Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Свирепый черт Лялечка (53)
  2. Путь Кейна. Одержимость (51)
  3. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (31)
  4. Битва за Царьград (30)
  5. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (28)
  6. О бедном Кощее замолвите слово (24)
  7. Свирепый черт Лялечка (24)
  8. Гнев дракона (23)
  9. Пелагия и красный петух (том 2) (22)
  10. Цифровая крепость (22)
  11. Имя потерпевшего - никто (20)
  12. Умножающий печаль (20)
  13. Непредвиденные встречи (19)
  14. По тонкому льду (15)
  15. Начало всех начал (12)
  16. Ричард Длинные Руки - 1 (12)
  17. Париж на три часа (11)
  18. Роксолана (10)
  19. Яфет (9)
  20. Замок Броуди (9)
  21. Любовница на двоих (9)
  22. К "последнему" морю (8)
  23. Колдун из клана Смерти (8)
  24. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (8)
  25. Вставай, Россия! Десант из будущего (8)
  26. Чудовище без красавицы (7)
  27. Шпион, или повесть о нейтральной территории (7)
  28. Брудершафт с Терминатором (6)
  29. Омон Ра (6)
  30. Заклятие предков (5)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Русская фантастика — > Житинский Александр — > читать бесплатно "Потерянный дом или разговоры с Милордом"


Александр Житинский


Потерянный дом или Разговоры с Милордом.


Части 1-4
* Часть I
ПЕРЕПОЛОХ *
Я сделаю все, что смогу, но смеяться, милорд, я
буду, и притом так громко, как только сумею...
Л. С.

ПРОЛОГ
1
Вот! С этого и надо было начинать!
Дело в том, что я трижды принимался писать этот роман, но далее нес-
кольких страниц не продвинулся. Погода ли была тому виною, скверное рас-
положение духа, отсутствие времени или что там еще, но роман не желал
увидеть себя на бумаге, несмотря на то, что он -уверяю вас! - давно на-
писан и прочно занимает в моей голове центральное место.
Примерно такое же положение (я говорю о прочности) занимает и дом,
стоящий ныне на Петроградской стороне, неподалеку от Тучкова моста. Я
могу сообщить точный адрес.
Дело было в непоправимой серьезности, с какой я намеревался писать.
"Устраняюсь! - шептал я себе. - Автора не должно быть видно, даже если
он и живет в этом доме. Литературную воспитанность следует поставить во
главу угла (я долго искал этот угол) с тем, чтобы, не торопясь, предъяв-
лять читателю героев, оставаясь самому в тени, как и подобает скромному
автору. Не зря тебя уже упрекали в том, что ты к месту и не к месту
(последнее чаще) выскакиваешь на сцену и начинаешь строить рожи..."
Так я уговаривал себя, в то время как самому хотелось выскочить на
сцену с очередной рожей и под свист и улюлюканье читателей попытаться
изобразить нечто.
- Нечто?
- Не торопитесь, не торопитесь!
Сначала послушайте некоторые размышления о клапанах, кои должны быть
открыты, чтобы на свет родилось нечто.
- Нечто?
- Тьфу ты, черт, так мы никогда не сдвинемся с места!
По моим наблюдениям, каждый человек обладает клапанами, подобно четы-
рехтактному двигателю внутреннего сгорания, с тем отличием, что у чело-
века их несравненно больше и расположены они не столь симметрично, в
разных уголках души. Для нормальной работы двигателя клапаны должны быть
поочередно открываемы посредством так называемого кулачкового механизма.
А если уж ты решил излить всю душу, то будь добр открыть и все клапан
ы... С этими словами я расстегнул пуговицы на пиджаке, снял его, расс-
тегнул пуговицы на рубашке, надеясь таким образом помочь открытию клапа-
нов души. Они не открывались. Перед моими глазами все время маячили
судьи: читатели, критики, литературоведы (их особенно не люблю), редак-
торы (люблю их безгранично), цензоры (никогда не видел), издатели и, на-
конец, наборщики в типографии, которым предстоит когда-нибудь буковку за
буковкой набрать этот текст.
- Вы читали Эмиля Золя?
- Нет, не читал и читать не собираюсь.
Снисходительно-сочувствующая улыбка одной из моих редакторш не дает
мне покоя! Она несколько месяцев донимала меня Эмилем Золя, которого я
безгранично уважаю, но не читал (видит Бог!), что и дало ей право улы-
баться.
- Зато я читал Стерна. Каждый читает то, что ему нравится.
- Ага, попался!
Да, милые критики и литературоведы (скулы сводит при произнесении
этого слова), я сам складываю оружие и поднимаю обе руки кверху. Прошу
не ломать голову: на что? на что, Господи, это похоже?! Да на Стерна же,
черт побери! Совсем не на Эмиля Золя!
Учтите, я сам это сказал. Добровольное признание смягчает меру нака-
зания.
Кстати, эпиграф к части первой я взял из письма Лоренса Стерна к од-
ному высокопоставленному лицу, которое упрекало писателя в неподобающей
его духовному сану веселости. Для несведущих: Лоренс Стерн был по обра-
зованию священником - ну, а я тоже не родился сочинителем!
Что же поделаешь, если среди авторов, наряду с серьезнейшими их
представителями (наподобие Эмиля Золя), встречаются - ни к селу ни к го-
роду - шуты гороховые, насмешники, чтоб они провалились, для которых вся



жизнь - сплошная игра и развлечение. Они прожить не могут, чтобы не по-
зубоскалить, не вырядиться в колпак и не поплясать на невинных костях
современников. Современники им этого не прощают.
Раздумывая таким образом, я приподнимал ногтем то один, то другой
клапан - из-под них с жалким свистом вырывались струйки пара - я был по-
хож на органиста - и напускал на себя повышенную серьезность, мечтая да-
же почитать Эмиля Золя (дался мне этот Эмиль Золя!), чтобы примкнуть к
подавляюще серьезному большинству современников и написать назидательный
роман на морально-этическую тему, в котором все морально-этические точки
были бы расставлены над морально-этическими "i"... - и ни одна не была
бы перепутана. Я почти поверил в то, что смогу это сделать. Глупец!
Как вдруг в один прекрасный вечер, находясь в полном одиночестве ря-
дом с бутылкой вина и посматривая на эту бутылку несколько виновато, ибо
не в моих привычках пить одному, я, все еще не веря в возможность полно-
ценного питья в одиночку, потянулся за штопором, ввинтил его в пробку,
дернул... дернул сильнее... Раздался невыразимо почему-то приятный звук
- пык! - и бутылка открылась. Стерн лежал на тахте, уткнувшись в плед
лицом (то есть обложкой). Я решил пить со Стерном. Я сказал:
- Учитель! Обстоятельства сложились так, что мы остались с вами вдво-
ем. Еще они так сложились, что вам было угодно родиться на двести с лиш-
ком лет раньше. Я ни в коем случае не укоряю вас за то, но хочу сказать,
что ваши книги мешают мне существовать. Что делать в таком случае?
Стерн помалкивал.
- Не писать? Но уж вам-то должно быть известно, что страсть к писа-
тельству хуже любой другой страсти и не поддается излечению. Писать, как
Бог положит на душу? ("Именно", - отозвался Стерн, не поднимая обложки
от тахты.) Но тогда меня обвинят в плагиате, вторичности, третичности,
четвертичности и архаичности, поскольку клапаны моей души, будучи откры-
ты, источают потоки и струйки, чрезвычайно похожие на ваши, милорд.
Я выпил полстакана вина (это был венгерский "Токай"), сделав предуп-
редительный жест. На мою учтивую речь Стерн ответил следующее:
- Мне сдается, вы хотите продлить игру, начатую мною двести лет на-
зад. В таком случае не советую, потому что вы будете иметь неприятности.
- Я согласен их иметь, даже если размеры неприятностей будут соот-
ветствовать размерам сочинения, - сказал я.
- Какой же роман вы намереваетесь сочинить?
- Длинный, - сказал я.
- Ответ совершенно в духе шендианства! -воскликнул Стерн. - Так что
же вам мешает?
Я приподнял бутылку "Токая", придал ей горизонтальное положение и,
медленно наклоняя, добился того, чтобы золотистое вино заполнило мой
стакан. Пока оно лилось, я успел подумать о:
1) клапанах;
2) плохой погоде;
3) количестве страниц в моем романе;
4) не явившемся ко мне на встречу приятеле (приятельнице);
5) тех нескольких страничках, что уже написаны и лежат в специальном
закуточке, где я храню на всякий случай начатые сочинения с намерением
когда-нибудь их продолжить, но так и не продолжаю, потому что, если со-
чинение не идет своим ходом, то нет никакого смысла тащить его на аркане
-получится издевательство над самой идеей сочинительства;
6) литературных журналах;
7) том, что в них печатается;
8) нашем доме;
9) собственном невежестве;
10) способах полета тел тяжелее воздуха, а почему - это будет понятно
позже...
Короче говоря, я успел подумать о десяти вещах одновременно, а кроме
того, о полной невозможности добиться порядка в собственных мыслях.
Огорченный их хаотичностью, я протянул левую руку к стакану, в то время
как правая возвращала бутылку в вертикальное положение и ставила ее на
стол; обхватил стакан пальцами, приблизил ко рту... - Если я буду писать
таким способом, роман наверняка получится длинным! - ...и выпил.
Тут я почувствовал, что клапаны открываются, вернее, вылетают из сво-
их гнезд, как пробки из шампанского. Я едва успел добежать до пишущей
машинки, сунуть в нее чистый лист бумаги и написать: "Вот! С этого и на-
до было начинать!".
2
Исходя из того, что "Бог любит Троицу" - а почему, неизвестно, -я
предполагаю, что у меня будет три подступа к роману, подобно тому, как я
трижды начинал его писать и только на четвертый раз путем не совсем кор-
ректных ухищрений заставил клапаны покинуть насиженные места. Роман тро-
нулся, поехал, поплыл, теперь только успевай его записывать!



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126
РЕКЛАМА
Шилова Юлия - Охота на мужа-3, или Терапия для одиноких сердец
Шилова Юлия
Охота на мужа-3, или Терапия для одиноких сердец


Андреев Николай - Второй уровень. Власть и любовь
Андреев Николай
Второй уровень. Власть и любовь


Афанасьев Роман - Знак чудовища
Афанасьев Роман
Знак чудовища


Афанасьев Роман - Астрал
Афанасьев Роман
Астрал


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.