Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (18)
  2. Вещий Олег (16)
  3. Обряд дома Месгрейвов (14)
  4. Ричард Длинные Руки - 1 (12)
  5. Пелагия и красный петух (том 1) (10)
  6. Кафедра странников (9)
  7. Москва слезам не верит (сценарий) (9)
  8. Бремя власти (9)
  9. Главный противник (7)
  10. Джон Фаулз и трагедия русского либерализма (7)
  11. (7)
  12. Битва за Царьград (6)
  13. Начало всех начал (6)
  14. Пощады не будет (6)
  15. Принц Каспиан (6)
  16. Чары старой ведьмы (6)
  17. День проклятия (5)
  18. Смягчающие обстоятельства (5)
  19. Пиранья: Первый бросок (5)
  20. Последний завет (5)
  21. Человек со Звезды (5)
  22. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (4)
  23. Любовница на двоих (4)
  24. Круг любителей покушать (4)
  25. Кредо (4)
  26. По тонкому льду (4)
  27. Свирепый черт Лялечка (4)
  28. Горы Судьбы (3)
  29. Русь окаянная (3)
  30. Московский упырь (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Драма — > Грасс Гюнтер — > читать бесплатно "Жестяной барабан"


Гюнтер Грасс


Жестяной барабан



========================================
Перевод с немецкого С.Фриндлянд
Издательство "Азбука" 2000г.
OCR и вычитка Валянский С.В.
========================================



Ирина Млечина. СОЛО НА БАРАБАНЕ

Сейчас, на пороге нового столетия, когда подводятся итоги века
уходящего, в том числе в сфере художественной, мож но, не боясь пышных слов,
назвать "Жестяной барабан" великим произведением мировой литературы XX века.
В 1959 году мало кому известный автор "абсурдистских"- пьес и сборника
стихов под странноватым для тех лет названием "Преимущества воздушных кур",
каменотес, джазист, график и скульптор, учившийся в Художественной академии
Дюссельдорфа, а потом -- в Институте изобрази тельных искусств Западного
Берлина, после нескольких лет пребывания в Париже издал в возрасте тридцати
двух лет роман "Жестяной барабан", тем самым стремительно и со скандалом
ворвавшись прямо на литературный олимп ФРГ. Роман, сразу же ставший объектом
ожесточенных критических схваток, очень скоро принес автору мировую славу,
сделав его не только одной из центральных фигур на литературной сцене ФРГ,
но и чем-то вроде "диктатора литературной моды", хотя сам он себя никогда
таковым не считал, а на причудливую разноголосицу критики, доброжелательной
или резко враждебной, реагировал внешне спокойно.
У родившегося в 1927 году в Данпиге Гюнтера Грасса была весьма
характерная для юноши его возраста биография: в 1944 году призван в армию,
1945-м -- ранен, потом попал в американский плен. Позднее -- через сорок лет
после крушения нацистского рейха -- он скажет: "Благодаря легкому... ранению
осколком гранаты я встретил день без оговорочной капитуляции
великогерманского рейха на боль ничной койке. До того мое воспитание
сводилось к муштре, которая должна была приобщить меня к идеям и целям на
ционал-социализма". Конечно, замечает Грасс, к концу войны "кое-какие
смутные сомнения" у него уже возникли, но о сопротивлении не могло быть и
речи": на том этапе его возмущали главным образом "цинизм военного командова
ния, партийные бонзы, отлынивающие от фронта, а также плохое снабжение.
Кроме умения убивать с помощью военной техники я выучился двум вещам: узнал,
что такое страх, и понял, что остался в живых лишь по чистой случайности, --
два урока, которые не забыты до сих пор...".
Такова предыстория, многое объясняющая в характере грассовского
творчества и в самом формировании его творческой личности. За романом
"Жестяной барабан" последовала повесть "Кошки-мышки" (1962), а через год --
роман "Собачьи годы". Все эти произведения составили, по признанию самого
Грасса, "данцигскую трилогию": основным связующим элементом этих трех
произведений является место действия -- город Данциг, на всю жизнь
оставивший у автора яркие впечатления детства. Неповторимые фарсово-
гротескные картинки этого города еще не раз будут возникать в романах,
стихах, публицистике автора.
Если уже "Жестяной барабан" принес ему -- наряду с признанием
редкостного таланта -- грубые упреки и чуть ли не площадную брань читателей
и критиков, увидевших в нем "осквернителя святынь", "безбожника",
"сочинителя пор нографических мерзостей, совращающих немецкую молодежь", то
трилогия в целом и вовсе озлобила "вечно вчерашних", как именовали в
последние годы тех, кто ничему не научился и продолжал вздыхать по "добрым
старым вре менам", когда так славно жилось "при Адольфе". У этих k~dei
романы Грасса, в пародийно-гротескном виде изобра жавшие нацизм и тех, кто
его поддерживал, могли вызвать только ненависть, которую они пытались
прикрыть религи озными, эстетическими и псевдоморальными аргументами. Таких
нападок на автора "Жестяного барабана" было великое множество. Почтенным
бюргерам, отцам семейств он представлялся чудовищем, к книгам которого
прикасаться можно разве что в перчатках. Ореол аморальности окружал его с
того самого момента, как сенат вольного ганзейского города Бремена отказался
присудить ему литературную пре мию из-за "безнравственности" его романа.
Весьма активный в те годы публицист Курт Цизель, не расставшийся с
нацистским идейным багажом, подал на Грасса в 1962 году в суд за
распространение "развратных сочинений". После того как прокурор города
Кобленца прекратил дело, Цизель обжаловал его решение, обратившись к
генеральному прокурору. Он же послал премьер-министру земли Рейнланд-Пфальц
письмо, в котором требовал, чтобы "глава христианского земельного
правительства воздействовал на министра юстиции", дабы тот "положил конец
скандальной деятельности" Грасса. Иначе, пригрозил Цизель, он обратится "к



дружественным депутатам ландтага с просьбой подать запрос министру юстиции"
и тем решительно противодействовать неунимающемуся автору "фекальных
сочинений".
В итоге противники Грасса, именовавшие его "монстром похабщины",
автором "непристойностей", вызывающих "сексуальный шок", и прочее, и прочее,
получили от судебных инстанций нечто вроде индульгенции. И хотя ПЕН- центр
позднее выступил в защиту Грасса, некоторые его коллеги -- писатели и
критики -- не без злорадства наблюдали за тем, как поносят выдающегося
художника.
Спустя годы Грасс скажет об этом: "Для меня зло во площалось не в
судебном решении, а в молчании немецкой интеллектуальной общественности, с
каким она встретила решение суда. Частично эта реакция, как я ее понял, озна
чала: ну что ж, Грасс, получил по зубам; и только немно гие, я думаю,
поняли, что тем самым и они получили по зубам... Я полагаю, -- продолжал
Грасс, -- что такая нето лерантная, ханжеская позиция распространена в
интеллек туальной среде так же широко, как и в обывательской".
Оставляя в стороне совершенно очевидные мотивы, за ставившие
пронацистски настроенных коллег обливать по моями писателя, яростно
осуждавшего националистическое чванство, бредовые расовые идеи и
кровопролитную войну, заметим, что эротические пассажи в сочинениях Грасса,
выписанные мастерской рукой, уже через короткое время -- на фоне сексуальной
революции и молодежного движения на Западе, а также рядом с сочинениями
многих других европейских и американских авторов -- оказались скорее
наивно-лукавыми и уж ни в коем случае не имеющими отношения к порнографии.
Они просто были частью изображаемого им мира, изо бражаемого
абсурдистски и гротескно.
Что же касается его "аморализма", то любому, кто внимательно прочтет
его произведения, станет ясно, что Грасс выступает не против морали, а
против ее выхоло щенного, лживого, застывшего образа, укоренившегося в
обыденном сознании.
Заметим попутно, что многое из того, за что лицемеры и бездари
обрушивались на Гюнтера Грасса, как раз и явилось причиной, что "Жестяной
барабан" нельзя было издать у нас. Впрочем, главньм препятствием были не
только +onpmncp`thweqjhe мерзости", но прежде всего полное отсутствие
пиетета по отношению к стране "реального социализма", представавшего у
Грасса в неизменно пародийно-фарсовом виде.
В "Жестяном барабане" все было ново -- и фигура рас сказчика, и
гротескный взгляд на Германию XX века. И все же этот роман, прочно связанный
с традицией прежде всего плутовского романа; недаром Грасс, говоря о своих
предшественниках, всегда упоминает крупнейшего писателя XVII века
Гриммельсхаузена с его "Симплициссимусом". Учителей и эстетических
наставников у Грасса было немало -- например, одну из своих повестей он
назвал "Мой учитель Деблин", подчеркивая роль автора знаменитого романа
"Берлин, Александерплац" (1929) в становлении собственных эстетических
взглядов. Грасса не привлекает масштабное изображение больших событий. Для
него важнее внимание к камерной сцене и выразительной детали. Даже трагедия
войны предстает порой в фарсовом исполнении, что отнюдь не свидетельствует
ни о бесчувственности, ни о цинизме автора. При всем абсурдизме эпизодов
войны, они по- настоящему трагичны, выдают глубокую боль художника и
органически присущее ему чувство ответственности за преступления немцев.
Но более всего поразил "Жестяной барабан" совершенно непривычной,
гениально придуманной фигурой героя -- юного Оскара Мацерата, который
родился на свет уже с невыносимым отвращением к окружающему миру и с
решением никак и никогда не участвовать в делах и делишках этого мира. В три
года он перестает расти в знак протеста против неаппетитной жизни взрослых.
И только подаренный матерью дешевенький детский барабан примиряет его с
жизнью, позволяя найти в барабанной дроби свое призвание, прибежище, свой
особый, не соприкасающийся со взрослыми мир. Яростный поклонник барабанной
дроби не расстается с игрушкой никогда, выстукивает палочками все, что видит
и слышит вокруг. Иными словами, он выражает свое миросозерцание не в слове,
не в поэзии или живописи, а в форме непрерывного постукивания палочками по
гладкой поверхности этого ударного инструмента. История Германии XX века как
соло на барабане и герой, наблюдающий мир со своеобразной дистанции, снизу,
"из-под трибун", -- вряд ли кто оспорит оригинальность и эстетическую
новизну подобной художественной идеи.
Оскар с его сугубо негативным отношением к миру взрослых (ведь они
лгут, распутничают, затевают войны, убивают себе подобных) отвечает на зло,
творимое ими, "мания разрушения". На жестокость абсурдного мира он отве чает
абсурдной жестокостью, на аморализм окружающих -- отрицанием любых табу,
низвержением любых авторитетов. Его "тотальный инфантилизм" -- маска,
прикрывающая лицо обиженного и, по сути, несчастного человека.
В интервью 1970 года Грасс сформулировал главную тему своего
творчества, доминирующую над остальным при всем разнообразии его
художественных мотивов, -- это тема вины немцев. Во всем, "что касается
эпохи, которую я описываю, с которой веду спор и которую хочу осмыслить",



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131
РЕКЛАМА
Корнев Павел - Литр
Корнев Павел
Литр


Конюшевский Владислав - Все зависит от нас
Конюшевский Владислав
Все зависит от нас


Белогорский Евгений - Во славу Отечества!
Белогорский Евгений
Во славу Отечества!


Афанасьев Роман - Между землей и небом
Афанасьев Роман
Между землей и небом


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.