Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (18)
  2. Обряд дома Месгрейвов (14)
  3. Вещий Олег (13)
  4. Ричард Длинные Руки - 1 (12)
  5. Пелагия и красный петух (том 1) (10)
  6. Москва слезам не верит (сценарий) (9)
  7. Джон Фаулз и трагедия русского либерализма (7)
  8. (7)
  9. Главный противник (7)
  10. Начало всех начал (6)
  11. Принц Каспиан (6)
  12. Чары старой ведьмы (6)
  13. Бремя власти (6)
  14. Кафедра странников (6)
  15. Битва за Царьград (6)
  16. День проклятия (5)
  17. Человек со Звезды (5)
  18. Последний завет (5)
  19. Чистильщик (4)
  20. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (4)
  21. По тонкому льду (4)
  22. Пощады не будет (4)
  23. Свирепый черт Лялечка (4)
  24. Любовница на двоих (4)
  25. Круг любителей покушать (4)
  26. Требуется чудо (3)
  27. Русь окаянная (3)
  28. Пиковый валет (3)
  29. Московский упырь (3)
  30. Путь князя. Равноценный обмен (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Русская фантастика — > Веллер Михаил — > читать бесплатно "Долги"


Михаил ВЕЛЛЕР


ДОЛГИ


1
Чем крепче нервы, тем ближе цель. С этим изречением я познакомился в
девятнадцать лет: прочитал татуировку на плече. Плечо смотрелось:
мускулистое под жестким загаром, оно как бы подкрепляло смысл надписи. И
соответствующее лицо мужчины. Что слова эти из песенки американских
матросов времен второй мировой войны, я узнал гораздо позднее.
У меня нервы скверные. Как у многих. Я долго запрягаю и медленно
езжу, виляя по сторонам. Близость цели возбуждает меня сверх меры,
перехлестывающий энтузиазм мешается со страхом упустить, и как следствие -
паническая суета, затрудняющая дело. Мысленно я всего уже десять раз
достиг и столько же раз потерял. И добившись наконец давно желаемого, я
испытываю обычно только усталость и легкое разочарование, что ну вот и
все.
Так было и сейчас - но и не совсем так. У меня вышла вторая книга. Не
шедевр, греза начинающего, однако и не такая плохая книга, честное слово.
На уровне. Телевидение поставило мой сценарий и заключило договор на
другой. Тоже - не Штирлиц, но многим вполне понравилось. Я стал
профессионалом.
Занятое мной положение не давало исчезнуть отраде, знакомый на моем
месте любому. Удовлетворение лишь подстегивалось некоторыми отзывами вроде
"талантливо начинал", "на халтуру разменивается", - подобные высказывания,
как правило, исходят от людей, добившихся меньшего, чем ты, и
продиктованы, вероятнее всего, завистью. А зависть, по формулировке
Скрябина, есть признание себя побежденным... Я - оцениваю свои возможности
реально; а профессионализм есть профессионализм: неумно тщиться быть
гением в тридцать семь лет.
И вот в свои тридцать семь я получил возможность "остановиться,
оглянуться", - право на передышку. Годы подряд я, без преувеличения,
работал много и напряженно. Я писал и переписывал бесконечно, я предлагал
десятки вариантов и вносил тысячи поправок. Кто сомневается, как трудно
составить себе какое-то литературное имя, пусть попробует сам.
Теперь я обладал солидной суммой. Деньги гарантировали свободу во
времени. Я погасил задолженность за свой однокомнатный кооператив. Раздал
долги. И полтора месяца предавался сладостному ничегонеделанию.
Я просыпался в полдень, наливал из термоса кофе и читали в постели
детективы. Бродил днем по музеям и просто по зимнему городу, едва ли не
впервые воспринимая его красоту и красоту вообще всего кругом. Высшее,
самое тонкое и полное наслаждение всем сущим доступно, наверное, одним
бездельникам.
Характер мой выровнялся, исчезла раздражительность: я посвежел. Я
наслаждаюсь жизнью: с повторяемостью наслаждение требует дополнительной
остроты: я мог позволить себе роскошь никчемных дел.


2
Большинство неактуальных вещей, которые мы откладываем, мы
откладываем навсегда. Это можно считать слабость характера; или давлением
обстоятельств. Можно считать иначе: что не сделано, то не очень-то и
нужно. И все же невыполненные намерения, неудовлетворенные желания, по
мере времени теряя свою конкретность, превращаются в некий неопределенный
груз, тяготеющий на душе. Ощущаешь какую-то незавершенность,
неполноценность собственной личности и судьбы. А когда возраст переходит
период надежд и откладывать уже некуда, эпизодические отчаяние по поводу
проходящих дней сменяется спокойным сознанием несостоятельности.
Ну, сознанием своей несостоятельности я, положим, не страдал.
Главное-то я выполнил. А махнуть рукой на многое вынужден в жизненном
движении каждый. Но тихо-тихо подтачивающий червячок, скрытый
повседневностью, в моем комфортном состоянии сделался различимым.
У меня хорошая память на добро. Правда, не хвастаюсь. Вот ответить на
него - это, по совести, несколько другое... Нужны деньги, или время, или
то и другое, - а усилия направляешь на главное; все грешны...
Всегда перед появлением денег я решал рассчитаться по застаревшим
должкам. Появившись, деньги с абсолютной неотвратимостью тратились на что
угодно, должки же продолжали существовать; обычное дело.
В утешение я вспомнил байку, как один меценат вещал о гордости
человека слова, отдающего в срок, и как Маяковский отрубил, что
присутствующим литераторам есть чем гордиться кроме отдачи долгов. Я не
Маяковский, утешение действовало весьма частично.
Мне даже представляется, я знаю, с чего у меня возникла эта



внутренняя потребность не быть должным.


3
Во втором классе я проспорил Леньке Чашкину рубль. Споря, я поступал
здраво и практично, прямо неловко становилось - запросто, задаром получить
Ленькин рубль. Затрудняюсь изложить сомнительной приличности предмет
спора. Ленька поплевывая попрал мораль, проявив известную мальчишескую
доблесть. За попрание морали платить оказался обязан я. Рубль
представлялся мне платой чрезмерной. У меня не было рубля.
Как все герои, Ленька был великодушен и забывчив. Через несколько
дней вопрос о рубле, к моему облегчению, заглох. Радостью я поделился с
отцом.
К моему разочарованию, поддержки в нем я не обнаружил. Отец преподнес
мне те истины, что, во-первых, спорить вообще нехорошо, во-вторых, спорить
на деньги особенно нехорошо, в-третьих, спорить на то, что не тобой
заработано - вовсе плохо, но не отдавать проспоренное - не годится уже
совершенно никуда. И выдал рубль.
Я вручил Леньке рубль. Он принял его, быстро скрыв уважительное
удивление, с превосходством насмешки над неудачником и вдобавок дураком. Я
ожидал иной реакции. Я слегка обиделся.
Но жить стало легче: исчезла опасность напоминаний, осталось сознание
правильности поступка.


4
Первый перекос мое представление о необходимости отдавать долги
получило на собрание абитуриентов, где Надька Литвинова одолжила у меня
рубль до завтра, и это светлое завтра еще не наступило. У нее ни в коем
случае руки не были устроены к себе, раздавая пять лет как староста группы
стипендии, она вечно себя обсчитывала, кому-то давая больше - и ей не
всегда возвращали: легкая натура, не придавала она значения рублю. Рублю я
тоже не придавал, а факт - ну засел, что ты поделаешь. Первый раз
памятный.
Позднее я помню всего четыре случая, когда мне не возвращали. Черт
его знает, не верится, чтобы всего четыре. Я задолжал куда больше, ого.
Хороший я такой, что не помню, или скотина, что мне отдавали, а я нет -
затрудняюсь определенно сказать.
Как я впервые не отдал - тоже помню отлично. В сентябре, в начале
второго курса, собирались мы на какую-то пьянку. (Написал "пьянка" и
споткнулся - предложат ведь заменить "вечеринкой", "днем рождения". И
пусть слово цензурное, общелитературное, всеми употребляемое... А, - я сам
раньше заменю...) Да, и мне срочно требовались два рубля, причем не на
вино, а на цветы. Кому цветы, зачем - позабылось, но точно на цветы. И
занял я у Машки Юнгмейстер, и у Машки дочка кончает школу, и Машка
наверняка ни сном ни духом про эти два рубля не ведает - а у меня память.
Сколько раз я хотел отдать. Или цветов ей принести. Или конфет. Фиг. Не до
того.


5
Мы все собираемся когда-нибудь раздать все долги.
И наступает время. Или так и не наступает.
Господи, деньги у меня есть - больше нужного, машина, дача и лайковое
пальто мне ни к чему, родные обеспечены, алименты платить не на кого,
ресторанов я не переношу, пить избегаю, нынешние мои знакомые сами в
достатке, в я столько в жизни добра от людей видел, клянусь, иногда
злобишься: "Стану сволочью - насколько легче заживется", - да оттаиваешь
при касании участия человеческого...
Привлекает и благородная праведность - разбогатев, воздать за добро
сторицей. Ну, сторицей - не шибко-то и получится, - но воздать. Желательно
с лихвой.
"Понял?" - сказал я червяку, шевелящемуся в безмятежном довольстве
моей души. И червячок явственно пообещал превратиться в благоуханную розу,
лучшее украшение этой самой моей души.


6



Страницы: [1] 2 3 4 5
РЕКЛАМА
Свержин Владимир - Фехтмейстер
Свержин Владимир
Фехтмейстер


Сертаков Виталий - Проснувшийся Демон
Сертаков Виталий
Проснувшийся Демон


Сертаков Виталий - Демон против Халифата
Сертаков Виталий
Демон против Халифата


Сертаков Виталий - Город мясников
Сертаков Виталий
Город мясников


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.