Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Любовница на двоих (84)
  2. Признания авантюриста Феликса Круля (23)
  3. Заклятие предков (21)
  4. Колдун из клана Смерти (20)
  5. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (16)
  6. Свирепый черт Лялечка (16)
  7. Аквариум (14)
  8. Пелагия и красный петух (том 2) (14)
  9. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (13)
  10. Чудовище без красавицы (12)
  11. Поводыри на распутье (11)
  12. Покер с акулой (10)
  13. О бедном Кощее замолвите слово (9)
  14. Гнев дракона (9)
  15. Бубен верхнего мира (8)
  16. Брудершафт с Терминатором (8)
  17. Гиперион (7)
  18. Вещий Олег (6)
  19. Путь Кейна. Одержимость (5)
  20. Его сиятельство Каспар Фрай (5)
  21. Омон Ра (4)
  22. Ричард Длинные Руки - 1 (4)
  23. К "последнему" морю (4)
  24. Шпион, или повесть о нейтральной территории (4)
  25. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (4)
  26. Цифровая крепость (4)
  27. По тонкому льду (4)
  28. Роксолана (4)
  29. Прозрачные витражи (3)
  30. Одиночный выстрел (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Зарубежная фантастика — > Лем Станислав — > читать бесплатно "Мир на земле"


Станислав Лем


Мир на земле





I. Удвоение
Не знаю, что делать. Имей я хотя бы возможность сказать "плохо мое
дело", это бы еще полбеды. Сказать "плохи наши дела" я не могу тоже. И
вообще, о собственной особе я могу говорить лишь частично, хотя я
по-прежнему Ийон Тихий. Со старой привычкой разговаривать вслух во время
бритья мне тоже пришлось расстаться, потому что левый глаз все время мешал,
ехидно подмигивая. Сидя в ЛЕМе, я еще не успел понять, что случилось перед
самым отлетом. Этот ЛЕМ не имел ничего общего с американским треножником, в
котором НАСА послала Армстронга и Олдрина за горсткой лунных камней. Он был
так назван для маскировки моей тайной миссии. Сам черт меня впутал в эту
миссию. Возвратившись из созвездия Тельца, я никуда не собирался лететь по
крайней мере год. Согласился я только во имя блага всего человечества. Я
понимал, что могу не вернуться. Как высчитал доктор Лопес, у меня был один
шанс на двадцать и восемь десятых. Это меня не остановило. Я человек
рисковый. Двум смертям не бывать. Либо вернусь, либо нет, сказал я себе. Мне
и в голову не пришло, что я вернусь, но вернусь не я, а вроде бы "мы". Чтобы
объяснить это, придется раскрыть кое-какие сверхсекретные обстоятельства, но
мне уже все равно. То есть частично. Ведь писать я вынужден тоже частично, с
огромным трудом. Стучу на машинке правой рукой. Левую пришлось привязать к
подлокотнику кресла, потому что она была против. Вырывала из каретки бумагу,
ни на какие уговоры не поддавалась, а когда я попытался поставить ее на
место, подбила мне глаз. Все это следствие удвоения. У каждого из нас два
полушария мозга соединены большой спайкой. По-латыни--corpus callosum (
Мозолистое тело.). Двести миллионов белых нервных волокон соединяют мозги,
чтобы они могли собраться с мыслями -- у всех, только не у меня. Чик -- и
кончено. И даже чиканья не было, а был полигон, на котором лунные роботы
испытывали новое оружие. Меня занесло туда совершенно случайно. Я уже
выполнил задание, перехитрил этих мертвых тварей и возвращался к ЛЕМу, но
тут мне захотелось пи-пи. Писсуаров на Луне нет. Впрочем, в безвоздушном
пространстве проку от них никакого. В скафандре имеется специальный мешочек,
точно такой же был у Армстронга и Олдрина. Так что можно где угодно и когда
угодно, но я стеснялся. Слишком уж я культурный или, скорее, был таким. Ведь
неудобно же прямо так, при ярком солнце, посередине Моря Ясности. Чуть
подальше торчала большая глыба, ну, я и пошел туда, в ее тень. Кто же мог
знать, что там уже действует это ультразвуковое поле. Облегчаясь, я
почувствовал что-то вроде тихого щелчка в голове. Словно бы стрельнуло, не в
позвоночнике, как иной раз бывает, а выше. В самом черепе. Это как раз и
была дистанционная каллотомия, причем полная. Нигде не болело. Я
почувствовал себя как-то странно, но это сразу прошло, и я зашагал к ЛЕМу.
Правда, мне показалось, что все теперь какое-то не такое, и сам я тоже, но я
объяснял это возбуждением, естественным после стольких приключений. Правой
рукой заведует левое полушарие мозга. Поэтому я сказал, что пишу сейчас лишь
частично. Правому полушарию мое писание, как видно, не по душе, раз оно мне
мешает. Все ужасно запуталось. Я не могу сказать, что теперь я -- это только
мое левое полушарие. В чем-то приходится уступать правому, не сидеть же с
привязанной рукой вечно. Я пытался задобрить его чем только мог -- впустую.
Оно просто невыносимо. Агрессивное, вульгарное, невоспитанное. Хорошо еще,
что; прочесть оно может не все, только некоторые части речи, легче всего --
существительные. Так обычно бывает, я это знаю, потому что перечитал уйму
книг о каллотомии. Глаголы и прилагательные ему не даются, а поскольку оно
видит, что я тут выстукиваю, приходится изъясняться так, чтобы его не
задеть. Удастся ли мне это, не знаю. Впрочем, никто не знает, отчего вся
наша благовоспитанность засела в левом мозгу.
На Луне я должен был высадиться тоже частично, но в совершенно другом
смысле -- тогда, до несчастного случая, я еще не был удвоен. Сам я должен
был обращаться вокруг Луны по стационарной орбите, а на разведку выслать
своего теледубля. Такого пластикового, с сенсорными датчиками, чем-то даже
похожего на меня. Так вот: я сидел в ЛЕМе-1, а высадился ЛЕМ-2 с теледублем.
Эти военные роботы страх как свирепы к людям. В любом человеке видят
противника. Так, во всяком случае, мне сказали. К сожалению, ЛЕМ-2 отказал,
вот я и решил высадиться сам -- посмотреть, что с ним, потому что связь была
не полностью прервана. Сидя в ЛЕМе-1 и не чувствуя уже ЛЕМа-2, я ощущал,
однако, боль в животе, который, собственно, болел у меня не прямо, а по
радио: они, оказывается, разломали у ЛЕМа оболочку, извлекли теледубля, а
затем принялись потрошить и его. У себя на Орбите я не мог отключить этот
кабель: живот, правда, перестал бы болеть, но я окончательно потерял бы
связь с дублем и не знал бы, где его искать. Море Ясности, на котором он
угодил в ловушку, по размерам почти как Сахара. К тому же я перепутал кабели
(они, правда, разного цвета, но их черт знает сколько), инструкция на случай



аварии куда-то запропастилась, а ее поиски с болью в брюхе так меня
разозлили, что вместо того, чтобы вызвать Землю, я решил высадиться, хотя
меня заклинали не делать этого ни при каких обстоятельствах, мол, иначе мне
уже оттуда не выкарабкаться. Но отступать не в моих правилах. Кроме того,
хотя ЛЕМ -- всего лишь машина, напичканная электроникой, мне было жаль
бросать его на поругание роботам.
Как вижу, чем больше я объясняю, тем темнее все это становится. Начну,
пожалуй, с самого начала. Впрочем, каким оно было, не знаю, должно быть, я
запомнил его в основном правой половиной мозга, доступ к которой отрезан,
так что я не могу собраться с мыслями. Я не помню множества вещей, и, чтобы
мало-помалу о них узнавать, мне приходится правой рукой объясняться жестами
с левой, по системе глухонемых, да только левая часто отвечать не желает.
Показывает, к примеру, фигу, и это еще самая вежливая демонстрация ее
особого мнения.
Трудновато одной рукой выпытывать что-то жестами у другой и в то же
время поколачивать ее в воспитательных целях. Не стану. скрывать ничего.
Может, в конце концов я и задал бы взбучку собственной левой руке, но дело в
том, что только верхняя правая конечность сильнее левой. Ноги в этом
отношении равноценны, к тому же на мизинце правой ноги у меня застарелая
мозоль, и левой это известно. Когда случился тот инцидент в автобусе и я
силой засунул левую руку в карман, ее нога в отместку так надавила на
правую, что у меня в глазах потемнело. Не знаю, может быть, это признак
упадка интеллектуальных способностей, вызванного моей половинчатостью, но
вижу, что написал глупость. Нога левой руки -- просто левая нога; временами
мое несчастное тело словно распадается на два вражеских лагеря.
Мне пришлось прервать эти заметки, потому что я попытался ударить себя
ногой. То есть левая нога -- правую, а значит, я не себя хотел ударить, и
вовсе не я, то есть не весь я, но грамматика бессильна в такой ситуации. Я
уже было решил снять ботинки, но передумал. Даже в таком несчастье человек
не должен превращаться в шута. Что же мне теперь -- ноги переломать себе
самому, чтобы узнать, как там было с аварийной инструкцией и с теми
кабелями? Мне, правда, уже случалось бороться с самим собой, но при
совершенно других обстоятельствах. Один раз -- в петле времени, когда я,
более ранний, дрался с более поздним; другой раз -- после отравления
бенигнаторами. Дрался, не отрицаю, но оставался нераздельным собой, и
каждый, кто пожелает, может войти в мое положение. Разве в средневековье
люди не хлестали себя бичами покаяния ради? Но в теперешнее мое положение не
войти никому. Это исключено. Я не могу даже сказать, что меня двое,--
рассуждая здраво, и это неправда. Меня двое, но частично я существую тоже
лишь отчасти, то есть не в любой ситуации. Если вам угодно узнать, что со
мною случилось, читайте без придирок и возражений все, что я напишу, даже
если ничего не понимаете. Кое-что со временем прояснится. Не до конца,
разумеется, до конца можно только путем каллотомии, точно так же, как нельзя
объяснить, что значит быть выдрой или черепахой. Если бы кто-нибудь, неважно
как, стал черепахой или опять же выдрой, он все равно не смог бы ничего
сообщить, ведь животные не говорят и не пишут. Нормальные люди, каким и я
был большую часть своей жизни, не понимают, как это человек с рассеченным
мозгом может по-прежнему оставаться самим собой, а так оно, похоже, и есть,
раз он говорит о себе "Я", а не "МЫ", ходит вполне нормально, рассуждает
толково, за едой тоже не видно, будто бы правое полушарие не ведало, что
делает левое (в моем случае -- пока речь не идет о крупяном супе); впрочем,
кое-кто полагает, что каллотомия была известна уже в евангельские времена,
ведь в Евангелии говорится о левой руке, которая не должна знать, что делает
правая -- хотя, по-моему, это не более !чем проповедническая метафора.
Один тип преследовал меня два месяца кряду, чтобы выпытать всю правду.
Он посещал меня в самую неподходящую пору и изводил вопросами насчет того,
сколько меня на самом деле. Из учебников, которые я ему дал, он ничего не
вычитал, как, впрочем, и я. Я снабжал его этой литературой, только чтобы он
отвязался. Помню, я тогда решил купить себе ботинки без шнурков, с
эластичной резинкой сверху; кажется, раньше их называли штиблетами. Дело в
том, что, когда моей левой части не хотелось идти на прогулку, я не мог
завязать шнурки. Что правая завязывала, левая тут же развязывала. Вот я и
решил купить эти штиблеты и пару кроссовок -- не для того, чтобы заняться
столь модным ныне оздоровительным бегом, но чтобы дать урок своему правому
мозгу, с которым тогда еще я не мог найти общий язык, а лишь набираются
злости и синяков. Полагая, что продавец в обувном магазине -- обычный
торговый служащий, я что-то такое пробормотал в оправдание своего
необычного поведения, а собственно, даже и не своего. Просто, когда он, с
ложкой для ботинок в руке, опустился передо мной на колено, я ухватил его
левой рукой за нос. То есть это она ухватила, а я начал оправдываться или,
лучше сказать, валить все на нее. Даже если он примет меня за психа, думал я
(откуда обыкновенному продавцу знать что-либо о каллотомии?), ботинки он мне
все равно продаст. И псих не должен ходить босиком. На беду продавец
оказался подрабатывающим студентом философии и прямо-таки загорелся.
-- Клянусь здравым смыслом и милосердием божьим, господин Тихий! --



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45
РЕКЛАМА
Шилова Юлия - Ищу приличного мужа, или Внимание, кастинг!
Шилова Юлия
Ищу приличного мужа, или Внимание, кастинг!


Русанов Владислав - Золотой вепрь
Русанов Владислав
Золотой вепрь


Трубников Александр - Рыцарский долг
Трубников Александр
Рыцарский долг


Шилова Юлия - Растоптанное счастье, или Любовь, похожая на стон
Шилова Юлия
Растоптанное счастье, или Любовь, похожая на стон


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.