Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (21)
  2. Аллан Кватермэн (17)
  3. Гнев дракона (16)
  4. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (14)
  5. Начало всех начал (14)
  6. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (11)
  7. Кредо (11)
  8. Память льда (9)
  9. Обратись к Бешенному (9)
  10. Путь Кейна. Одержимость (9)
  11. Аквариум (8)
  12. Второй уровень. Весы судьбы (8)
  13. Роксолана (7)
  14. Летучий Голландец (7)
  15. Омон Ра (7)
  16. Пелагия и красный петух (том 2) (6)
  17. Тимур и его команда (6)
  18. К "последнему" морю (6)
  19. Требуется чудо (6)
  20. Армагеддон (5)
  21. По тонкому льду (5)
  22. Круг любителей покушать (5)
  23. Странствующий теллуриец (5)
  24. Свет вечный (5)
  25. Пирамида (5)
  26. Ричард Длинные Руки - 1 (5)
  27. Дикарка (4)
  28. Париж на три часа (4)
  29. Полковнику никто не пишет (4)
  30. Колдун из клана Смерти (4)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Драма — > Гюго Виктор — > читать бесплатно "Человек, который смеется"


Виктор Гюго


Человек, который смеется


В Англии все величественно, даже дурное, даже олигархия. Английский
патрициат - патрициат в полном смысле этого слова. Нигде не было
феодального строя более блестящего, более жестокого и более живучего, чем
в Англии. Правда, в свое время он оказался полезен. Именно в Англии надо
изучать феодальное право, подобно тому как королевскую власть надо изучать
во Франции.
Книгу эту собственно следовало бы озаглавить "Аристократия". Другую,
которая явится ее продолжением, можно будет назвать "Монархия". Обе они,
если только автору суждено завершить этот труд, будут предшествовать
третьей, которая замкнет собою весь цикл и будет озаглавлена "Девяносто
третий год".
Отвиль-Хауз. 1869.




КНИГА ПЕРВАЯ. МОРЕ И НОЧЬ


ПРОЛОГ


1. УРСУС
Урсус и Гомо были связаны узами тесной дружбы. Урсус [медведь (лат.)]
был человек, Гомо [человек (лат.)] - волк. Нравом они очень подходили друг
к другу. Имя "Гомо" дал волку человек. Вероятно, он же придумал и свое;
найдя для себя подходящей кличку "Урсус", он счел имя "Гомо" вполне
подходящим для зверя. Содружество человека и волка пользовалось успехом на
ярмарках, на приходских праздниках, на уличных перекрестках, где толпятся
прохожие; толпа всегда рада послушать балагура и накупить всяких
шарлатанских снадобий. Ей нравился ручной волк, ловко, без принуждения
исполнявший приказания своего хозяина. Это большое удовольствие - видеть
укрощенного строптивца, и нет ничего приятней, чем наблюдать все
разновидности дрессировки. Вот почему бывает так много зрителей на пути
следования королевских кортежей.
Урсус и Гомо кочевали с перекрестка на перекресток, с площадей
Абериствита на площади Иедбурга, из одной местности в другую, из графства
в графство, из города в город. Исчерпав все возможности на одной ярмарке,
они переходили на другую. Урсус жил в балагане на колесах, который Гомо,
достаточно вышколенный для этого, возил днем и стерег ночью. Когда дорога
становилась трудной из-за рытвин, грязи или при подъемах в гору, человек
впрягался в лямку и по-братски, бок о бок с волком, тащил возок. Так они
вместе и состарились.
На ночлег они располагались где придется - среди невспаханного поля, на
лесной прогалине, у перекрестка нескольких дорог, у деревенской околицы, у
городских ворот, на рыночной площади, в местах народных гуляний, на опушке
парка, на церковной паперти. Когда возок останавливался на какой-нибудь
ярмарочной площади, когда с разинутыми ртами сбегались кумушки и вокруг
балагана собирался кружок зевак, Урсус принимался разглагольствовать, и
Гомо с явным одобрением слушал его. Затем волк учтиво обходил
присутствующих с деревянной чашкой в зубах. Так зарабатывали они себе на
пропитание. Волк был образованный, человек - тоже. Волк был научен
человеком или научился сам всяким, волчьим фокусам, которые повышали сбор.
- Главное, не выродись в человека, - дружески говаривал ему хозяин.
Волк никогда не кусался, с человеком же это порою случалось. Во всяком
случае Урсус имел поползновение кусаться. Урсус был мизантроп и, чтобы
подчеркнуть свою ненависть к человеку, сделался фигляром. К тому же надо
было как-нибудь прокормиться, ибо желудок всегда предъявляет свои права.
Впрочем, этот мизантроп и скоморох, быть может думая таким образом найти
себе место в жизни поважнее и работу посложнее, был также и лекарем. Мало
того, Урсус был еще и чревовещателем. Он умел говорить, не шевеля губами.
Он мог ввести в заблуждение окружающих, с изумительной точностью копируя
голос и интонации любого из них. Он один подражал гулу целой толпы, что
давало ему полное право на звание "энгастримита". Он так себя и величал.
Урсус воспроизводил всякие птичьи голоса: голос певчего дрозда, чирка,
жаворонка, белогрудого дрозда - таких же скитальцев, как и он сам;
благодаря этому своему таланту он мог по желанию в любую минуту вызвать у
вас-впечатление то площади, гудящей народом, то луга, оглашаемого мычанием
стада; порою он бывал грозен, как рокочущая толпа, порою детски
безмятежен, как утренняя заря. Такое дарование хотя и редко, но все же
встречается. В прошедшем столетии некто Тузель, подражавший смешанному



гулу людских и звериных голосов и воспроизводивший крики всех животных,
состоял при Бюффоне в качестве человека-зверинца. Урсус был проницателен,
крайне своеобразен и любознателен. Он питал склонность ко всяким
россказням, которые мы называем баснями, и притворялся, будто сам верит
им, - обычная хитрость лукавого шарлатана. Он гадал по руке, по раскрытой
наобум книге, предсказывал судьбу, объяснял приметы, уверял, что встретить
черную кобылу - к неудаче, но что еще опаснее услышать, когда ты уже
совсем готов в дорогу, вопрос: "Куда собрался?" Он называл себя "продавцом
суеверий", обычно говоря: "Я этого не скрываю; вот в чем разница между
архиепископом Кентерберийским и мной". Архиепископ, справедливо
возмущенный, однажды вызвал его к себе. Однако Урсус искусно обезоружил
его преосвященство, прочитав перед ним собственного сочинения проповедь на
день рождества Христова, которая так понравилась архиепископу, что он
выучил ее наизусть, произнес с кафедры и велел напечатать как свое
произведение. За это он даровал Урсусу прощение.
Благодаря своему искусству врачевателя, а может быть, и вопреки ему,
Урсус исцелял больных. Он лечил ароматическими веществами. Хорошо
разбираясь в лекарственных травах, он умело использовал огромные целебные
силы, заключенные во множестве всеми пренебрегаемых растений - в
гордовине, в белой и вечнозеленой крушине, в черной калине, бородавнике, в
рамене; он лечил от чахотки росянкой, пользовался, сообразно надобности,
листьями молочая, которые, будучи сорваны у корня, действуют как
слабительное, а сорванные у верхушки - как рвотное; исцелял горловые
болезни при помощи наростов растения, именуемого "заячьим ушком"; знал,
каким тростником можно вылечить быка и какой разновидностью мяты можно
поставить на ноги больную лошадь; знал все ценные, благотворные свойства
мандрагоры, которая, как всем известно, является растением двуполым. У
него были лекарства на всякие случаи. Ожоги он исцелял кожей саламандры,
из которой у Нерона, по словам Плиния, была сделана салфетка. Урсус
пользовался ретортой и колбой; он сам производил перегонку и сам же
продавал универсальные снадобья. Ходили слухи, будто одно время он сидел в
сумасшедшем доме; ему оказали честь, приняв его за умалишенного, но вскоре
выпустили на свободу, убедившись, что он всего-навсего поэт. Возможно, что
этого и не было: каждый из нас бывал жертвой подобных россказней.
В действительности же Урсус был грамотеем, любителем прекрасного и
сочинителем латинских виршей. Он был ученым в двух областях, ибо
одновременно шел по стопам и Гиппократа и Пиндара. В знании поэтического
ремесла он мог бы состязаться с Раненом и с Видой. Он мог бы сочинять
иезуитские трагедии не менее удачно, чем отец Бугур. Благодаря близкому
знакомству с прославленными ритмами и размерами древних Урсус в своем
обиходе пользовался ему одному свойственными образными выражениями и целым
рядом классических метафор. О матери, впереди которой шествовали две
дочки, он говорил: "Это дактиль"; об отце, за которым шли два его сына:
"Это анапест"; о внуке, шагавшем между дедом и бабушкой: "Это амфимакрий".
При таком обилии знаний можно жить только впроголодь. Салернская школа
рекомендует: "Ешьте мало, но часто". Урсус ел мало и редко, выполняя,
таким образом, лишь первую половину предписания и пренебрегая второй. Но
это уж была вина публики, которая собиралась не каждый день и покупала не
слишком часто. Урсус говорил: "Отхаркнешься поучительным изречением -
станет легче. Волк находит утешение в вое, баран - в теплой шерсти, лес -
в малиновке, женщина - в любви, философ же - в поучительном изречении".
Урсус по мере надобности кропал комедии, которые сам же с грехом пополам и
разыгрывал: это помогало продавать снадобья. В числе других творений он
сочинил героическую пастораль в честь рыцаря Хью Миддлтона, который в 1608
году провел в Лондон речку. Эта речка спокойно протекала в шестидесяти
милях от Лондона, в графстве Гартфорд; явился рыцарь Миддлтон и завладел
ею; он привел с собою шестьсот человек, вооруженных заступами и мотыгами,
стал рыть землю, понижая грунт в одном месте, повышая его в другом, иногда
подымая речку на двадцать футов, иногда углубляя ее русло на тридцать
футов, соорудил из дерева наземные водопроводы, построил восемьсот мостов,
каменных, кирпичных и бревенчатых, и вот, в одно прекрасное утро, речка
вступила в пределы Лондона, который испытывал в то время недостаток в
воде. Урсус преобразил эти прозаические подробности в прелестную
буколическую сцену между рекою Темзой и речкой Серпантиной. Мощный поток
приглашает к себе речку, предлагая ей разделить с ним ложе. "Я слишком
стар, - говорит он, - чтобы нравиться женщинам, но достаточно богат, чтобы
оплачивать их". Это был остроумный и галантный намек на то, что сэр Хью
Миддлтон произвел все работы за свой счет.
Урсус мастерски владел монологом. Будучи нелюдимым и вместе с тем
словоохотливым, не желая никого видеть, но испытывая потребность
поговорить с кем-нибудь, он выходил из затруднения, беседуя сам с собою.
Кто жил в уединении, знает, до какой степени человеческой природе
свойствен монолог. Слово, звучащее внутри нас, вызывает своего рода зуд.
Обращаясь в пространство, мы как бы открываем предохранительный клапан.
Разговор вслух наедине с собой производит впечатление диалога с богом,



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136
РЕКЛАМА
Шилова Юлия - Неверная, или Готовая вас полюбить
Шилова Юлия
Неверная, или Готовая вас полюбить


Конюшевский Владислав - Основная миссия
Конюшевский Владислав
Основная миссия


Шилова Юлия - Отрекаются любя. Я подарю тебе небо в алмазах
Шилова Юлия
Отрекаются любя. Я подарю тебе небо в алмазах


Орлов Алекс - Одиночный выстрел
Орлов Алекс
Одиночный выстрел


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.