Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Любовница на двоих (65)
  2. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (22)
  3. Колдун из клана Смерти (18)
  4. Заклятие предков (17)
  5. Свирепый черт Лялечка (16)
  6. Гнев дракона (16)
  7. Аквариум (15)
  8. Пелагия и красный петух (том 2) (14)
  9. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (13)
  10. Признания авантюриста Феликса Круля (13)
  11. Поводыри на распутье (11)
  12. Бубен верхнего мира (8)
  13. Цифровая крепость (8)
  14. Чудовище без красавицы (8)
  15. О бедном Кощее замолвите слово (8)
  16. Гиперион (7)
  17. Вещий Олег (7)
  18. Брудершафт с Терминатором (6)
  19. Покер с акулой (6)
  20. Роксолана (6)
  21. Его сиятельство Каспар Фрай (5)
  22. Ричард Длинные Руки - 1 (5)
  23. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (5)
  24. Журналист для Брежнева (4)
  25. К "последнему" морю (4)
  26. Вставай, Россия! Десант из будущего (4)
  27. По тонкому льду (4)
  28. Путь Кейна. Одержимость (4)
  29. Шпион, или повесть о нейтральной территории (4)
  30. Занимательная механика (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Русская фантастика — > Лукины Любовь, Евгений — > читать бесплатно "А все остальное - не в счет"


Любовь ЛУКИНА, Евгений ЛУКИН


А ВСЕ ОСТАЛЬНОЕ - НЕ В СЧЕТ


Счастливый человек - он был разбужен улыбкой. Ну да, улыбнулся во
сне, почувствовал, что улыбается, и проснулся. А проснувшись, вспомнил:
Вчера он вынул из кладовки все свои сокровища, построил их в шеренгу
и учинил генеральный осмотр. Два корня он отбраковал и, разломав на куски,
сбросил в мусоропровод, а остальные отправил обратно, в кладовку. Все,
кроме одного.
Это был великолепный, трухлявый изнутри корень с четко выраженным
покатым лбом и шишковатой лысиной. Шероховатый бугор вполне мог сойти за
нос картошкой, а из-под изумленно приподнятого надбровья жутко зиял
единственный глаз. Вдобавок вся композиция покоилась на неком подобии
трехпалой драконьей лапы.
Прелесть что за корешок!
Все еще улыбаясь, он встал с постели и вышел босиком в большую
комнату, где посреди стола на припорошенной древесной трухой газетке
стоял, накренясь, тот самый комель. С минуту они смотрели друг на друга. И
было уже очевидно, что остренькая шишка на сбоку лысины - вовсе не шишка,
а рог. Ну да, маленький такой рожок, как у фавна.
- Ты - леший, и зовут тебя - Прошка, - с удовольствием сообщил он
куску трухлявого дерева. - И страшным ты только прикидываешься. Ты -
хитрый и одноглазый. Коготь я тебе, конечно, укорочу, а вот что правая
щека у тебя вислая - это ты зря...
Тут он почувствовал беспокойство и оглянулся. Из большой комнаты
очень хорошо просматривалась коротенькая - в три шага - прихожая, тупо
упершаяся во входную дверь. Где-то там, далеко-далеко за дверью, его,
должно быть, уже ждали. Хмурились, поглядывали на часы и, поджав губы,
раздраженно постукивали ногтем по циферблату.
Он повернулся к комлю и, как бы извиняясь, слегка развел руками.
Наскоро умывшись, наскоро одевшись и наскоро позавтракав, он влез в
пальто, нахлобучил шапку и взял с неудобной, причудливой, но зато
самодельной подставки потертый до изумления портфель из настоящей кожи.
Перед самой дверью остановился, решаясь, затем сделал резкий вдох, открыл,
шагнул...
...и произошло то, что происходило с ним изо дня в день: захлопнув за
собой дверь, он обнаружил, что снова стоит все в той же прихожей, правда,
уже малость подуставший, что портфель стал заметно тяжелее и что на
воротнике пальто тает снег. Видимо, там, за дверью, была зима. Да, зима.
Недаром же три дня назад стекла заволокло льдом почти доверху.
- Ну вот... - с облегчением выдохнул он. - Уже все...
В портфеле оказались продукты. Он перебросал их в холодильник и,
чувствуя, как с каждой секундой усталость уходит, подошел к столу с
комлем, посмотрел справа, слева...
- Нет, - задумчиво сказал он наконец. - Все-таки второй глаз тебе
необходим...
Он перенес комель в кухню, зажег газ и, ухватив плоскогубцами
толстый, в синеватой окалине гвоздь, сунул его острым концом в огонь, а
сам, чтобы не терять времени, выбрал из груды инструментов на подоконнике
заточенный в форме ложечки плоский напильник и со вкусом, не торопясь
принялся выскабливать труху из полостей комля.
Когда закончил, гвоздь уже наполовину тлел вишневым. Осторожно вынув
его из огня плоскогубцами, он убедился, что рука не дрожит, и приступил.
Раскаленное железо с шипением входило в древесину, едкие синеватые
струйки дыма взвивались к потолку, вытягивались легким сквозняком в
большую комнату и плавали там подобно паутинкам перед коричневыми с
истертым золотым тиснением корешками книг, путались в хитрых резных
подпорках полок.
И тут - нечто небывалое - взвизгнул дверной звонок. Рука с
плоскогубцами замерла на полдороги от конфорки к комлю. Ошиблись дверью?
Несколько мгновений он сидел прислушиваясь.
Вишневое свечение, тускнея, сползло к острию гвоздя и исчезло. Да,
видимо, ошиблись... Он хотел продолжить работу, но звонок взвизгнул снова.
Пожав плечами, он отложил остывший гвоздь, отставил комель и,
отряхивая колени, вышел в прихожую. Все это было очень странно.
Открыл. На пороге стояла искусственная каштановая шубка с поднятым
воротником. Из кудрявых недр воротника на него смотрели блестящие, как у
зверька, смеющиеся глазенки.
- Чай кипела? - шаловливо осведомилось то, что в шубке, бездарно
копируя не то кавказский, не то чукотский акцент.
Опешив, он даже не нашелся что ответить. Шубка прыснула:
- Ну чо ты блынькаешь, как буй на банке? На чашку чая приглашал?
Оглушенный чудовищной фразой, он хотел было собраться с мыслями, но
гостья впорхнула в прихожую, повернулась к нему кудрявой каштановой спиной
и, судя по шороху, уже расстегивала толстые пластмассовые пуговицы.



Решительно невозможно было сказать, где кончаются отчаянные завитки
воротника и начинаются отчаянные завитки прически.
- Как... что? - упавшим голосом переспросил он наконец, но тут шубка
была сброшена ему на руки.
- Моргаешь, говорю, чего? - стремительно оборачиваясь, пояснила
гостья. Она улыбалась во весь рот. Круглые щечки подперли глаза, превратив
их в брызжущие весельем щелки.
- Можно подумать, не ждал!
- Нет, отчего же... - уклончиво пробормотал он и с шубкой в руках
направился к хитросплетению корней, служившему в этом доме вешалкой. Кто
такая, откуда явилась?.. Узнать хотя бы, в каких отношениях они - там, за
дверью...
Когда обернулся, гостьи в прихожей уже не было. Она уже стояла
посреди большой комнаты, и ее блестящие, как у зверька, глазенки, что
называется, стреляли по углам.
- А кто здесь еще живет?
- Я живу...
- Один в двух комнатах? - поразилась она.
Ему стало неловко.
- Да так уж вышло, - нехотя отозвался он. - В наследство досталось...
Разом утратив стремительность, гостья обвела комнату медленным цепким
взглядом.
- Да-а... - со странной интонацией протянула она. - Мне, небось, не
достанется... Ой, какая мебель старая! Ой, а что это за полки такие -
никогда не видела!..
- Своими руками, - не без гордости заметил он.
Уставилась, не понимая.
- Что ли, денег не было настоящие купить?.. Ой, и телевизора
почему-то нету...
Счастливый человек - он был разбужен улыбкой. Ну да, улыбнулся во
сне, почувствовал, что улыбается, - и проснулся.
За окном малой комнаты была оттепель. Свисающий с крыши ледяной
сталактит, истаивая, превращался на глазах из грубого орудия убийства в
орудие вполне цивилизованное и даже изящное. Леший по имени Прошка,
утвердившись на трехпалой драконьей лапе, грозно и насмешливо смотрел с
табурета.
- Что же мне, однако, делать с твоей щекой? Не подскажешь?
Леший Прошка загадочно молчал. Впрочем, щека - ладно, а вот из чего
бы придумать нижнюю челюсть? Он вскочил с постели и уставился в угол, где
были свалены теперь все его сокровища. Потом выстроил их в шеренгу и,
отступив на шаг, всмотрелся. Нет. Ничего похожего...
Тут он опомнился и взглянул на закрытую дверь комнаты. Там, за
дверью, его наверняка уже ждали. С дребезгом помешивали чай в стакане,
нервно поглядывая на стену, где передвигали секундную стрелку новенькие
плоские часы, переваривающие в своих жестяных внутренностях первую
батарейку.
Он оделся, подошел к двери и щелкнул недавно врезанной задвижкой.
Затем сделал резкий вдох, открыл, шагнул...
...и произошло то, что происходило с ним изо дня в день: прикрыв за
собой дверь, он снова очутился в малой комнате, но голова была уже тяжелая
и мутная, а щеки горели, словно там, за дверью, ему только что надавали
пощечин.
А может, и впрямь надавали, кто знает...
С трудом переведя дыхание, он заставил себя улыбнуться. Потом запер
дверь на задвижку и подошел к комлю.
- Ну-с, молодой человек, - сказал он, потирая руки. - Так как же мы с
вами поступим?
Он присел перед табуретом на корточки и тронул дерево кончиками
пальцев. Ну, допустим, полщеки долой... И что будет? Он прикрыл ладонью
нижнюю половину Прошкиной щеки и остался недоволен. Не смотрится... Стоп!
А если...
Мысль была настолько дерзкой, что он даже испугался. Ну да, а если
взять и спилить щеку вообще? Тогда вместо скособоченного рта получается
запрокинутая отверстая пасть, а спиленный кусок...
Он выпрямился, потрясенный.
В спиленный кусок - это и есть нижняя челюсть.
Он кинулся к кровати и выгреб из-под нее груду инструментов - искал
ножовку по металлу. Найдя, отвернул барашковую гайку, снял полотно, а
ненужный станок вернул под кровать. Снова присел перед табуретом и,
прищурив глаз, провел первый нежный надпил.
Древесный порошок с шорохом падал на расстеленную внизу газетку.
Работа была почти закончена, когда в дверь постучали. Нахмурясь, он
продолжал пилить. Потом раздался еле слышный хруст, и, отняв от комля то,
что было щекой, он внимательно осмотрел срез. Срез был гладкий, как
шлифованный.



Страницы: [1] 2
РЕКЛАМА
Сертаков Виталий - Демон против Халифата
Сертаков Виталий
Демон против Халифата


Посняков Андрей - Сын ярла
Посняков Андрей
Сын ярла


Афанасьев Роман - Воин Добра
Афанасьев Роман
Воин Добра


Доценко Виктор - Обратись к Бешенному
Доценко Виктор
Обратись к Бешенному


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.