Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Любовница на двоих (65)
  2. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (22)
  3. Колдун из клана Смерти (18)
  4. Гнев дракона (17)
  5. Заклятие предков (17)
  6. Свирепый черт Лялечка (16)
  7. Аквариум (15)
  8. Пелагия и красный петух (том 2) (14)
  9. Признания авантюриста Феликса Круля (13)
  10. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (13)
  11. Поводыри на распутье (11)
  12. Бубен верхнего мира (8)
  13. Цифровая крепость (8)
  14. Чудовище без красавицы (8)
  15. О бедном Кощее замолвите слово (8)
  16. Гиперион (7)
  17. Вещий Олег (7)
  18. Брудершафт с Терминатором (6)
  19. Покер с акулой (6)
  20. Роксолана (6)
  21. Его сиятельство Каспар Фрай (6)
  22. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (5)
  23. Ричард Длинные Руки - 1 (5)
  24. По тонкому льду (4)
  25. Путь Кейна. Одержимость (4)
  26. Шпион, или повесть о нейтральной территории (4)
  27. Журналист для Брежнева (4)
  28. Умножающий печаль (4)
  29. К "последнему" морю (4)
  30. Вставай, Россия! Десант из будущего (4)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Зарубежная фантастика — > Муркок Майкл — > читать бесплатно "Пес войны и боль мира"


Майкл МУРКОК


ПЕС ВОЙНЫ И БОЛЬ МИРА


ГЛАВА ПЕРВАЯ
Это случилось в год, когда ужасная судьба постигла сельчан и их детей и
когда я, впервые встретив Люцифера, был ввергнут в ад, так как Князь Тьмы
желал заключить со мной соглашение.
До мая 1631 года я командовал нерегулярными соединениями пехоты, в
основном состоявшими из поляков, шведов и шотландцев. Я отделился от них
после грабежа и уничтожения города Маглебурга, когда мы выступили на
стороне армии католических мятежников под предводительством графа Иоганна
Барклая Тилли. Тогда нам удалось получить небольшую добычу в оплату за
трудную работу, которая удалась благодаря хитрости, заключавшейся в том,
что мы пустили по ветру маленькие надувные шары, к которым были привязаны
мешочки с порохом и город превратился в огромную пороховую бочку.
Мои люди, разгоряченные борьбой и готовые на любые подвиги, хотели и
дальше сражаться на стороне мятежников, но им не нравилось обращение с ними
самого Тилли, и было решиено с ним распрощаться. Армия Тилли, несмотря на
свое мужество и отвагу, обладала скверным вооружением и оснащением, а
изменений в этом не предвиделось. Нам же требовалась передышка. Тогда мы
направились на юг, к подножию гор Гарца, где и хотели остаться на некоторое
время. Со временем я заметил, что кое-кто из моих людей хочет получить
несколько больше, чем вышло за компанию, причем за мой счет, и однажды
ночью я оседлал коня и продолжил свое путешествие в одиночестве, захватив с
собой при этом все продовольствие.
Но и после того как я оставил своих людей, долго не удавалось
освободиться от ощущения смерти и опустошенности.
Мир лежал при смерти и кричал от боли.
К полудню я проехал мимо семи виселиц, на которых висели трупы мужчин и
женщин, миновал три колеса, где был распят мужчина и ребенок с вывернутыми
плечами. Приближаясь к остаткам кола, на котором был сожжен бедняга (ведьма
или еретик), я увидел белые кости, проглядывающие сквозь мясо и дерево, и
обожженные огнем.
И не было ни одного поля, пощаженного огнем, каждый лес в нескольких
местах тлел. На дорогах лежал черный след копоти от черного дыма, который,
несомненно, появлялся в результате сжигания бесчисленного множества трупов
в разграбленных деревнях, селениях, уничтоженных в результате обстрела и
осады, и темным был мой путь, освещаемый только огнем сжигаемых деревень и
аббатств. Дни были черными или серыми, независимо от того, светило солнце
или нет: ночи были красными, как кровь, и белыми от бледной, как труп,
луны.
Все вокруг было мертво или при смерти. Все было в отчаянии.
Жизнь покидала Германию, и, возможно, весь мир-везде были только трупы.
Иногда я замечал какое-нибудь оборванное существо, которое пересекало улицу
передо мной, шатаясь и спотыкаясь. Часто это оказывалась старуха, и она
умирала прежде, чем я подъезжал к ней.
На полях сражений даже сами вороны лежали мертвыми в остатках своих
трупных пиршеств, еще с кусками гнилого мяса в клювах. Глаза их
бессмысленно таращились в пустоту, а может быть и дальше, в бесконечность,
где еще могла оставаться надежда.
И я начал подозревать, что сам я и мой конь остались единственными еще
живыми существами только благодаря счастливой случайности или счастливой
судьбе. Если у Господа и было желание уничтожить мир, то именно это сейчас
происходило.
Я наловчился убивать с легкостью, изяществом, хитрой сноровкой, не
сомневаясь. Мое коварство всегда было неожиданным и решительным, когда дело
доходило до богатства или совершенствования воинского искусства. Часто я
пытал, и сострадание не просыпалось во мне. Я знал, какие нужно
предпринимать шаги, чтобы достичь своих целей вне зависимости, шел разговор
о меркантильных интересах или о стратегических планах.
Я понимал, как надо успокоить жертву, подобно тому, как какой-нибудь
пастух успокаивает козу. Я стал блестящим вором скота и зерна, чтобы моим
солдатам было что есть, и чтобы они служили мне так долго, насколько это
было возможно.
Я был действительно хорошим капитаном наемного воинства, рыцарем удачи,
которому каждая опасность, будь то чума или оспа, даже не приходила в
голову.
Я был капитан Ульрих фон Бек и, думается, мне улыбалось счастье.
Доспехи, которые я носил-шлем, нагрудный панцирь, поножи и перчатки,-были
самвми лучшими, так же, как и просоленная потом рубаха, кожаные штаны и
сапоги. Свое оружие я заимствовал у богатых людей, которых мне приходилось
убивать: пистолеты, меч, кинжалы и мушкеты-все сработанное лучшими
мастерами. А мой конь был рослым и выносливым и стоил дорого.
У меня не было шрамов на лице, никаких отметин от болезней, и мое
здоровье было таким, что при необходимости я сам мог поддерживать свой
авторитет.



Люди считали меня хорошим командиром и хорошо служили под моим началом. Я
получил заслуженную известность, а с ней и прозвище, которое часто
использовалось вместо моего настоящего имени-Пес войны. Говорили, что я
рожден для войны, и это мне льстило.
Я родился в семье набожного дворянина, живущего в своем родовом замке. Он
заботился о своих арендаторах и их благополучии, чтил Бога и высоких господ
и был воспитан в понятиях прошлого, если не в традициях греков и римлян, и
когда пришел час, по своим мировоззрениям и представлениям был причислен к
лютеранской вере. Среди католиков он был известен своим дружелюбием, а
однажды он спас одного еврея, которого разбушевавшаяся толпа хотела убить
на городской площади. Можно сказать, что он был терпим к любому созданию
божьему.
Когда мать после рождения моей младшей сестры (я был единственным сыном)
умерла во цвете лет, он очень горевал и умолял Бога забрать его вместе с
нею на небеса. По прошествии времени горе притупилось, и, следуя
божественному велению, он стал заботиться о слабых и бедных и все свои дни
тратил на попытки вернуть этих бедняг на путь и стинный.
Меня обучали музицированию и танцам, фехтованию и верховой езде так же,
как латинскому и греческому языкам. Я был ознакомлен со священным писанием
и комментариями к Библии.
Обо мне заботились, чтобы я хорошо выглядел, был мужественным и
богобоязненным, и каждый человек в замке Бек любил меня.
К 1625 году я стал хорошо образованным и убежденным протестантом, лишь
отчасти интересующимся интересуется войнами и другими делами, происходящими
в мире.
Но однажды я критически взглянул на свое существование и с этих позиций
решил пересмотреть критически свои взгляды на Господа и все то, что я узнал
о нем.
Следуя своим убеждениям, я принял участие в военной кампании и был принят
на службу к Великому королю Кристиану Датскому, обещавшему тогда помощь
бемским протестантам.
Под началом короля Кристиана служил целый ряд господ и их слуг-все без
сомнения протестанты, почти все набожные.
Войско состояло из выходцев из Франции, Швеции, Богемии, Австрии, Польши,
России, Венгрии, Фламандрии и других стран, таких, как Испания, и конечно
же, представителей почти всех германских земель.
Получив порядочную долю разочарования, я был полон презрения к
безответственным мечтаниям и выяснил, что мои соратники имеют полный
комплект таких недостатков, как врожденная злость, ненависть и безбожность,
независимо от того, были ли это принцы, дворяне или крестьяне.

К 1626 году я научился лгать так же гладко, как и остальные
военачальники, более или менее известные, во имя того, чтобы достичь целей,
которых никакими другими путями достичь невозможно. Что касается меня
лично, то я не слишком заботился о своем одиночестве и во всем полагался
только на удачу.
Маглебург, как ничто иное, подтвердил мои взгляды на жизнь: к тому
времени, когда мы покинули город, большинство из его
тридцати тысяч жителей было уже мертво. Из пяти тысяч выживших практически
все были женщинами, и в их судьбе сомневаться не приходилось.
Тилли, благодаря своему безумию, разрешил католическим священникам
предпринять попытку переженить женщин и мужчин, которых он захватил силой,
но все эти старания пропали впустую.

Необходимое для продолжения кампании продовольствие сгорело вместе с
городом, удалось спасти только вино, и в именно им мои люди заполняли
пустоту своих желудков.
Разумеется, все они перепились. Маглебург переполняли люди и трупы, и
зачастую нельзя было точно определить, где мертвый человек, а где мертвецки
пьяный.
Среди моих солдат прошел слух, что Фалькенберг, фанатичный протестант,
хочет полностью предать город огню, чтобы в нем уже никогда не могли жить
католики, но для умирающих и раненых это уже не играло никакой роли. И
последующие годы протестантам приходилось представлять маглебурскую
"милость"-убежище католикам, но теперь каждый, кто считал Фалькенберга
Инициатором поджога, желал ему долгих лет жизни и называл Маглебург
протестантской "Лукрецией", которая защищала их честь ценой жизни. Мне все
это было безразлично.
Вскоре я отдалился от Маглебурга и моих солдат на день пути. Когда я
перевалил горы и достиг первых дубовых рощ северных
отрогов великих Тюринских лесов, угарная вонь и болезни остались позади.
Здесь царил покой. Стояла весна, листья были зелеными, а их аромат вновь
и вновь волновал кровь.
Меня все еще преследовали картины смерти и хаоса. Тишина лесов казалась
мне искусственной. Я все время ожидал засады.



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43
РЕКЛАМА
Сертаков Виталий - Симулятор. Задача: выжить
Сертаков Виталий
Симулятор. Задача: выжить


Сертаков Виталий - Заначка Пандоры
Сертаков Виталий
Заначка Пандоры


Перумов Ник - Война мага. Эндшпиль
Перумов Ник
Война мага. Эндшпиль


Флинт Эрик - Окольный путь
Флинт Эрик
Окольный путь


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.