Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Гнев дракона (65)
  2. Обратись к Бешенному (18)
  3. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (15)
  4. Свет вечный (13)
  5. Кредо (12)
  6. Ричард Длинные Руки - 1 (10)
  7. Требуется чудо (10)
  8. Последнее допущение Господа (10)
  9. Омон Ра (8)
  10. Любовница на двоих (8)
  11. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (7)
  12. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (6)
  13. Летучий Голландец (6)
  14. Круг любителей покушать (6)
  15. Аквариум (5)
  16. Два демона (5)
  17. Пелагия и красный петух (том 2) (5)
  18. Путь князя. Равноценный обмен (5)
  19. Шпион федерального значения (4)
  20. Смягчающие обстоятельства (4)
  21. Меняющая мир, или Меня зовут Леди Стерва (4)
  22. Темный лорд (4)
  23. Аутодафе (3)
  24. Бремя власти (3)
  25. Свирепый черт Лялечка (3)
  26. Начало всех начал (3)
  27. Пирамида (3)
  28. Кафедра странников (3)
  29. Пощады не будет (3)
  30. Память льда (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Детектив — > Ромов Анатолий — > читать бесплатно "В чужих не стрелять"


Анатолий Ромов


В чужих не стрелять



Роман
Художник Геннадий Новожилов
1
Собака лаяла зло, с подвыванием.
Дворник Трофимов, нащупав в темноте одежду, встал, чертыхнулся и вышел на улицу. Несмотря на второй час ночи, было светло; собачья конура стояла далеко, наискосок по двору, у самого забора.
- Черти б тебя взяли... Шарик, фу!
Остановившись у конуры, посмотрел на собаку. Огромный пес бурой масти, со свисающим вниз подшерстком, замолчал, но, глядя в пространство, продолжал вздрагивать и тихо рычать. Дворник тронул пса за загривок, недовольно потряс:
- Очумел совсем! Что лаешь? - Всмотрелся в светлую мглу. За большим, изрытым канавами и заросшим бурьяном пустырем привычно темнел корпус электромеханического завода.
- Ну что людям нервы портишь, никого и нет?
Глядя на хозяина, Шарик вильнул хвостом, коротко тявкнул.
- Давай, Шарик, чтоб не было этого больше. Слышишь?
Трофимов оставил пса и, придерживая на ходу штаны, вернулся в свою каморку. Улегся, попытался заснуть - не получилось. Сказал, прислушиваясь к дыханию спящей рядом жены:
- Все ж зря собака лаять не будет.
2
В 1912 году Голодай, северная часть Васильевского острова, представлял собой одно из самых заброшенных мест Петербурга. Отдаленный от Петроградской стороны Малой Невой, а от Васильевского острова речкой Смоленкой, Голодай также был своего рода островом, почти необитаемым. Центр этого островка занимали болота, на западной части размещались керосиновые склады, на восточной, около Немецкого и Армянского кладбищ, - канатная фабрика и Чухонская слобода. Кроме слобожан, работников фабрики, здесь никто не жил.
В два часа ночи 7 июня 1912 года было светло как днем. В тишине ночной белизны вдоль берега Малой Невы, по Пятигорской улице, медленно двигалось ландо. Но вряд ли кто-то мог бы заметить движение экипажа - слобожане спали, гуляющие сюда не заходили, лошадь же, умело придерживаемая вожжами, шла ровно; на ее копыта были надеты специальные резиновые галоши.
В пролетке, тесно прижавшись друг к другу, сидели двое мужчин во фраках и котелках. Одному было около тридцати, второй, сухопарый, с подстриженной щеточкой светлых усов, державший вожжи, казался постарше. Оба сосредоточенно следили за дорогой и молчали.
Лошадь остановилась возле высокого забора. Из калитки выглянул сторож.
- Чего надо, господа?
Старший поднял палец к губам, зашипел:
- Тс-с... Не узнал? Я же тебя предупреждал...
- А-а. Да, да, признал, простите, господин хороший. - Сторож замялся, не зная, что сказать еще. - Сослепу-то не увидел. Так вы что, это... С дамами?
- С дамами, с дамами. - Старший быстро сунул сторожу рубль. - Только тише. Сядь на облучок, покажешь, как проехать.
- А где дамы-то?
- Они ждут... В другом экипаже, тут, неподалеку.
Сторож помедлил и, решившись, вышел к пролетке.
- Ладно уж. Хорошо-с. Покажу, как не показать. - Подобрав плащ, уселся. Молодой достал из кармана кастет, примерился - и коротким рассчитанным движением ударил сторожа по затылку. Тот дернулся, вяло осел; старший ловко подхватил тело, не давая сползти. Поднял вожжи - и вороная развернулась и двинулась назад по дороге, ведущей в центр голодаевских болот.
Вскоре старший остановил кобылу. Зеленая вода подступала здесь к самой дороге. Молодой спрыгнул с подножки, вдвоем они осторожно сняли тело и, привязав к ногам две чугунные гири, столкнули в воду. Снова уселись в пролетку, и старший тронул вожжи.
3
Еще через три дня в Петербурге, на Московской заставе, вспыхнул крупный пожар. Пожар был из тех, которые входят потом в городские хроники; горел электромеханический завод фирмы "Н. Н. Глебов и Кё". Там, где стояли штабеля бочек с варом, обмоточным материалом и нефтью, огонь временами поднимался вверх до десяти метров. Сторож, работавший здесь недавно, вторую неделю, так и не смог объяснить, откуда появились первые языки пламени. Были вызваны пожарные; надо сказать, подъехали они довольно быстро. Команда тут же приступила к тушению, но практически ничего нельзя было сделать: рухнула крыша. К трем часам утра от завода "Н. Н. Глебов и Кё" ничего не осталось - только слабо дымились голые стояки стен.
За пожаром наблюдали почти все обитатели соседних домов. Многие из них вышли на улицу, высыпали и жильцы дома, в котором дворничал Трофимов. Жильцы тревожно хмурились, наблюдая за догоравшим заводом. Только сам Трофимов, присев на корточки, плакал. Голова лежащего у забора пса была разбита, но приподнявшиеся губы, обнажив бессильные теперь клыки, казалось, все еще угрожают кому-то.
4
Петербургский адвокат Арсений Дмитриевич Пластов вернулся с обычного утреннего променада. Открывая дверь с медной табличкой: "К. с. А. Д. Пластов, присяжный поверенный", он усмехнулся. Когда-то этот адрес на Моховой, 2, и медная табличка были известны многим, теперь же о них постепенно начинают забывать. Сам же он, тридцатишестилетний Арсений Пластов, за эти годы карьеры так и не сделал, остался все тем же "к. с."*, адвокатом без клиентуры, но зато остался честным. Пластов считал, что иначе нельзя, и вместе с другими подписал петицию против введения военно-полевых судов**.
Пластов прошелся по кабинету, тронул корешки книг, и в это время раздался звонок.
_______________
* "К. с." - коллежский секретарь, чин X класса, соответствующий
военному чину "штабс-капитан".
** После поражения революции 1905 года царским правительством 19
августа 1906 года были введены в чрезвычайном порядке военно-полевые
суды, действовавшие вопреки всем юридическим нормам в мирное время.
Представителями общественности было направлено в адрес царского
правительства несколько петиций с требованием отмены военно-полевых
судов как противоправных.
За дверью стоял хорошо одетый человек среднего роста, лет сорока - сорока пяти, с небольшой русой бородой. Он выглядел уверенным и знающим себе цену; впрочем, в его глазах адвокат уловил растерянность попавшего в беду клиента.
- Меня зовут Николай Николаевич Глебов, я владелец фирмы Глебова. Вы - Арсений Дмитриевич Пластов?
- Совершенно верно. Прошу.
Проходя вслед за гостем в кабинет, Пластов попытался вспомнить все, что читал в последних газетах о случившемся три дня назад пожаре. Как назло, в голове вертелись лишь общие слова: "пожар на электромеханическом заводе" и "миллионный убыток".
- Я весь внимание, Николай Николаевич.
- Прежде всего, Арсений Дмитриевич, хотел бы надеяться, что разговор останется между нами.
- Можете всецело на меня рассчитывать. Я адвокат, и этим все сказано.
- Наверняка вы слышали о пожаре, случившемся на моем заводе в воскресенье. Завод сгорел, его больше не существует. Я хочу получить страховую компенсацию, но обстоятельства подсказывают: без услуг юриста мне не обойтись. В качестве вознаграждения хочу предложить вам три процента от страховой суммы.
Пластов осторожно придвинул к гостю сигары - сам он не курил. Судя по поведению Глебова, дело не простое, раз речь сразу же пошла о вознаграждении.
- Где вы застрахованы? В "Фениксе"? Или в "России"?
- В "России".
- Сумма страховки?
- Полтора миллиона рублей.
Пластов с огорчением поймал себя на том, что высчитывает, сколько составят три процента от полутора миллионов. Сорок пять тысяч рублей. Да, о таких суммах он давно уже и думать забыл.
- Уточним: в каких случаях вы можете получить эти полтора миллиона?
- В страховом соглашении написано: при полной гибели объекта. Точнее: при уничтожении 90 процентов стоимости предприятия.
- И сейчас как раз тот самый случай?
- Да, тот самый. Вот страховой полис... - Глебов достал из кожаной папки полис и положил на стол.
- Кто обычно защищает ваши интересы?
- Контора "Трояновский и Андерсен".
- Сергей Игнатьевич Трояновский один из лучших адвокатов России, и вы отказываетесь от его услуг? Вряд ли кто в нашем корпусе решится перебегать дорогу такому метру. И особенно я.
- Мне рекомендовали вас как смелого человека.
Услышав это, Пластов с иронией подумал: "Милый господин, попали бы вы в мою шкуру". Глебов взял сигару, прикурил, сделал затяжку; после этого некоторое время сумрачно разглядывал корешки книг за спиной Пластова.
- Арсений Дмитриевич, до воскресенья я был богатым человеком, у меня было интересное дело, которое я любил и в котором прекрасно разбирался. Отличные сотрудники, а главное - завод. Созданный собственными руками электромеханический завод. Я ведь не только заводчик, я инженер. Теперь же... Во-первых, пропало все - и дело, и завод. Во-вторых, у страхового общества "Россия" есть серьезные сомнения: был ли этот пожар действительно ненамеренным.
- Они вас официально уведомили об этом?
- Сегодня утром ко мне пришел страховой агент "России". Пока в частном порядке, но он все же предъявил доказательства, что пожар подстроен мною.
- Простите, вы можете мне довериться: а на самом деле?
- На самом деле я не имею к пожару никакого отношения. Не знаю, откуда и как эти доказательства попали в руки страховой компании. Но, насколько я понял, спорить с ними будет очень трудно. Приписать их появление можно только странному стечению обстоятельств, но ясно: для любого суда эти доказательства прозвучат убедительно.
- Что же предлагает "Россия"?



- Мне кажется, они ведут дело к тому, чтобы я добровольно отказался от страховки.
- А если нет?
- Точных намерений "России" я пока не знаю. Но, судя по всему, если я откажусь, они начнут процесс. Ну и - вы ведь знаете, они могут нанять для борьбы со мной лучшего адвоката России. - Глебов осторожно отложил сигару, и Пластов заметил: пальцы дрогнули. - Сразу после визита страхового агента я отправился к своему постоянному адвокату Трояновскому. Конечно, Сергей Игнатьевич уверял меня, что будет драться как лев. Но... когда я попросил Трояновского высказаться откровенно - мы ведь с ним друзья, - он сказал, что на моем месте добровольно уступил бы страховку.
- Он сослался на какие-то причины?
- Нет, не сослался. Но шансов выиграть процесс, как он считает, у нас почти нет. Так что... я стою перед полным фиаско. Если я не получу страховки, мне грозит позор, долговая яма. Это в лучшем случае. В худшем, если докажут преступный умысел, - каторга.
Пластов подошел к окну, глянул на привычно оживленный тротуар Моховой. Дело скользкое, это чувствуется сразу, но ведь впервые за много лет он получает возможность заработать большие деньги. Причем, что самое главное, честно.
- Николай Николаевич, вряд ли я помогу вам больше, чем Трояновский. И потом... если кто-то посоветовал вам прийти ко мне, он наверняка должен был сказать, что... - Пластов поймал взгляд Глебова. Тот закончил за него:
- Что вы не у дел и в черных списках? Да, меня об этом предупредили. Это сделал один из помощников Трояновского, Владимир Иванович Тиргин. Кажется, вы вместе учились?
- Володя Тиргин... Пай-мальчик, не хватающий звезд с неба.
Что это он вдруг вспомнил?
- Тиргин видел, что я в отчаянном положении.
- И это все?
- Думаю, у Тиргина... Как бы это сказать, особое отношение... - Глебов сделал паузу. - Ко мне.
- Что же сказал Тиргин?
- Он целиком согласился с Трояновским, но заметил, что есть последнее, отчаянное средство - ваша помощь. Теперь я вижу - он не ошибся. Кстати, если речь пойдет о гонораре, я мог бы увеличить вознаграждение до пяти процентов.
Пластов на секунду снова повернулся к окну и невольно застыл. Внизу, у одного из подъездов, так хорошо ему знакомых, стоял невысокий человек лет тридцати пяти. Новость: Тиргин никогда не будет прятаться в подъезде просто так. Помедлив, Пластов повернулся.
- Подождем о гонораре. Прежде всего я должен решить для себя, есть ли у меня, а значит, и у вас, хоть какой-то шанс. Отлично знаю: Трояновский никогда не будет ронять марку и отказываться от дела, если есть хоть какая-то надежда на успех. - Он еще раз глянул в окно. Тиргин исчез. Что было ему нужно? Непонятно. Выслеживал? Но в выслеживании Глебова для Тиргина как будто не было никакого смысла. Мелькнуло: Тиргин - ключ к Трояновскому.
- Николай Николаевич, расскажите коротко о так называемых доказательствах страховой компании. - Так как Глебов колебался, Пластов добавил: - Вы понимаете, без них о деле не стоит и говорить?
Владелец сгоревшего завода кивнул:
- Мелких поводов, к которым компания могла бы придраться, немало, я изложу главные. Во время пожара на заводе находился один сторож, что естественно, так как был выходной день. Обычно мои сторожа всегда отлично справлялись с обязанностями. Но на этот раз сторож был, мне кажется, просто пьян. Видите ли, последние несколько лет сторожами у меня работали опытные люди, совершенно не пьющие. Дежурили они через день. Но... за пять дней до пожара одного из них, Ермилова, я уволил. Признаться, сейчас я вижу, что без всяких причин. Как говорится, этот Ермилов попал мне под горячую руку.
- Из главных причин все?
- Да, если не считать покупки семидесяти бочек нефти и, вара перед самым пожаром. Видите ли, нефть входит в состав изоляционного материала для проводов. Эти семьдесят бочек, годовой запас, я, как назло, принял и разместил на заводе в субботу, перед самым пожаром.
- Получается, вы действительно подготовили условия для того, чтобы завод сгорел.
- Получается.
- Из фактов, говорящих против вас, все?
- Как будто все... Естественно, имели место другие мои оплошности, скажем, отсутствие предохранительных противопожарных переборок, большое количество разбросанного по заводу прессшпана, кое-что другое, но это... нужно считать лишь дополнением.
- Да, обстоятельства более чем грустные. - Пластов встал; Глебов поднялся вслед за ним. - Думаю, Трояновский прав, серьезный юрист вряд ли возьмется за это дело.
В кабинете наступило неловкое молчание.
- Вы мне отказываете?
- Николай Николаевич, если говорить честно, да, отказываю.
Глебов усмехнулся.
- Что ж. Имею честь.
- Подождите. - Они медленно двинулись к выходу. - Если вы дадите мне некоторое время на размышление, не исключено, что я все-таки за него возьмусь.
Глебов остановился у двери, взял шляпу.
- Что значит "некоторое время"?
- Ну, допустим, день, два.
- Что ж... У меня нет другого выхода.
- Понимаю... В "России" пока ничего не говорите. Скажите: вам нужно подумать. Постарайтесь как можно дольше оттянуть момент решительного разговора. Я же... Я позвоню вам в самое ближайшее время. - Пластов щелкнул замком, приоткрыл дверь. - Скажите, кому из людей на заводе вы могли бы доверять?
- Каждому.
- Так не бывает.
Глебов задумался, достал из кармана глянцевую тетрадку:
- Возьмите, это рекламный каталог нашего завода. Там вы найдете интересующие вас адреса, телефоны, имена. Если говорить об особо доверенных, я бы назвал директора-распорядителя Гервера, начальника производства Ступака, инженеров Субботина и Вологдина.
- Спасибо. - Пластов спрятал проспект, вышел вместе с Глебовым на лестничную площадку. - Значит, старого опытного сторожа вы выгнали. Откуда взялся новый?
- Его по моему запросу прислала биржа труда - естественно, с рекомендациями. Я очень тщательно подхожу к отбору людей.
- А где сейчас старый сторож... Ермилов, по-моему? - Так как Глебов замешкался, Пластов пояснил: - Я имею в виду, нашел ли он другую работу?
- Думаю, нашел... Это был человек толковый и дельный. Сейчас я уже жалею, что выгнал его.
- Но где он и что с ним, вы не знаете?
- Нет. Сами понимаете, мне сейчас не до этого.
- Кто мог бы указать мне его адрес?
- Думаю... Думаю, это знает Гервер, директор-распорядитель.
- Хорошо. О своем решении я вас уведомлю.
Вернувшись в кабинет, Пластов быстро записал в блокнот: "На сегодня: Гервер, Ступак, Субботин, Вологдин". Помедлил - и добавил: "Бывш. сторож, Тиргин".
Спустившись во двор с черного хода, Пластов заглянул в дворницкую. К здешнему дворнику он обращался не раз, по поручению Пластова тот ходил и в университет.
- Михеич, выручи, братец? Вот тебе пятиалтынный, сходи-ка в университет? Ты ведь комнату пятикурсников знаешь? Там ночует Хржанович, попроси передать - пусть сегодня-завтра заедет ко мне.
После этого Пластов поехал к Московской заставе. Пока мимо ползли дома Литейного и Владимирского проспектов, а потом Загородного и Забалканского, внимательно просмотрел рекламный проспект завода "Н. Н. Глебов и Кё". Четыреста рабочих, средняя стоимость продукции триста тысяч рублей в год, традиционное производство - оборудование для силовых и осветительных станций, электромашины, небольшие генераторы; в последнее время завод стал осваивать выпуск пускорегулирующей аппаратуры. В трамвае он встал у окна на задней площадке и, проезжая место в начале Забалканского проспекта, где раньше тянулось саженей на сто предприятие Глебова, хорошо разглядел то, что осталось от бывшего электромеханического завода. Часть лежащей на земле крыши, разбросанное и покрытое копотью оборудование... Нет никакого сомнения - завода Глебова больше не существует. Трамвай шел медленно, и Пластов успел рассмотреть окружавшие заводскую территорию дома и тянувшийся слева от завода изрытый канавами и ямами, заросший кустарником пустырь. Место пожара окружало веревочное ограждение; большинство прохожих сейчас шли мимо, не задерживаясь.
Трамвай остановился далеко от заводской территории, и Пластову пришлось идти пешком. Он не спеша прошел мимо пустыря, внимательно разглядывая тянущиеся вдоль бывших зародских стен рытвины, слежавшиеся глыбы, сухой выветрившийся суглинок и покрывающий его бурьян. Пустырь как пустырь, и все же Пластов подумал: если допустить, что кто-то захотел бы ночью незаметно подойти к заводу, самым удобным было бы подойти именно отсюда. Вглядевшись в непроходимые дебри кустарника, скрывающие застарелые кучи мусора, добавил: для этого надо было бы также обладать ловкостью и сноровкой.
Рабочие, разбиравшие завалы, не обратили на него никакого внимания. Они выполняли указания человека в белой инженерской тужурке. Пластов коснулся шляпы:
- Прошу прощения. Меня зовут Арсений Дмитриевич Пластов. Я хотел бы видеть кого-либо с завода Глебова. Я адвокат и, может быть, буду защищать интересы вашей фирмы.
Человек в тужурке повернулся:
- Начальник производства Федор Илларионович Ступак. Что именно вас интересует?
- Все, что вы знаете о пожаре.
- Завод сгорел быстро. В шесть утра в воскресенье мне позвонил Субботин, наш инженер. В половине седьмого я был на месте. Конечно, все уже сгорело. Оставалось только подсчитывать потери, чем я и занялся. С теми, кто успел подъехать.
- Таких было много?
- Некоторая часть рабочих, матросы.
- При чем здесь матросы?
- По просьбе Морского ведомства завод в последнее время выполнял некоторые заказы для флота.
- Если это представляет военный секрет, вы можете не говорить, но... Мне хотелось бы знать, что это были за заказы?
- Инженер Вологдин на испытательной станции модернизировал генераторы для радиостанций учебно-минного отряда.
- Удалось что-то спасти?
- Все самое ценное сгорело. Остался десяток пригодных к реконструкции динамо-машин, одну из них я и пытаюсь вытащить. Морякам повезло еще меньше - они обнаружили лишь три генератора с более или менее сохранившейся обмоткой. Извините, я спешу.
- Ради бога, еще минуту. Чем вы можете объяснить возникновение пожара?
- Думаю, могло произойти самовозгорание. Погода стояла сухая. Сторож свою вину категорически отрицает, да и поджог завода не имел для него никакого смысла.
- Как будто он работал на заводе недавно?
- Около недели.
- Как я слышал, старого сторожа директор уволил без всяких причин?



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9
РЕКЛАМА
Контровский Владимир - Страж звездных дорог
Контровский Владимир
Страж звездных дорог


Головачев Василий - Укрощение зверя
Головачев Василий
Укрощение зверя


Суворов Виктор - Святое дело
Суворов Виктор
Святое дело


Роллинс Джеймс - Последний оракул
Роллинс Джеймс
Последний оракул


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.