Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Гнев дракона (55)
  2. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (16)
  3. Любовница на двоих (14)
  4. Обратись к Бешенному (11)
  5. Требуется чудо (10)
  6. Последнее допущение Господа (10)
  7. Свет вечный (10)
  8. Ричард Длинные Руки - 1 (8)
  9. Омон Ра (8)
  10. Кредо (8)
  11. Кафедра странников (7)
  12. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (6)
  13. Пощады не будет (6)
  14. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (6)
  15. Меняющая мир, или Меня зовут Леди Стерва (5)
  16. Два демона (5)
  17. Путь князя. Равноценный обмен (5)
  18. Аквариум (5)
  19. Смерть Ахиллеса (4)
  20. Темный лорд (4)
  21. Летучий Голландец (4)
  22. Круг любителей покушать (4)
  23. Свирепый черт Лялечка (3)
  24. Начало всех начал (3)
  25. Прозрачные витражи (3)
  26. Смягчающие обстоятельства (3)
  27. К "последнему" морю (3)
  28. Вещий Олег (3)
  29. Память льда (3)
  30. Шпион, или повесть о нейтральной территории (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

История — > Ирвинг Вашингтон — > читать бесплатно "История Нью-Йорка"


Вашингтон Ирвинг


История Нью-Йорка



Washington Irving, A history of New York
Перевод В. И. Ровинского
Серия "Литературные памятники", М., "Наука", 1968
OCR Бычков М.Н.





De waarheid die in duister lag
Die kommt met klaarheid aan den dag.
[Правда, таящаяся в сумерках,
Является сияющей в расцвете дня (голл.)]

"НЬЮ-ЙОРКСКОМУ
ИСТОРИЧЕСКОМУ ОБЩЕСТВУ" {1}
БЛАГОГОВЕЙНО ПОСВЯЩАЕТСЯ ЭТОТ ТРУД,
КАК СКРОМНОЕ И НЕДОСТОЙНОЕ СВИДЕТЕЛЬСТВО
ГЛУБОКОГО ПОЧТЕНИЯ И ВЫСОКОГО УВАЖЕНИЯ
ИСКРЕННЕГО ДОБРОЖЕЛАТЕЛЯ
И
ПРЕДАННОГО СЛУГИ ОБЩЕСТВА
ДИДРИХА НИКЕРБОКЕРА.







ОБ АВТОРЕ
Однажды, если память мне не изменяет, в начале осени 1808 года какой-то
незнакомец обратился в поисках пристанища в "Независимую Колумбийскую
гостиницу", которая находится на Молберри-стрит и принадлежит мне. Это был
низенький, шустрый на вид старый джентльмен в порыжелом черном кафтане,
бархатных штанах оливкового цвета и в маленькой треуголке. Его редкие седые
волосы были заплетены в косу и подобраны сзади, борода, казалось, была
суточной давности. Единственным предметом роскоши в его наряде были
квадратные серебряные пряжки на башмаках, а весь его багаж состоял из двух
седельных мешков, которые он нес под мышкой. Внешность его носила какую-то
печать своеобразия, и моя жена, особа очень проницательная, сразу же решила,
что это какой-то почтенный школьный учитель из провинции.
Так как "Независимая Колумбийская гостиница" очень невелика, то вначале
я пребывал в некотором затруднении, не зная, куда поместить незнакомца; но
моя жена, которой он, видимо, понравился, пожелала поселить его в своей
лучшей комнате, изысканно украшенной портретами всех членов нашего
семейства, выполненными в черном цвете двумя великими художниками, Джарвисом
{1} и Вудом {2}; из нее открывается очень приятный вид на новые кварталы
"Большой Лужи" {3}, на задворки работного дома и тюрьмы и на весь передний
фасад больницы, так что это самая веселая комната во всем доме.
В течение всего времени, что он жил у нас, он казался весьма достойным
старым джентльменом, хотя и несколько странным в своих привычках. Обычно он
целые дни проводил у себя в комнате и, если кто-нибудь из детей плакал или
шумел у его двери, он в большом возбуждении выбегал из комнаты с кипой
бумажек в руках и кричал, что его "сбивают с мыслей", отчего моя жена
начинала иногда сомневаться, в своем ли он уме. И в самом деле, для такого
предположения было достаточно причин, так как его комната всегда была
завалена обрывками бумаги и старинными заплесневелыми книгами, лежавшими в
беспорядке; он никому не разрешал до них дотрагиваться, ибо, говорил он, все
они разложены по своим местам, чтобы их можно было найти; впрочем, по правде
говоря, половину своего времени он в беспокойстве расхаживал по дому в
поисках какой-нибудь книги или записи, которую сам куда-то старательно
засунул. Никогда не забуду, какой шум он поднял однажды из-за того, что моя
жена убрала его комнату, когда он ушел, и привела все в порядок; он клялся,
что теперь и за год не сумеет разложить бумаги так, как ему нужно. Тут жена



осмелилась спросить его, на что ему столько книг и бумаг, и он сказал ей,
что "ищет бессмертия", и тогда она еще с большим основанием подумала, не
свихнулся ли бедный старый джентльмен.
Он был очень любознательный человек и, если не сидел у себя в комнате,
постоянно бродил по городу, интересуясь всеми новостями и вмешиваясь во все,
что происходило; особенно это проявлялось во время выборов, когда он только
и делал, что спешил с одного избирательного пункта на другой, посещая все
предвыборные собрания и заседания комитетов, хотя я ни разу не мог
обнаружить, чтобы он стал на чью-либо сторону. Напротив, возвращаясь домой,
он яростно ругал обе партии {4} и однажды совершенно ясно доказал, к
удовлетворению моей жены и трех старых леди, пивших с нею чай, из которых
одна была глуха, как пень, что две наши партии похожи на двух жуликов,
тянущих народ за полу каждый в свою сторону, и что в конце концов они сорвут
с него всю одежду, явив взорам его наготу. Он был поистине оракулом среди
соседей, которые собирались вокруг него послушать, как он ораторствует, сидя
днем на скамье перед дверью и покуривая трубку; и я охотно верю, что он
привлек бы на свою сторону всех соседей, если бы только им удалось понять,
за что он сам стоит.
Он очень любил спорить или, как он говорил, _философствовать_ о
малейших пустяках, и надо отдать ему справедливость, я не знал никого, кто
бы мог сравняться с ним, если не считать одного серьезного на вид
джентльмена, время от времени навещавшего его и часто ставившего его в тупик
при споре. В этом нет ничего удивительного, так как я впоследствии узнал,
что этот незнакомец был городской библиотекарь и, конечно, человек большой
учености; и я сильно подозреваю, что он приложил руку к приведенному ниже
историческому сочинению.
Так как наш квартирант прожил у нас долго, и мы не получали никакой
платы, моя жена стала несколько беспокоиться и пожелала выяснить, кто он
такой и чем занимается. Поэтому она, набравшись храбрости, задала этот
вопрос его другу библиотекарю; тот со свойственной ему сухостью ответил, что
наш постоялец принадлежит к числу литераторов (она решила, что это,
вероятно, означает какую-то новую политическую партию). Я считал недостойным
напоминать жильцу о плате, так что проходил день за днем, а я ни гроша не
спрашивал со старого джентльмена; но жена, которая эти дела всегда брала на
себя и была, как я уже говорил, женщиной проницательной, потеряла в конце
концов терпение и намекнула, что уже давно пришла пора, чтобы "некая особа
увидела деньги некоей особы". На это старый джентльмен весьма обиженно
ответил, что ей не надо беспокоиться, ибо вот здесь (указывая на седельные
мешки) у него лежит сокровище, стоющее не меньше, чем весь ее дом со всем
имуществом. Таков был единственный ответ, который нам удалось от него
получить; но моя жена одним из тех неисповедимых путей, какими женщины до
всего дознаются, выяснила, что у нашего жильца очень большие связи, так как
он находился в родстве с Никербокерами из Скагтикока и был двоюродным братом
члена конгресса с той же фамилией, и потому не захотела обойтись с ним
невежливо. Больше того, она предложила ему, просто для того, чтобы облегчить
положение, жить и дальше бесплатно с тем условием, что он будет учить детей
грамоте, а она постарается, чтобы и соседи посылали учиться своих детей.
Однако старый джентльмен отнесся к ее предложению с таким возмущением и был,
по-видимому, столь оскорблен тем, что его приняли за школьного учителя, что
жена моя больше не решалась заговаривать об этом деле.
Около двух месяцев тому назад он вышел утром со свертком в руке - и с
тех пор о нем ничего не слышно. Мы наводили всякого рода справки, но тщетно.
Я написал его родственникам в Скагтикок, но они ответили, что он там не был
с позапрошлого года, когда вступил в ожесточенный спор о политике с членом
конгресса и покинул город в сильном раздражении; с того времени о нем не
было ни слуху, ни духу. Должен признаться, я очень беспокоился за бедного
старого джентльмена, опасаясь, не случилось ли с ним чего-то, коль скоро его
так долго нет и он не возвращается уплатить по счету. Поэтому я решил
прибегнуть к помощи газет; но хотя некоторые сердобольные типографы
напечатали мое печальное объявление, мне так и не удалось узнать о нем
ничего утешительного.
Жена сказала, что теперь настало самое время позаботиться нам о себе и
выяснить, оставил ли он в комнате что-нибудь, что могло бы возместить
стоимость жилья и полного пансиона. Однако мы ничего не нашли, кроме
нескольких старинных книг, заплесневелых рукописей и двух седельных мешков;
когда мы в присутствии библиотекаря открыли мешки, в них оказалось лишь
немного поношенного белья и большая кипа исписанных листов бумаги.
Просмотрев их, библиотекарь сказал нам, что это несомненно и есть то
сокровище, о котором говорил старый джентльмен; ибо это была превосходнейшая
и достоверная "История Нью-Йорка", которую он посоветовал нам непременно
опубликовать, заверяя, что понимающие толк читатели быстро раскупят ее и
задолженность нашего постояльца без сомнения будет покрыта в десятикратном
размере. Тогда мы поручили весьма образованному учителю, обучающему наших
детей, подготовить рукопись к печати, что он и сделал; больше того, он
дополнил ее некоторым количеством собственных примечаний и гравюрой города,



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91
РЕКЛАМА
Самойлова Елена - Путешественница
Самойлова Елена
Путешественница


Головачев Василий - Два меча
Головачев Василий
Два меча


Андреев Николай - Второй уровень. Власть и любовь
Андреев Николай
Второй уровень. Власть и любовь


Сертаков Виталий - Золото русского эмира
Сертаков Виталий
Золото русского эмира


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.