Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (145)
  2. К "последнему" морю (129)
  3. Париж на три часа (60)
  4. Начало всех начал (60)
  5. Гнев дракона (54)
  6. Шпион, или повесть о нейтральной территории (52)
  7. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (49)
  8. Тимур и его команда (44)
  9. Омон Ра (34)
  10. Свирепый черт Лялечка (33)
  11. Пелагия и красный петух (том 2) (29)
  12. Любовница на двоих (25)
  13. Покер с акулой (24)
  14. Ричард Длинные Руки - 1 (23)
  15. Киммерийское лето (22)
  16. Ледокол (22)
  17. Чародей звездолета "Агуди" (21)
  18. Имя потерпевшего - никто (20)
  19. Цифровая крепость (20)
  20. Аквариум (17)
  21. Брудершафт с Терминатором (16)
  22. Колдун из клана Смерти (14)
  23. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (14)
  24. По тонкому льду (14)
  25. Ричард Длинные Руки - воин Господа (13)
  26. Роксолана (12)
  27. Непредвиденные встречи (11)
  28. Бубен верхнего мира (9)
  29. Путь Кейна. Одержимость (9)
  30. Битва за Царьград (8)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Русская фантастика — > Валентинов Андрей — > читать бесплатно "Ты, уставший ненавидеть"


Андрей Валентинов


Ты, уставший ненавидеть


ОКО СИЛЫ
ВТОРАЯ ТРИЛОГИЯ
1 часть
"Ты, уставший ненавидеть"


Теплым сентябрьским днем на коктебельском пляже, как раз напротив
знаменитого дома Волошина, два гражданина принимали солнечные ванны.
Накануне шел дождь, и это, вероятно, распугало отдыхающих - почти никто не
пришел в этот час на берег насладиться прелестями "бархатного" сезона. Лишь
неподалеку от пустынного в этот час пирса какие-то дамы играли огромным
надувным мячом да несколько чудаков из съехавшихся в Коктебель литераторов
восседали в шезлонгах, лениво поглядывая на черную глыбу Карадага. Итак,
вокруг никого не было, и двое отдыхающих могли без всяких помех с удобством
расположиться на большой подстилке под лучами крымского солнца. Точнее, на
самой подстилке сидел один - высокий, необыкновенно тощий мужчина лет
пятидесяти, совершенный альбинос, скрывавшийся от солнца под большой белой
пальмой, накинув для верности на плечи махровое полотенце. Второй -
среднего роста крепыш - сидел прямо на гальке, подставляя горячим лучам
загорелые почти дочерна плечи и грудь. Пожилой альбинос дымил "Казбеком",
его молодой спутник, похоже, напротив, не переносил табачного дыма,
стараясь отодвинуться подальше от медленно поднимавшихся в безоблачное небо
сизых никотиновых колец.
Они беседовали. Тот, что постарше, говорил быстро, горячо, его сосед
отвечал не торопясь, взвешивая слова и делая перед каждой репликой не менее
чем минутную паузу. Будь рядом кто- либо посторонний, он неизбежно обратил
бы внимание на одну странность: крепыш, явный славянин с сильными, немного
грубоватыми чертами широкого русского лица, отчего-то отзывался на имя
Арвид. Его белокурый сосед, говоривший с заметным акцентом, да и по виду
весьма напоминавший эстонца или финна, в свою очередь, не возражал, когда
собеседник именовал его Василием Ксенофонтовичем. Впрочем, это была не
единственная странность беседы, которую двое отдыхающих вели в погожий
сентябрьский день года от Рождества Христова 1937-го, от начала же Великой
Смуты, 20-го...
- Я вижу, Арвид, вам не нравится Коктебель, - альбинос подкрепил свое
умозаключение мощной затяжкой, на миг окутавшись целым облаком табачного
дыма.
Тот, кого называли Арвидом, медлил с ответом, лениво подбрасывая на
ладони мелкие камешки. Похоже, вопрос заставил его крепко задуматься.
- Уверен, вы предпочитаете Ниццу.
Сделав такой вывод, альбинос отчего-то дернулся, сбросив махровое
полотенце на подстилку. Впрочем, он тут же поспешил восстановить порядок,
водворив его на розовые, не принимавшие загара плечи.
- Ницца? - крепыш медленно поднял голову и оглядел окрестности так,
словно видел их в первый раз. - В Ницце неплохо, Василий Ксенофонтович...
Он вновь замолчал, затем неожиданно добавил:
- Но здесь тоже хорошо...
Альбинос вновь дернулся, поддержал спадавшее с плеч полотенце и
тщательно загасил окурок.
- А мне показалось, что вам здесь скучно. Вы даже на Карадаг не
смотрите.
- Я туда смотрю, - Арвид повел крепким подбородком в сторону
противоположного конца бухты, где тянулась цепь невысоких гор, закрывавшая
вид на близкую Феодосию.
Василий Ксенофонтович поглядел в указанном направлении и пожал
плечами, вновь чуть было не лишившись полотенца:
- Ну, я вас не понимаю! По сравнению с Карадагом...
- По-моему, это очевидно, - тема, похоже настолько увлекла крепыша,
что он не замедлил с ответом. - Карадаг - он слишком лакированный какой-то.
А там - в этих серых холмах - там что-то есть... Тускула...
Странное слово прервало на минуту беззаботный разговор. Альбинос
покачал головой и ответил совсем другим тоном - серьезным, даже суровым:
- Да, похоже... Во всяком случае, если верить фотографиям. Только там
холмы черные...
- Да, черные...
Арвид еще раз взглянул на далекие горы, и по его бесстрастному лицу
скользнула легкая, еле заметная усмешка. Его собеседник тоже усмехнулся, но
уже широко и беззаботно, и мотнул головой:
- И все-таки, Арвид, вы не правы. Карадаг - это не лакированная



картинка. Недаром гражданин Волошин не мог без него жить. А у покойного, я
вам скажу, было чутье...
Арвид наконец оглянулся и соизволил бросить беглый взгляд на Черную
гору:
- Может быть... Вы с ним, с Волошиным, здесь познакомились?
Василий Ксенофонтович охотно кивнул и вновь улыбнулся, словно это
воспоминание доставило ему явное удовольствие.
- Именно здесь. Как раз десять лет назад. Я пришел к нему с тетрадкой
стихов... Так сказать, к мэтру.
- Сами писали?
Вопрос, явно не очень почтительный, заставил альбиноса возмущенно
взмахнуть рукой, но тон, которым он отреагировал, был совсем иным -
спокойным и наставительным:
- Естественно, сам... Арвид, дорогой, такие, как Волошин, - это вам не
одуревшие от ненависти беглые врангелевцы. Поймите, это был интеллектуал,
умница! С такими можно работать только в полную силу! Я писал эти стихи два
месяца. Он же должен был мне поверить! Такие мастера чувствуют
неискренность за версту!
- Тогда не понимаю, - крепыш чуть дернул щекой и недобро сощурился. -
Чтоб Волошин вам поверил, вы должны были писать слезливые триалеты по
поводу погибшей матушки-России, или что он там еще любил оплакивать?.. А вы
говорите - неискренность...
- Да нет же! - Василий Ксенофонтович даже привстал. От волнения акцент
в его речи стал более заметен, и даже вновь упавшее с плеч полотенце
оставило альбиноса равнодушным:
- Если бы я, дорогой Арвид, написал что-либо подобное, он бы понял!
Нет, я писал о том, во что верил, - иначе нам с ним говорить было бы не о
чем!
- Интересно, о чем? О мировой коммуне? О Красной Армии?
- Да! Я верил в это! И он тоже мне поверил! Таким, как он, важно не
содержание, а искренность, поймите! Арвид, там, где вы бываете, вам еще
придется беседовать с такими, как Волошин. Не ошибитесь! Их не провести,
это вам не генерал Тургул и не атаман Семенов. Говорите только правду - или
молчите! Волошину понравились мои стихи, он даже предложил кое-что
отправить в какой-то журнал...
- Но это не входило в план операции, - вновь криво усмехнулся крепыш.
- Да, это не входило в план операции. Но главное - он мне поверил. А
дальше все было достаточно просто...
- Почему же его не взяли?
- Из оперативных соображений, - Василий Ксенофонтович наконец-то
вспомнил об упавшем полотенце и заботливо водрузил его на место:
- Сам он был, в общем, уже не опасен. А вот вокруг него увивались
некоторые весьма любопытные личности. Впрочем, проживи он еще годик, ему бы
вспомнили кое-что. Хотя бы стихи о крымской чистке...
Усмешка исчезла с лица Арвида, губы сжались в узкую полоску, он
медленно покачал головой:
- Да, помню... Но ведь он писал правду? Ведь это было?
- Было... - ответ прозвучал глухо, словно отдаленное эхо.
- Говорят, тогда погибло больше сотни тысяч... Поверили в амнистию...
Или это было нужно революции?
- Это было нужно революции... - вновь прозвучало негромкое эхо.
Разговор вновь прервался. Арвид по-прежнему смотрел на пологие склоны
серых холмов. Василий Ксенофонтович курил, то и дело бросая на своего
молодого собеседника короткий внимательный взгляд.
- Как вам японцы? - вопрос прозвучал неожиданно, но крепыш даже не
стал отвечать, ограничившись легким движением плеч, что должно было,
вероятно, означать что-то вроде "ничего особенного"...
- Нет, но все-таки... - альбинос не отставал и даже подсел поближе. -
Какие-нибудь сложности? Неувязки?
- Нет, - ответ прозвучал холодно и спокойно.
- Значит, мы вас готовили правильно, - Василий Ксенофонтович оживился
и даже потер ладони. - Значит, не зря я вас заставлял писать хокку. Не
разучились?
И вновь ответа не последовало. Альбинос хмыкнул и усмехнулся:
- Ну-ка, прошу вас, Арвид: когда-то у вас получалось неплохо -
тряхните стариной...
- На какую тему? - вопрос прозвучал так, словно собеседнику предложили
не сочинить стихотворение, а решить математическую задачу.
- О Карадаге, - альбинос вновь усмехнулся и поудобнее откинулся на
покрывало.
Арвид неторопливо оглянулся, окинув спокойным взглядом громаду Черной
горы, и вновь отвернулся. Несколько секунд длилось молчание, и наконец
крепыш медленно проговорил - почти без всякого выражения, равнодушно:
Старый тигр застыл Возле недвижной глади...
Очень хочется пить...



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68
РЕКЛАМА
Шилова Юлия - Утомленные счастьем, или Моя случайная любовь
Шилова Юлия
Утомленные счастьем, или Моя случайная любовь


Суворов Виктор - Ледокол
Суворов Виктор
Ледокол


Панов Вадим - Ручной привод
Панов Вадим
Ручной привод


Афанасьев Роман - Огненный дождь
Афанасьев Роман
Огненный дождь


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.