Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Любовница на двоих (65)
  2. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (22)
  3. Колдун из клана Смерти (18)
  4. Гнев дракона (17)
  5. Заклятие предков (17)
  6. Свирепый черт Лялечка (16)
  7. Аквариум (15)
  8. Пелагия и красный петух (том 2) (14)
  9. Признания авантюриста Феликса Круля (13)
  10. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (13)
  11. Поводыри на распутье (11)
  12. О бедном Кощее замолвите слово (8)
  13. Бубен верхнего мира (8)
  14. Цифровая крепость (8)
  15. Чудовище без красавицы (8)
  16. Вещий Олег (7)
  17. Роксолана (7)
  18. Гиперион (7)
  19. Брудершафт с Терминатором (6)
  20. Покер с акулой (6)
  21. Его сиятельство Каспар Фрай (6)
  22. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (5)
  23. К "последнему" морю (5)
  24. Ричард Длинные Руки - 1 (5)
  25. По тонкому льду (4)
  26. Путь Кейна. Одержимость (4)
  27. Шпион, или повесть о нейтральной территории (4)
  28. Журналист для Брежнева (4)
  29. Умножающий печаль (4)
  30. Вставай, Россия! Десант из будущего (4)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Драма — > Леонов Леонид — > читать бесплатно "Барсуки"


Леонид Леонов


БАРСУКИ



Жи-или, бы-или
Два брата родны-ие
О-одна мать их вспои-ила...
Ра-авным щастьем надели-ила:
Одного-о то бога-атством,
А-а другого нишшато-о-ой!
(Слепцы поют).
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.
I. Егор Иваныч Брыкин женихаться едет.
Прикатил на Казанскую парень молодой из Москвы к себе на село, именем
- Егор Брыкин, званьем - торгаш. На Толкучем в Москве ларь у него, а в
ларе всякие капризы, всякому степенству в украшенье либо в обиход: и
кольца, и брошки, и чайные ложки, и ленты, и тесемки, и носовые плат-
ки... Купечествовал парень потихоньку, горланил из ларя в три медных
горла, строил планы, деньгу копил, себя не щадя, и полным шагом к своей
зенитной точке шел. Про него и знали на Толкучем: у Брыкина глаз косой,
но меткий, много видит; у Брыкина прием цепкий, а тонкие губы хватки, -
великими делами отметит себя Егорка на земле.
А за неделю до Казанской нашел Брыкин стертый пятак под водосточным
жолобом. С пятака и пристала к нему тоска. Осунулся и помертвел, вся
скупая пища, какую принимал, на разрощенье его тоски пошла. Тут как-то,
сидя на койке у себя со свечкой, сосчитал Брыкин сумму богатства своего
и задумался. Причудилось ему, что уже настало время удивить мир деянием
большого человека Егора Брыкина, а тоску за предвестье славы своей счел.
Парень он был коммерческого смысла, знал потехе меру, деньгам счет, выс-
шему чину лукавый почет, а себе истинную цену. Пораздумав вдоволь и дело
обсудя с городским своим приятелем, Карасьевым, порешил Егор к жнитву
домой женихаться ехать.
... Назаровскую, с лихими бубенцами, нанял он со станции тройку, -
четвертной билет Егору в женитьбенном деле не расчет. Ямщика щедро выпо-
ив чаем с баранками, чтобы в Сускии не ночевать, сел пошире да посклад-
ней на все сорок четыре скучных версты, сплюнул из-за папироски, покрес-
тился со смешком на иконку в подорожном столбе, сказал ямщику речисто и
степенно:
- Правь.
Дернул коренник, свистнула по пристяжке вожжа. Трескуче защебетали
железные шины по крупному щебню станционного шоссе. Потом свернули в
сторону, смягчилась дорога высокой, топкой пылью. Куриные дома станцион-
ной мелюзги сменились тяжкими ржаными полями. А вокруг двинулись, уплы-
вая назад, старо-знакомые виды Егоровой стороны.
Плыли мимо глухие овраги, сохраняющие к далекой осени влажный холо-
док, и рощичка крохотная о семнадцати березках, стоящих на отлете под
пылью и ветром, плыла. Проплывало ленивое и чинное, как ржаной ломоть,
все насквозь соломенное Бедрята-село, и полянка резвая убегала, на кото-
рой в гостях у бедрягинского дядьки игрывал в лапту с ребятами Егорка.
Заяц проскакивал на опушках, и воробьи взлетали со свистом крыл. Ста-
ренький попок в проплатанной ряске проползал мимо, кланяясь и сторонясь
ко ржи. Бабку обгоняли, бредущую к ровеснице за семь верст - навестить,
новости выведать, хлебца откушать, не погорчал ли у подружки хлеб. И над
ними, над всеми, буйным облаком взвивалась от Егорова поезда густая до-
рожная пыль.
Любо стало Егору Брыкину озирать с высокого тарантасного сиденья все
эти, когда-то пешком пройденные, полузабытые места. Вишь, - и небушко,
милое, не каплет! И ржица доцветает, а ветер бежит по ней, играя облаком
дурманной, ржаной пыльцы. И теленочек, рябенький голубок, у загороды
привязан стоит. И солнышко над дальним синим лесом, усталое за день,
медленно клонится к закатной черте. И впрямь, отдохни, родное: надоест
еще тебе мужицкую жатву полуденным жаром обвевать!
... Взыграла Егорова душа.
- Как, не зажинали еще по волостям? не слышано?
- Куда ж еще зажинать! - смеется беззлобно ямщик. - Ведь рожь она
как? она две недели выметывается, да две - цветет, да две - наливает...
а тут она, глянь, еще и не побелела! вот Гусаки, сказывано, уж и серпы
зубрят, - не оборачиваясь, в бороду гудит ямщик.
- Зубря-ат! - степенным гневом вспыхивает Егор. - Ровно татаре аль
цыганы там твои Гусаки! И в самый светлый день - крути Махметка!..
Вожжи вскидываются на потные лошадиные спины. И опять одолевает неус-
танная Назаровская тройка тягучие, ленивые версты. День пременяется на



вечер. Холодеют дали. Заоднообразились виды кругом. В тонкой пыли посе-
рели лакированные жениховские сапожки.
Приятным дремотным ручейком текут мечтанья сквозь Егорову голову. -
Как приедет, так и пойдет он к Мите Барыкову в гости, с гармоньей, на
Выселки. И, как придет, так и сядут они, два, рядышком на крылечке, так
и заиграют дружно на двух гармонях, вместо пустых разговоров - как жил,
что пил, чем похваляться приехал. А потом, пооткинув гармонь за плечо,
вытянет Егорка сапожки свои Мите в зависть и раздражение, да и вытащит
из кармашка ненароком серебряный свой, полных восемьдесят четыре пробы,
с голой женщиной на крышке, портсигар: "Не угодно ли пипиросочку тонкого
формата, Дмитрий Дорофеич? Табачок самый турецкий, четвертак коробка, в
магазине куплено!..".
Замечтавшись, томно клонит голову на плечо Егорка. Сладко жениху
предчувствовать собственной свадьбы угарную пьянь. Ох, Егорка, житье
твое просторное! Вон сколько места предоставлено земной славе твоей.
- Только б папенька не помер. Всем делам подгадит, - вздыхает вслух
Егор Иваныч и опять поникает головой.
- Чего-о?.. - равнодушно тянет ямщик.
- Много ль осталось, спрашиваю, - грубо кричит Егор и косит злым
взглядом на морщинистую, грязно-красную ямщикову шею и ежится, разбужен-
ный от мечтаний, в своем люстриновом пиджачке.
- Да вот сам считай... От Бедряги до Рогозина пяток наберется, да две
проехали. Да от Рогозина до Сускии десять. Вот тебе и выходит...
А уж меркнет безветренное небо. В краю луга дотлевает за дальними ле-
сами ласковая полоска зари. Подорожные кусты стоят ровно и кругло. При-
ходит в тот край большой покой трудового сна.
Вдруг стала тройка. Скинулся с козел, вглядывается в сумерки кустов
ямщик. Потом, на ходу разминая затекшие ноги, идет неспешно к тем кус-
там. А мать Егора догадливым родила, кричит Егор Иваныч:
- Ой, никак ваше степенство капуски с сыренькой водичкой обхлебались?
Тот будто и не слышит. С возрастающей тревогой подается из тарантаса
Егор. - Склоняется ямщик к кустам, - даже и обрывки его речи не доходят
до настороженных Егоровых ушей. Ямщик идет обратно, несет на руках
мальца лет тринадцати, легко - точно липового. У мальца губы запеклись,
как в болезни, лицо - цвета праха и пыли, а руки висят, словно и нет их,
а рукава одни. Обессилевшее тело мальца покорно и гибко в коротких руках
ямщика.
- Неужли клад отыскал? Чур пополам! - трескуче хохочет Егор Иваныч.
- Пополам и придется, - слышит Егор в ответ. - Ну-ко, примости его
наперво да попридержи, как поедем... не выпал бы!
И не дожидаясь Егорова согласья, впихивает ямщик найденыша к Егору на
сиденье. Малец дрожит и бессильным стебельком клонится на возмущенного
Егора.
- Эй, борода! - хорохорится тот и с негодованьем отстраняет лакиро-
ванный сапожок от грязного мальцова лаптя. - Ты меня, кажись, одного на-
нимался везти. Парень и так добежит. На парня у нас с тобой уговору не
было!
Ямщик рывком трогает с места. Смолкает и Егор Иваныч, тронутый вне-
запным соображением. - Ой, медведя, Егорка, не серди. Места глухие, во-
ровские, болотные. И сгниешь ты, Егорка, со всеми сундучками и турецким
табачком в болотной дырке бесславно и безвестно.
Тут предночной ветерок подул и колыхнул верхушку проползавшей ветлы.
Золотое полотенчико померкающей зари порвалось в лиловые клочья. Пыль
прилегла, и задымились росы. Неутомимые на стежках застрекотали ночную
песню кузнечиные хоры. Опять бегут под колеса непрестанные сажени и
версты, еле успевает переступать по ним разгоряченными ногами коренник.
Село Суския! Маячит в сумерках белый толстый храм торгового сего се-
ла. Горят костры по низкому берегу Мочиловки, - светляки полусонному
взгляду Егора Брыкина. Картуз нахлобучивает поглубже Егор Иваныч и
мальца прихватывает к себе, чтоб не слишком бился на ухабах. Опять в
неглубокий омут жениховских мечтаний уходит Брыкин с головой.
Как приедет - спать. А с утра оделит Егор Иваныч сродников гостинца-
ми, знакомцев поклонами, степенным щелчком зазевавшегося мальца. Потом,
гармонь потуже подтянув к плечу, айдакнет Егор Иваныч к Митьке в гости.
А уж к вечеру и повытомит он и статных девок, и крепких вдовух, и засох-
ших вековух и сапогами, и гармоньей, и тонкими, немужицкими разговорами,
в которых что ни слово - ровно томпаковое кольцо: и блестит, и сердце
голубит, и скинуть его с перста не жаль. А что ряб Егор Иваныч, как ро-
гожка, так ведь лицо что? Лицо что пол, было бы вымыто.
Зато, как отгуляет он холостые денечки, зашлет свахой Катерину Тимо-
февну, попадью и ябеду, к Бабинцовым на двор. И наказа своего повелит не
преступать: чтоб не сразу выкладывала Егоров помысел, а почванилась бы
вволю, будто невеста с глуховатинкой, будто уж и перины в чулане подоп-
рели и шубы повылезли, ожидая зятя Григорью Бабинцову, Аннушке - мужа и
хранителя. Катерина Тимофевна в жизни знает толк: толста, и слова у ней



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72
РЕКЛАМА
Акунин Борис - Весь мир театр
Акунин Борис
Весь мир театр


Никитин Юрий - Начало всех начал
Никитин Юрий
Начало всех начал


Афанасьев Роман - Между землей и небом
Афанасьев Роман
Между землей и небом


Шилова Юлия - Мадам одиночка, или Укротительница мужчин
Шилова Юлия
Мадам одиночка, или Укротительница мужчин


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.