цена за ее свободу, или Во имя денег


Роллинс Джеймс - Амазония
Роллинс Джеймс
Амазония


Корнев Павел - Ликвидаторы
Корнев Павел
Ликвидаторы


Конан-Дойль Артур - Англо-Бурская война (1899-1902)
Конан-Дойль Артур
Англо-Бурская война (1899-1902)


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.