Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. К "последнему" морю (103)
  2. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (70)
  3. Париж на три часа (43)
  4. Начало всех начал (41)
  5. Покер с акулой (39)
  6. Имя потерпевшего - никто (37)
  7. Непредвиденные встречи (33)
  8. Омон Ра (29)
  9. Любовница на двоих (28)
  10. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (27)
  11. Тимур и его команда (24)
  12. Шпион, или повесть о нейтральной территории (24)
  13. Пелагия и красный петух (том 2) (22)
  14. Гнев дракона (22)
  15. Чародей звездолета "Агуди" (22)
  16. Ричард Длинные Руки - 1 (20)
  17. Цифровая крепость (19)
  18. Свирепый черт Лялечка (16)
  19. Киммерийское лето (15)
  20. Аквариум (13)
  21. Ледокол (13)
  22. Колдун из клана Смерти (12)
  23. Умножающий печаль (10)
  24. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (10)
  25. По тонкому льду (9)
  26. Брудершафт с Терминатором (9)
  27. Битва за Царьград (9)
  28. Путь Кейна. Одержимость (9)
  29. Прозрачные витражи (8)
  30. Ричард Длинные Руки - воин Господа (7)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

История — > Балашов Дмитрий Михайлович — > читать бесплатно "Господин Великий Новгород"


Дмитрий Михайлович БАЛАШОВ


ГОСПОДИН ВЕЛИКИЙ НОВГОРОД


Повесть


I
Олекса Творимирич возвращался из немцев, куда ездил по торговым своим
делам, домой.
Под Саблей, обогнав обозы, - Радько довезет! - налегке, сам-двое со
Станятой (нетерпение одолело) пустились вперед, и вот уже пошли ближние
погосты да пожни, чаще и чаще заобгоняли возы с сеном, дровами, обилием, -
близился Новгород.
В воздухе пахло весной, ноздреватый снег оседал рыхлыми тяжелыми
кучами, проваливался под полозьями саней. Копыта взбрызгивали ледяную
подснежную воду. Взъерошенные, отощавшие в долгом пути кони то и дело
сбивались, вразнобой дергая упряжь. Солнце по-настоящему пекло, и купец,
радуясь близкому дому, здоровью, весеннему солнцу, распоясался и распахнул
шубу: любо!
- Эй, Станька! Любава-то без тебя не сблодила чего?
Тот не расслышал слов, оглянулся на голос хозяина - рожа веселая,
тоже рад, прокричал в ответ что-то.
- Чегой-то? - переспросил Олекса.
- Вона! София видна!
Над верхушками елей уже посвечивал золотой шлем, и, когда в ясном
воздухе, мерно отделяясь друг от друга поплыли знакомые звоны, Олекса
Творимирич широко, радостно, истово перекрестил себя: приехали! Дома!
Вот и Левонтьев крест, вот и часовня, а вот и конная сторожа
новгородская, княжеская.
Разом переглянулись Олекса со Станятой, озорниковато кинув глазом на
прикрытую рогожей тушу.
Кабана свалили за Мшагою: дуром сунулся к обозу, облаяла выжля*.
Олекса сгоряча кинулся наперехват с коротким мечом, да подкатнулась нога,
провалилась в снег, меч прошел скользом. Зверь рванулся, выгорбив
щетинистую серую спину, пошел на Олексу. Станята подхватил кабана на
рогатину, спас. Олекса вскочил, ударил снова - в бок и не промазал на этот
раз. Кабан дрогнул и стал валиться на задрожавших ногах, хрюкнув,
посунулся в сугроб, заливая вспаханный снег кровью.
_______________
* В ы ж л я - охотничья собака.
За охотой забыли все на свете, а тут вдруг холодом прошло по спине,
никак на княжьих угодьях наозоровали? <А свиньи бити князю за шестьдесят
верст от города>, - плохой купец не знает договорных уложений наизусть!
Посмотрели друг на друга. Станята хмыкнул, разлепил толстые губы:
- А, никто и видел!
Олекса воровато повел глазами, бросил хрипло:
- Ладно, не бросать же... (Ай взять да отдать?.. Да и отдавать жаль,
такой подарок!) Была не была! Заворачивай сани!
Свели упиравшихся, всхрапывающих от запаха крови лошадей в снег.
Завернули зверя в мешки, в сено, чтоб не капала кровь, завалили сверху.
Лишь бы довезти до Малых Пестов, там уж можно и открыть - поди проверь,
где били!
Ночью Олекса вставал, подходил к возам, отогнал зарычавшую собаку.
Под санями натекла теплая лужица. Крякнув, натужился, сдвинул воз,
затоптал, закидал снегом. Так и береглись до Шелони, но бог миловал.
Дальше уже везли закоченевшую тушу открыто, хвастались удачей - знай
наших! Мужики прищелкивали языком, тыкали зверя кнутовищами:
- Матерущий, беда!
Один только вредный старик прищурился:
- Далеко били? Цегой-то весь закоценел!
- Дивья, не мало и стояли, сани поломалися! - ответил Олекса, отводя
глаза.
- Не эти ли?
- Ну-ко, старче, отдай! - прикрикнул Станята. - Кажному тут ротись*
да божись!
_______________
* Р о т и т ь с я, х о д и т ь р о т е - клясться.
И снова обошлось.
Обошлось и с новгородской сторожей, те ничего не спросили, покосились
только.
И вот уже сани выбежали на простор, и весь Господин Великий Новгород



открылся вдруг, праздничный под весенним солнцем, от Антониева монастыря
на той стороне Волхова, от Зверинца и до далекого, теряющегося в весенней
дымке Юрьева. И пригородные церкви, и посады, и бревенчатая стена острога,
над которой главы и кресты, и грозные белокаменные стены Детинца, и
золотоглавая София, сердце Новгорода, в ней же Спас Вседержитель со сжатой
десницей. И пока не разогнется рука, дотоле стоять Великому Новгороду,
нерушимо.
Вот и башня въезжая. С нависших стрельниц волглой, почерневшей
городни* капала вода. От каменной стены башни отделился воротный сторож -
грелся на солнце, не торопясь, подошел второй. Поздоровались.
_______________
* Г о р о д н я - часть бревенчатой стены между двумя башнями.
- Ай издалека?
- Из немцев!
- Цегой-то там раковорци, воевать не собралися?
- Да к тому идет!
- Вона, все в одно бают!
Воткнув копье в снег, бегло осмотрел воз:
- Товара не везешь ле? Мотри, какого зверя у князя украл! Шуткую...
Проезжай, купечь!
Гулко протопотав в сводах ворот, выехали на Легощую. И пошли терема
новгородские, вырезные крыльца, висячие сени, крутые чешуйчатые кровли,
крытые дубовой дранью, серые и цветные: зеленые, голубые, красные, - на
иных сверкала даже позолота, - наполовину уже освобожденные от снега, с
бахромами сверкающих сосулек на мохнатых свесах крыш и потоках. Там и сям,
в коричнево-сером море бревенчатых строений, розовели каменные стены
церквей и боярских палат. Улица была по-весеннему полна народу; овчинные
шубы нараспашь, круглые шапки с ярким верхом лихо сдвинуты на ухо, цветные
платы широко открывают румяные лица. Ремесленники и купцы, жонки
посадские, боярышни, в крытых алым сукном епанечках, в цветных, мягких
тимовых* сапожках, мальчишки, со свистом стайками шныряющие под ногами,
пока кто-нибудь из старших не шуганет расшалившихся озорников. Кто за
делом, кто и без дела, гуляючи, ради ясного дня и солнца приветного.
Ревниво сравнивал Олекса наметанным глазом наряды своих горожан с
иноземными, немецкими. Родные были ярче, цветистей, богаче головные уборы
женщин, больше багреца и черлени, восточного пестрого тканья.
_______________
* Т и м - род сафьяна (старин.).
Полозья саней, перескакивая через кучи оледенелого тающего снега,
стучали по плахам тесовой мостовой, уже высыхающей кое-где на солнцепеке.
Кони, ободрясь, тоже чуя конец пути, дружнее взяли.
- Гони! - прикрикнул купец, и расписные сани понеслись, виляя из
стороны в сторону, скользя по снегу и колотясь по мостовой. - Гони!
Мужики и бабы, сторонясь от разбежавшихся лошадей, смеялись,
бранились вслед:
- Ишь понесло купця!
- К цорту в пекло торописсе?
Какой-то широкоплечий плотник с толстым бревном на плече сделал
движение, будто бросает бревно под ноги коням, те шарахнули вбок, почти
вывернув купца из саней, хрястнув резным задком о бревенчатый уличный тын
- огорожу. Едва удержался Олекса, ругнулся, но и озорной мужик не испортил
радостного настроения, уж больно хороши были день, весна, Новгород!
Перед Детинцем придержали. Шагом въехали в каменную арку ворот,
увенчанных старинной чудотворной иконой, прикрытой свинцовой кровелькой от
дождя и снега; шагом проехали Пискуплю - мимо Владычного двора,
посадничьих палат, складов, охраняемых владычной сторожей. Налево
поднялась величавая стена Софии, перед которой оба обнажили головы,
направо - соперничающий с нею собор Бориса и Глеба, имя строителя
которого, Сотка Сытинича, за сто лет уже успело обрасти легендами.
- Правда бают, Сотко гусляр был? - спросил Станята, задирая голову.
- Не, - отозвался Олекса, тоже любуясь собором, - кажись, боярин. Это
поют-то про которого, так тот другой!
Богородицкими воротами с вознесенной над ними легкой, устремленной в
голубое небо надвратной церковью спустились к реке.
Ослепительно синей от неба и снега на Волхове показалась родная
Торговая сторона, <Торговый пол>. Вот проехали Великий мост, вот
заворотили к себе, на Славну. Мимо Ярославова дворища, мимо святого
Николы, мимо Параскевы Пятницы, мимо торга, мимо вечевых гриден, соборов,
лавок, мимо Варяжского двора, мимо хором Нежилы, Страшка, Иванки -
Иванко-то новые ворота поставил, гляди-ко! - мимо терема Якуна Сбыславича,
мимо Хотеновой поварни... А вот уже там, за тем поворотом, и Олексин дом,
отчий кров, родимое пепелище, свое, отцово, дедино.
Дедино!



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38
РЕКЛАМА
Посняков Андрей - Воевода заморских земель
Посняков Андрей
Воевода заморских земель


Шилова Юлия - Укрощение строптивой, или Роковая ночь, изменившая жизнь
Шилова Юлия
Укрощение строптивой, или Роковая ночь, изменившая жизнь


Шилова Юлия - Мой грех, или История любви и ненависти
Шилова Юлия
Мой грех, или История любви и ненависти


Посняков Андрей - Разбойный приказ
Посняков Андрей
Разбойный приказ


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.