Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (144)
  2. Умножающий печаль (112)
  3. Гнев дракона (104)
  4. Пелагия и красный петух (том 2) (95)
  5. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (79)
  6. Начало всех начал (73)
  7. Цифровая крепость (63)
  8. Омон Ра (60)
  9. Путь Кейна. Одержимость (60)
  10. Битва за Царьград (57)
  11. Шпион, или повесть о нейтральной территории (57)
  12. Имя потерпевшего - никто (54)
  13. Свирепый черт Лялечка (38)
  14. Покер с акулой (35)
  15. Ричард Длинные Руки - 1 (28)
  16. Аквариум (25)
  17. Журналист для Брежнева (22)
  18. Киммерийское лето (22)
  19. Роксолана (21)
  20. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (20)
  21. Колдун из клана Смерти (20)
  22. Тимур и его команда (19)
  23. Париж на три часа (18)
  24. По тонкому льду (16)
  25. Прозрачные витражи (14)
  26. Ледокол (13)
  27. Один на миллион (12)
  28. Брудершафт с Терминатором (12)
  29. К "последнему" морю (12)
  30. Любовница на двоих (11)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Русская фантастика — > Столяров Андрей — > читать бесплатно "Мечта Пандоры"


Андрей СТОЛЯРОВ


МЕЧТА ПАНДОРЫ


1
Вернув документы, лейтенант угрюмо откозырял:
- Ничего не могу поделать. Отгоните машину к дому и ждите.
У него было темное, обветренное лицо. Он не говорил, а выдавливал из
себя слова. За спиной его от канала через всю улицу тянулась цепь солдат -
ноги расставлены, на груди автоматы, в петлицах - серебряные парашюты.
Я достал удостоверение. Если оно и произвело впечатление на
лейтенанта, то внешне это никак не выразилось.
- Хорошо, - так же угрюмо сказал он. - Вы можете пройти. Но я бы
советовал обождать.
Он помолчал, видимо, рассчитывая, что я соглашусь. Набережная за
оцеплением была пустынна, солнечна. Доносилась стрельба - справа, из
середины квартала...
- Хорошо, я дам сопровождающего, - лейтенант стал еще угрюмей. Мотнул
головой. Вразвалку подошел сержант в пятнистом полевом комбинезоне. На шее
у него болталась прозрачная пластинка величиной с ладонь.
- Проведешь, - сказал лейтенант. - Я сообщу по рации.
Сержант окинул мгновенным взглядом мой светлый, выутюженный костюм,
прищурился на галстук:
- Испачкаетесь, сударь.
Я знал, как обращаться с десантниками, и поэтому уверенно двинулся
вперед, как бы не сомневаясь, что он последует за мной. Так оно и
оказалось.
Мы пошли по набережной.
- Вы все-таки держитесь сзади, - уже нормальным голосим сказал
сержант, догоняя. - И ни в коем случае не отходите от меня.
- Что тут у вас происходит? - спросил я.
- Операция.
Больше он ничего не добавил.
Мы свернули во двор - узкий, извилистый. Стены в черных подтеках
смыкались вверху, вдавливаясь в небо. Все время казалось, что мы сейчас
упремся в тупик, но неожиданно открывался новый проход. Отовсюду слышалась
стрельба. Сдвоенно выстрелил карабин; затем, сплетаясь в едином звуке,
хлестнули автоматные очереди, и, наконец, солидно застучал тяжелый
пулемет, судя по звуку - "гокис", пули у него размером с небольшой
огурец...
Это было уже серьезно. В последний раз я слышал "гокисы" год назад во
время мятежа в Порт-Хаффе. Тогда сепаратисты из "Феруза" внезапно, в
считанные минуты профессионально положив напалмовые кассеты вдоль
пригорода и блокировав огненным полукольцом войска МККР, двинули танки по
шоссе прямо на Ролиссо, где находились международные армейские склады.
Если бы они захватили оружие, то могли бы отрезать весь север и держать
жесткую оборону этой территории по крайней мере несколько месяцев.
Главнокомандующий вооруженными силами страны то ли растерялся, то ли
действительно был связан с сепаратистами, как говорили потом: он, вместо
того чтобы подорвать склады, выслал наперехват артиллерийскую школу -
недоученных курсантов, подкрепив их саперным батальоном из резерва.
Штурмовые танки "Мант" прошли сквозь них, как сквозь масло, - я уже потом,
после гибели Аль-Фаиза видел на шоссе месиво исковерканных орудий и тел, в
котором копошились подразделения Красного креста и добровольные санитарные
дружины.
Нас выбросили на исходе ночи. Небо начинало светлеть. Десятки капсул
неспешно, одна за другой вываливались из пузатых с маленькими крыльями,
неуклюжих на вид транспортных самолетов и долго, уменьшающимися точками
летели вниз и у самой земли эффектно распахивали зонты - пружинили на
воздушной подушке.
Сверху все было отлично видно. И огненный, голубой полукруг,
опоясавший порт, и серебрящуюся спокойную Ниссу, и артиллерийские вспышки
за мостом, который уже был захвачен сепаратистами, и ближе к земле -
пропитанные флюофором светящиеся зеленые знамена передового полка "Меч
пророка", чьи танки на лобовой броне несли изречения девятого калифа Али.
Мы садились прямо на склады. Вдали уходи разрывы, но мы все-таки
надеялись здесь закрепиться - у нас были податомные базуки, которые в
случае попадания если и не пробивали броню, то вынуждали "Мантов"
остановиться на минуту-две для смены оплавившейся оптики, а за это время
можно было навести канальную мину. И вот, когда мы начали выпрыгивать на
сырую бетонную площадку перед складом, оттуда, со сторожевых вышек,
тяжелыми басами заговорили "гокисы". Оказывается, Аль-Фаиз еще за четыре
часа до выступления выслал вперед ударную группу; она без шума вырезала
охрану и заняла ключевые посты. Но мы узнали об этом потом. А в тот момент
занявшаяся огнем капсула вызвала наши крики предостережения. Мы



разворачивались к вышкам так, чтобы там увидели голубые нашивки на наших
робах. И командир десанта, югославский майор, приказал осветить
прожектором его форму с надписью "Международные войска", - но вторая
очередь, выкинувшая его из луча и свалившая прожектор, поставила все на
свои места.
Я очнулся тогда только утром в госпитале, когда Аль-Фаиз и двенадцать
его имамов, окруженные в здании аэровокзала, покончили счеты с жизнью,
выбросившись на мостовую.
...Двор вывел нас на боковую улицу. Тут слабо, но ощутимо пахло
чесноком. Я покосился на прозрачную пластинку. Это был противогаз.
- Теперь осторожно, - предупредил сержант.
И сразу же над нашими головами раздался звук - будто пилой по дереву.
Мы отшатнулись. Чуть выше, над нами в темном кирпиче появился десяток
красных лунок со сколотыми краями.
- Весело тут у вас, - сказал я, отряхивая кремовый пиджак.
Сержант блеснул зубами сквозь кирпичную пыль:
- Это ничего - пугают. А вот у них есть один с карабином, так бьет,
подлец, как в тире.
- Откуда у них "гокисы"? - спросил я. - Или это ваши стараются?
- У них все, что хочешь, есть, - сержант вытер лицо, оставив на нем
красные полосы. - Надо перебираться на ту сторону. Видите подворотню?
До подворотни было метров сорок.
- По одному и - быстро, - приказал сержант. Выскочил и, будто нырнул,
почти падая, перебежал улицу. Запоздало ударила очередь, выбила искры из
асфальта, зазвенело стекло. Я кинулся, не дожидаясь, пока очередь
кончится. По мне не стреляли.
- Вот мы и на месте, - сказал сержант. Он закурил.
- Хороший автоматчик уложил бы вас запросто.
- Под хорошего автоматчика я бы и не полез.
Он открыл обшарпанную дверь на первом этаже. В квартире царил хаос.
Мебель была перевернута, на полу сверкали сотни зеркальных осколков.
Полированную стенку наискось прочерчивала пулевая дорожка. По бокам
выбитого окна стояли капитан-десантник и совсем молоденький лейтенант. У
обоих на шее висели пластинки противогазов. Очень сильно пахло чесноком.
- По приказу начальника охраны... - шагнув вперед, начал докладывать
сержант.
Капитан резко повернул к нему белое, засыпанное известкой лицо и
крикнул сорванным голосом:
- К стене!
Мы едва отскочили. Автоматная очередь прошла по полу, брызнули
зеркальные фонтаны.
- Засекли все-таки, сволочи, - сказал капитан.
Лейтенант ежесекундно вытирал лицо ладонью:
- Надо менять позицию.
- Поздно, уже поздно, - проговорил капитан и опять навис над рацией:
- Хансон, слышишь меня? Хансон! Что там у вас?
- Заняли чердак, - донеслось в ответ. - Через минуту начинаем. Я
сообщу.
- Балим! - закричал капитан. - Через минуту закроешь окна. Плотно
закроешь, понял? Чтобы носа не могли высунуть!
- Не высунут, капитан, ничего не высунут, - неторопливый голос был с
сильным южным акцентом.
- Видишь, где у них пулемет?
- Вижу.
- Вот. Чтоб больше ни я, ни ты его не видели.
- Понял, капитан. Все будет в ажуре, капитан!
Капитан повернулся к нам:
- Ну?
- Сержант доложил.
- Какой Август? Август на той стороне, - капитан с неприязнью
посмотрел намой злополучный костюм, ужасно сморщил лицо. - Сейчас туда не
пройти. И здесь вам делать нечего. Отправляйтесь во двор. Он не
простреливается.
Я достал удостоверение. Капитан не успел даже взглянуть на него -
рация, казалось, накалилась:
- Начинаем, капитан!
И он в ответ весь напрягся:
- Балим! Балим! Огонь!
Впереди бешено стучали десятка два автоматов. Капитан скомандовал:
- Пошли!
Мой сержант перекинул автомат в руку, лег, раскинув ноги, у соседнего
окна.
Переулок хорошо просматривался - широкий, пустой. Стены его домов
были исцарапаны пулями. У тротуара дымилась покореженная легковая машина.
Ветер переворачивал зеленые бумажки, застилавшие асфальт. На углу, из



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22
РЕКЛАМА
Флинт Эрик - Удар судьбы
Флинт Эрик
Удар судьбы


Лукин Евгений - Портрет кудесника в юности
Лукин Евгений
Портрет кудесника в юности


Каргалов Вадим - Святослав
Каргалов Вадим
Святослав


Верещагин Олег - Воля павших
Верещагин Олег
Воля павших


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.