Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (21)
  2. Вещий Олег (16)
  3. Обряд дома Месгрейвов (14)
  4. Ричард Длинные Руки - 1 (12)
  5. Пелагия и красный петух (том 1) (10)
  6. Бремя власти (9)
  7. Кафедра странников (9)
  8. (9)
  9. Москва слезам не верит (сценарий) (9)
  10. Главный противник (7)
  11. Джон Фаулз и трагедия русского либерализма (7)
  12. Битва за Царьград (6)
  13. Начало всех начал (6)
  14. Принц Каспиан (6)
  15. Пощады не будет (6)
  16. Чары старой ведьмы (6)
  17. Смягчающие обстоятельства (5)
  18. Пиранья: Первый бросок (5)
  19. Последний завет (5)
  20. Человек со Звезды (5)
  21. День проклятия (5)
  22. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (4)
  23. Любовница на двоих (4)
  24. По тонкому льду (4)
  25. Кредо (4)
  26. Свирепый черт Лялечка (4)
  27. Коронация, или последний из романов (3)
  28. Русь окаянная (3)
  29. Круг любителей покушать (3)
  30. Московский упырь (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Русская фантастика — > Логинов Святослав — > читать бесплатно "Аналитик"


Святослав ЛОГИНОВ


АНАЛИТИК


В то утро жители города Кобурга были развлечены скандальным зрелищем:
всюду прославленный профессор истории и поэзии, заслуженный доктор
медицины, почтенный директор гимназии Андеас Либавиус бежал по улице. К
тому же, к вящему смущению обывателей, на докторе вместо подобающей ему по
годам и званию мантии был надет старый во многих местах прожженый камзол,
а в руках он сжимал огромнейшие, черные от копоти щипцы.
Доктор гнался за обидчиком.
Несомненно, его противник, молодой и более легкий на ногу, сумел бы
спастись от разъяренного профессора, если бы не споткнулся и не рухнул
прямо в уличную грязь.
- Значит, мы боимся замарать ручки и огорчить наш благородный нос? -
зловеще проговорил подоспевший Либавиус и, ухватив своими страшными
щипцами беспомощного юнца за шею, принялся окунать его головой в лужу,
сопровождая каждое погружение кратким наставлением:
- Запомни, сопляк, царских путей в геометрию нет, так сказал Эвкли
д... Добродетель и порок, согласно Аристотелю, указывают на различия в
движении или деятельности, понял, лентяй? Ведь это о тебе писал Гебер:
"Кто увлекается воображением, тщеславием и следующими за ними пороками,
так же неспособен заниматься алхимией, как слепой или безрукий". А
поскольку, по мнению Разеса "начало нашего делания есть очищение", то ты,
как часть нечистая, можешь оставаться здесь и жрать конский навоз, раз
тебе не по нраву трудиться в лаборатории!
С этими словами Либавиус отпустил провинившегося школяра, отряхнул
полы заляпанного камзола, поправил сбившееся набок плоеное жабо и, тяжело
дыша, отправился в обратный путь.
Подойдя к дверям лаборатории, располагавшейся в бывшем тюремном
флигеле, Либавиус привычно задержал дыхание и лишь потом шагнул через
порог и окинул помещение строгим проверяющим взглядом.
Как все здесь непохоже на ту идеальную лабораторию, что сам Либавиус
придумал и описал еще пятнадцать лет назад! Настоящая алхимическая
мастерская должна иметь отдельный зал для печей и перегонок, профессорский
кабинет, где бы хранились книги и рукописи; а здесь не оборудованы даже
вытяжные трубы, и дым, пугая мирных жителей, выходит прямо в окна. Все
работы проводятся в одном обширном зале средм печей, ванн и столов,
заваленных частями приборов: взрезанных аламбиков, реторт, паяльных
трубок, бурбарбутов, кубов с треснувшим шлемом, щипцов, ножей и прочего,
без чего не может работать химик. Только винный погреб при лаборатории
был. Там в сосудах из антимония настаивалось рвотное вино, и в больших
бочках бродили смеси, предназначенные для мацерации.
Ученики, все кроме только что изгнанного, ожидали учителя. Либавиус
оглядел повернувшиеся в его сторону лица и медленно, подчеркивая каждую
фразу, начал:
- Только что я исторг паршивую овцу из стада жаждущих истины. Причин
для того было три: леность рук, скудость ума и непомерное тщеславие.
Сегодня этот мерзавец отказался перегонять мочу, объявив, что это
несовместимо с его дворянским именем. А ведь сам Альберт Великий не
гнушался таким занятием, хотя носил титул графа Боллштедтского. Я спрошу:
зачем негодяй пришел к нам? Может, за истиной и познанием сути вещей? Нет!
Ему хотелось золота! Безумец надеялся, что выварив горшок ртути, он
получит кусок золота. Но Василий Валентин учит, что ртуть не может быть
семенем металлов, поскольку она сама металл. Правда, говорят, что многие
адепты достигли успеха в столь трудном деле. Среди них называют Гебера,
Альберта Великого, Луллия, прозванного Яснейшим, а в наши дни - славного
Парацельса, получившего имя Парацельс-злотодел. И все же я предостерегаю
вас от этого пути. Ведь Парацельс умер в большой нищете, и я склонен
полагать, что его успехи в хризопее рождены непомерным бахвальством -
единственным недостатком доблестного химика. Потому-то нам надо стремиться
не к ложным призракам, а к истинному знанию...
Либавиус внезапно остановился и резко спросил:
- Что есть алхимия?
- Алхимия есть искусство извлекать совершенные сущности и чистые
эссенции из смешанных тел, - хором ответили слушатели.
- А химия?
- Химия есть доступная исполнению часть алхимии, собственноручно
алхимиками совершаемая.
Разумеется, четверо школяров наизусть знали эти определения, данные
Либавиусом в его знаменитой "Алхимии" - первой со времен баснословных
книги, посвященной герметическому искусству и представляющей не сборник
рецептов и поучений, а ясно и толково написанный учебник. Обычно, услышав
знакомые цитаты, профессор гордо выпрямлялся, проводил согнутым пальцем по
щегольским усикам и прекращал экзамен. Но сегодня он остался недоволен:
- Как следует понимать эти дефиниции? Кто может объяснить? Молчите?..



Ну так откройте уши и слушайте, быть может тогда в ваших лошадиных головах
появится хоть одна здравая мысль. Итак: можно, основываясь на том или ином
древнем авторитете, верить или не верить в трансмутацию, медикамент,
квинтэссенцию и иные прекрасные вещи. Я сорок лет отдал искусству Луллия,
но признаюсь, что не умею прокаливать принципы и сгущать идеи. То же, что
может быть сделано, относится к химии, и потому мы должны быть химиками,
если не хотим прослыть безумцами. Нас могут спросить: но зачем тогда
вообще отделять чистое от нечистого? Ответ даст наш добрый учитель
Парацельс: "С целью применения в медицине". И еще: "Воистину, я ятрохимик
- химик-врачеватель, ибо я знаю и медицину и химию". Врач, не знающий
химии, подобен слепцу, но химик, пренебрегающий медициной, похож на тех
африканских чудовищ, что по словам путешественников, состоят из одних
только глаз и потому абсолютно нежизнены. Достойно философа искать
философский камень, но не менее достойно, как то сделал я, найти камень
рвотоный и спасти им многих. Я научил людей травить крыс белым мышьяком, а
что, при всей их учености, создали Фома, Дунс Скотт и многие иные
прославленные философы?
Либавиус умолк, подошел к окну, глянул на поднявшееся над
островершими крышами солнце и сказал:
- Мне пора в больницу, а вы тем временем закончите перегонку,
брошенную бежавшим мерзавцем, и, кроме того, подготовьте к моему приходу
образцы различным металлов: железа, свинца, меди, олова и сурьмы. А если
сумеете найти, то добавьте к ним тот новый металл, что назван цинком. И не
забудьте поразмышлять над тем, что я вам рассказал сегодня.
Андеас Либавиус был очень занятым человеком. Он инспектировал
казенные мастерские, был смотрителем училищ и директором городской
гимназии. Когда-то, еще в бытность в Ротенбурге, он служил главным
городским врачом, да и теперь, перебравшись в Кобург, не оставлял
медицины, хотя городские власти ничего не платили ему. Однако, Либавиус не
мог бросить врачевания, без больных вся его деятельность теряла смысл,
ведь он был ятрохимиком.
Главным же врачом городской больницы был Каспар Эйеглаус - ученик
Фомы Эраста и ярый враг ятрохимии. В больнице лечили по старинке -
сиропами, мазями и кровопусканиями. И только те больные, которых вел
Либавиус, получали лекарства, вышедшие из химической лаборатории. Впрочем,
дозировал их Либавиус осторожно, памятуя, что и ртуть, и мышьяк, и
антимоний - суть сильные яды.
Кроме того, в госпитале Либавиус проводил еще одну серию опытов,
которым приписывал особое значение.
Еще вчера он отобрал четверых больных, истощенных до крайней степени,
явно доживающих свои последние дни, и через тонкую серебряную трубку влил
им в вены кровь здоровых сильных людей. Один из больных не выдержал чужой
крови и через час скончался. Еще одному - чахоточному юноше, вскорое снова
стало хуже, зато двое других пошли на поправку. Главное же, никого не
тронула болезнь святого Антония и, судя по всему, это произошло из-за
того, что он вместо обычной полой тростинки воспользовался серебряной
иглой.
Либавиус ожидал подобного результата. Будучи алхимиком, он прекрасно
понимал, что совершенное серебро не станет портить кровь, в то время как
из тростинки, как бы хорошо она ни была высушена, в кровь обязательно
попадут гнилостные вещества.
Многим казалось странным, что Либавиус занимается проблемой
переливания крови. У всех на памяти была злая его фраза: "При переливании
крови от барана человеку всегда присутствует три барана: тот, от которого
переливают, тот, которому переливают и тот, который переливает". Он
действительно много ругал своих предшественников за то, что они не
принимали во внимание различие крови у разных людей, и тем более у
человека и четвероногой твари. В самом деле, у одного кровь жирна и густа,
у другого подобна воде; люди вспыльчивые носят горячую кровь, которая
может повредить при лихарадке. Либавиус всегда старался подбирать людей
парами, по сложению и темпераменту, чтобы вливаемая кровь как можно больше
походила на свою собственную. Правда, и у него часть больных умирала
немедленно после переливания, но Либавиус верил, что найдет причину
неприятия чужой крови, упорно продолжал опыты, и немало человек было
спасено им в самый казалось последний миг.
Хотя Эйнглаус и враждовал с Либавиусом, стараясь не допускать его к
больным, но в городской больнице, куда попадают одни только бедняки,
бывать не любил и потому позволял сопернику брать столько больных, сколько
тот считал нужным. Две палаты Либавиуса, вмещавшие каждая по сто человек,
вечно были переполнены, и осмотр занимал много времени. Кроме общепринятых
микстур и пластырей Либавиус назначал еще многие вещества, за некоторыми
из которых приходилось посылать в лабораторию. Боль в суставах утихала от
белой ртути, против опухолей помогала сулема, от кровавого поноса - сера,
а чахотку следовало лечить ржаным хлебом, размоченным в вине.
Правда, не все лекарства по карману беднякам. Питьевое золото стоит



Страницы: [1] 2 3
РЕКЛАМА
Херберт Фрэнк - Под давлением
Херберт Фрэнк
Под давлением


Шилова Юлия - Базарное счастье
Шилова Юлия
Базарное счастье


Посняков Андрей - Крестовый поход
Посняков Андрей
Крестовый поход


Конан-Дойль Артур - Топор с посеребрянной рукоятью
Конан-Дойль Артур
Топор с посеребрянной рукоятью


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.