Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (19)
  2. (14)
  3. Ричард Длинные Руки - 1 (12)
  4. Москва слезам не верит (сценарий) (10)
  5. Обряд дома Месгрейвов (9)
  6. Вещий Олег (9)
  7. Главный противник (8)
  8. Посмертный образ (7)
  9. Бремя власти (6)
  10. Последний завет (6)
  11. День проклятия (5)
  12. Пелагия и красный петух (том 1) (5)
  13. Любовница на двоих (5)
  14. Кафедра странников (4)
  15. Горы Судьбы (4)
  16. Круг любителей покушать (4)
  17. Свирепый черт Лялечка (4)
  18. Чары старой ведьмы (4)
  19. Принц Каспиан (4)
  20. Требуется чудо (4)
  21. Чистильщик (4)
  22. Пощады не будет (4)
  23. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (4)
  24. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (4)
  25. Джон Фаулз и трагедия русского либерализма (4)
  26. Начало всех начал (3)
  27. На осколках чести (3)
  28. Битва за Царьград (3)
  29. Шестая книга судьбы (3)
  30. Русь окаянная (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Драма — > Гиляровский Владимир — > читать бесплатно "Мои скитания"


Владимир Гиляровский


Мои скитания




ПОВЕСТЬ БРОДЯЖНОЙ ЖИЗНИ








ЖИЗНЬ И КНИГИ "ДЯДИ ГИЛЯЯ"

Многочисленные друзья и приятели В. А. Гиляровского называли его шутя,
а потом и всерьез, но всегда тепло и любовно -- дядя Гиляй (одно время он
подписывался "В. Гиля-й"), А. П. Чехов так и писал ему: "Милый дядя Гиляй!"
Милый дядя Гиляй!.. В этих чеховских словах выражена сердеч-ная любовь
современников к человеку большой русской души, неук-ротимой энергии,
бесшабашной отваги и удали, как бы олицетворяв-шего собой неисчерпаемую
талантливость русского народа, широту и цельность его натуры.
Общительный и веселый, щедрый и добрый, всегда полный не-обыкновенного
любопытства к жизни и бурный в проявлении своих чувств, он и внешне был
необычайно яркой фигурой, натурой широ-кого склада -- богатырское сложение,
крупные черты лица, боль-шие умные проницательные глаза, седые пышные усы
запорожца. Знать билась в нем кровь дальних его предков, запорожских
каза-ков! Недаром же Репин писал с Гиляровского одного из своих запо-рожцев,
а Андреев лепил с него фигуру Тараса Бульбы для памят-ника Гоголю в Москве.
Гиляровский обладал огромной физической силой, сгибал паль-цами большие
медные пятаки, шутя ломал серебряные рубли, раз-гибал подковы, легко мог
завязать узлом железную кочергу. Это был человек неистощимый в своих
мальчишеских проказах, выдум-ках и шутках. Его биография полна удивительных
приключений. Он никогда не терялся и не сгибался ни перед какими ударами
жизни. Она закалила его и воспитала как человека необычайно разностороннего
и исключительно трудолюбивого.
Кем только не был Гиляровский -- волжским бурлаком, крючником, цирковым
наездником, борцом, табунщиком, актером, знатоком конского спорта и
пожарного дела, знаменитым газетчиком, "коро-лем репортеров". Он гордился
значком "почетного пожарника", за храбрость в войне с турками имел
солдатского Георгия, за участие в олимпийских играх -- большую золотую
медаль.
Гиляровский, по словам его друга писателя Н. Телешова, в одно и то же
время охотно дружил "с художниками, знаменитыми и на-чинающими, писателями и
актерами, пожарными, беговыми наездниками, жокеями и клоунами из цирка,
европейскими знаменито-стями и пропойцами Хитрова рынка, "бывшими людьми". У
него не было просто "знакомых", у него были только "приятели". Всегда и со
всеми он был на "ты".
Не зная усталости, он вечно куда-нибудь спешил, на ходу рас-точая
экспромты, остроумные шутки, тут же весело похлопывал по серебряной
табакерке, с которой никогда не расставался, пред-лагая "всем окружающим,
знакомым и незнакомым, понюхать ка-кого-то особенного табаку в небывалой
смеси, известной только
ему одному".
Большое человеческое обаяние Гиляровского привлекало к нему лучших
людей того времени. Двери его дома всегда были гостепри-имно открыты для
друзей, для писателей и художников, артистов и журналистов, знаменитых и
только вступавших в жизнь. Заходили сюда Л. Толстой и М. Горький, бывали
Глеб Успенский и Мамин-Сибиряк, Репин и Левитан, Куприн и Бунин, Шаляпин и
Собинов, Брюсов и Леонид Андреев, Маяковский и Есенин, Демьян Бедный и
Алексей Толстой. Обогреться и накормить приводил сюда хозяин знаменитого
Саврасова в последние годы его жизни; с просьбой оказать протекцию,
смущаясь, заглядывал молодой Качалов. В уют-ной столовой Гиляровских, где
происходили встречи выдающихся людей своего времени, и сейчас еще висит
большой портрет великого Л. Толстого с дарственной надписью: "Владимиру
Алексеевичу Ги-ляровскому. Лев Толстой. 17 дек. 1899 г."
"Есть люди, -- пишет К. Паустовский, -- без которых не может
существовать литература, хотя они сами пишут немного, а то и совсем не
пишут. Это люди -- своего рода бродильные дрожжи, искристый винный сок.
Неважно -- много ли они или мало написали. Важно, что они жили и вокруг них
кипела литературная жизнь сво-его времени, а вся современная им история, вся
жизнь страны пре-ломлялась в их деятельности. Важно то, что они определяли
собой свое время.


Таким был Владимир Алексеевич Гиляровский -- поэт, писатель,
знаток России и Москвы, человек большого сердца -- чистейший образец
талантливого нашего народа".
Трудно представить литературу конца 19 и начала 20 века без
Гиляровского, нет почти ни одной книги воспоминаний о литера-турной жизни
этих лет, в которой имя "дяди Гиляя" не было бы упомянуто с любовью. Он был
душою многих собраний и встреч. Сам полный сил и горения, он и других
заставлял гореть, увле-каться тем, что увлекало его. "С тобой и умирать
некогда", -- го-ворил ему Чехов. Даже старика Толстого удавалось ему
вытаски-вать в общество, возить зимой на репетиции чеховского "Медведя".
Гиляровский находил время рассказывать Глебу Успенскому о бродяжной
жизни, вдохновенно читать Горькому своего "Разина", водить Станиславского и
Немировича-Данченко по притонам Хит-рова рынка, знакомить Чехова с
провинциальными актерами, возить его за город к крестьянину Никите,
прототипу "Злоумышленника", поддержать начинающего Валерия Брюсова, увлечь
атлетикой Куприна.
И писатели отвечали ему взаимной привязанностью, радовались его успехам
в литературе, искали с ним встреч. "Вчера я был у Ги-ляя, -- пишет Чехов, --
и отнял у него очень маленький рассказ, который он готовил не то в
"Развлечение", не то в "Будильник". Рассказ совсем осколочный. Удался и
формой и содержанием, так что трудно было удержаться, чтобы не схапать его".
"...Ах, дорогой дядя Гиляй, -- записывает А. Куприн, -- крест-ный мой
отец в литературе и атлетике, скорее я воображу себе Москву без
царя-колокола и царя-пушки, чем без тебя".
Как писатель, Гиляровский стал известен изображением жизни "трущобных
людей", босяков и нищих, быта московского "дна", большим знатоком которого
он был. Московская беднота любила Гиляровского за смелость и великодушие, за
то, что он понимал их горе и не раз защищал простых людей, выброшенных
беспра-вием за борт жизни.
Гиляровский дорог литературе как яркий бытописатель старой Москвы,
одинаково хорошо знавший жизнь дворцов и трущоб древней русской столицы, ее
быт и людей.
"В своих книгах, -- писала о Гиляровском "Правда", -- он вскрывал
пороки капиталистического строя и с любовью, с боль-шим знанием жизни писал
о простых людях".
Владимир Алексеевич Гиляровский родился 26 ноября (8 де-кабря) 1853
года в глухом лесном хуторе за Кубенским озером, в сямских лесах Вологодской
губернии. "... Часть детства своего, -- рассказывает писатель, -- провел в
дремучих домшинских лесах, где по волокам да болотам непроходимым -- медведи
пешком хо-дят, а волки стаями волочатся. В Домшине пробегала через леса
дремучие быстрая речонка Тошня, а за ней, среди вековых лесов, болота. А за
этими болотами скиты раскольничьи, куда доступ был только зимой, по тайным
нарубкам на деревьях, которые чу-жому и не приметить, а летом на шестах
пробираться приходи-лось... Разбросаны эти скиты были за болотами на высоких
мес-тах, красной сосной поросших".
В этой лесной глуши и прошло раннее детство будущего писа-теля. Отец
его, Алексей Иванович, сам белозер, служил тогда помошником управляющего
лесным имением графа Олсуфьева. Уп-равлял имением казак Петр Иванович
Усатый, сын запорожца, бежавшего на Кубань после разгрома Сечи, участник
кавказских походов, человек недюжинной физической силы. На его
шестна-дцатилетней дочери, Надежде Петровне, и женился отец Гиляров-ского.
Дух казачьей вольности жил в этой семье. Вольнолюбивые песни,
запрещенные стихи Рылеева, тетрадь с которыми хранилась у отца еще с
семинарских времен, стихи Пушкина и Лермонтова рано стали дороги и близки
мальчику Гиляровскому. "Бабка и дед, -- вспоминает писатель, -- рассказывали
о привольной и бое-вой казачьей жизни, а их дочь, моя мать, прекрасно пела
песни чудные и читала по вечерам Пушкина, Лермонтова, а отец-- запре-щенные
стихи Рылеева".
Когда мальчику исполнилось пять лет, дед привез с сельской ярмарки
азбуку и сам начал обучать внука грамоте. Физическим воспитанием мальчика
занимался давний друг отца и деда беглый матрос Китаев, бывший крепостной
крестьянин с реки Юг. Он обладал сказочной силой, с ножом ходил на медведя
-- один на один, жонглировал бревнами, ударом ребра ладони разбивал на руках
камни.
Этот беглый матрос и воспитывал в Гиляровском "удалого охот-ника",
заставлял его лазить по деревьям, обучал гимнастике, борьбе, плаванию,
верховой езде.
Семья Гиляровских жила очень дружно и скромно. Отец и дед были завзятые
рыбаки и первые медвежатники на всю округу, крепко дружили с крестьянами и
пользовались всеобщим уваже-нием. "3а все время управления дедом глухим
лесным имением, где даже барского дома не было, никто не был телесно
нака-зан, -- с гордостью пишет Гиляровский, -- никто не был обижен, хотя
кругом свистали розги, и управляющими, особенно из немцев, без очереди
сдавались люди в солдаты, а то и в Сибирь ссыла-лись... Дед был полным



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56
РЕКЛАМА
Березин Федор - Пепел
Березин Федор
Пепел


Херберт Фрэнк - Муравейник Хеллстрома
Херберт Фрэнк
Муравейник Хеллстрома


Андреев Николай - Пролог. Смерти вопреки
Андреев Николай
Пролог. Смерти вопреки


Махров Алексей - Вставай, Россия! Десант из будущего
Махров Алексей
Вставай, Россия! Десант из будущего


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.