Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Любовница на двоих (84)
  2. Признания авантюриста Феликса Круля (23)
  3. Заклятие предков (21)
  4. Колдун из клана Смерти (20)
  5. Свирепый черт Лялечка (16)
  6. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (16)
  7. Пелагия и красный петух (том 2) (14)
  8. Аквариум (14)
  9. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (13)
  10. Чудовище без красавицы (12)
  11. Поводыри на распутье (11)
  12. Покер с акулой (10)
  13. Гнев дракона (9)
  14. О бедном Кощее замолвите слово (9)
  15. Брудершафт с Терминатором (8)
  16. Бубен верхнего мира (8)
  17. Гиперион (7)
  18. Вещий Олег (6)
  19. Путь Кейна. Одержимость (5)
  20. Его сиятельство Каспар Фрай (5)
  21. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (4)
  22. Цифровая крепость (4)
  23. По тонкому льду (4)
  24. Роксолана (4)
  25. Омон Ра (4)
  26. Ричард Длинные Руки - 1 (4)
  27. К "последнему" морю (4)
  28. Шпион, или повесть о нейтральной территории (4)
  29. Битва за Царьград (3)
  30. Журналист для Брежнева (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Классика — > Горький Максим — > читать бесплатно "Песня о Соколе"


М.Горький


ПЕСНЯ О СОКОЛЕ


Море - огромное, лениво вздыхающее у берега, - уснуло и неподвижно в
дали, облитой голубым сиянием луны. Мягкое и серебристое, оно слилось там с
синим южным небом и крепко спит, отражая в себе прозрачную ткань перистых
облаков, неподвижных и не скрывающих собою золотых узоров звезд. Кажется,
что небо все ниже наклоняется над морем, желая понять то, о чем шепчут
неугомонные волны, сонно всползая на берег.
Горы, поросшие деревьями, уродливо изогнутыми норд-остом, резкими
взмахами подняли свои вершины в синюю пустыню над ними, суровые контуры их
округлились, одетые теплой и ласковой мглой южной ночи.
Горы важно задумчивы. С них на пышные зеленоватые гребни волн упали
черные тени и одевают их, как бы желая остановить единственное движение,
заглушить немолчный плеск воды и вздохи пены - все звуки, которые нарушают
тайную тишину, разлитую вокруг вместе с голубым серебром сияния луны, еще
скрытой за горными вершинами.
- А-ала-ах-а-акбар!.. - тихо вздыхает Надыр-Рагим-оглы, старый крымский
чабан, высокий, седой, сожженный южным солнцем, сухой и мудрый старик.
Мы с ним лежим на песке у громадного камня, оторвавшегося от родной горы,
одетого тенью, поросшего мхом, - у камня печального, хмурого. На тот бок
его, который обращен к морю, волны набросали тины, водорослей, и обвешанный
ими камень кажется привязанным к узкой песчаной полоске, отделяющей море от
гор. Пламя нашего костра освещает его со стороны, обращенной к горе, оно
вздрагивает, и по старому камню, изрезанному частой сетью глубоких трещин,
бегают тени.
Мы с Рагимом варим уху из только что наловленной рыбы и оба находимся в
том настроении, когда все кажется прозрачным, одухотворенным, позволяющим
проникать в себя, когда на сердце так чисто, легко и нет иных желаний, кроме
желания думать.
А море ластится к берегу, и волны звучат так ласково, точно просят
пустить их погреться к костру. Иногда в общей гармонии плеска слышится более
повышенная и шаловливая нота - это одна из волн, посмелее, подползла ближе к
нам.
Рагим лежит грудью на песке, головой к морю, и вдумчиво смотрит в мутную
даль, опершись локтями и положив голову на ладони. Мохнатая баранья шапка
съехала ему на затылок, с моря веет свежестью в его высокий лоб, весь в
мелких морщинах. Он философствует, не справляясь, слушаю ли я его, точно он
говорит с морем:
- Верный богу человек идет в рай. А который не служит богу и пророку?
Может, он - вот в этой пене... И те серебряные пятна на воде, может, он
же... кто знает?
Темное, могуче размахнувшееся море светлеет, местами на нем появляются
небрежно брошенные блики луны. Она уже выплыла из-за мохнатых вершин гор и
теперь задумчиво льет свой свет на море, тихо вздыхающее ей навстречу, на
берег и камень, у которого мы лежим.
- Рагим!.. Расскажи сказку... - прошу я старика.
- Зачем? - спрашивает Рагим, не оборачиваясь ко мне.
- Так! Я люблю твои сказки.
- Я тебе вс° уж рассказал... Больше не знаю... - Это он хочет, чтобы я
попросил его. Я прошу.
- Хочешь, я расскажу тебе песню? - соглашается Рагим.
Я хочу слышать старую песню, и унылым речитативом, стараясь сохранить
своеобразную мелодию песни, он рассказывает.



I
"Высоко в горы вполз Уж и лег там в сыром ущелье, свернувшись в узел и
глядя в море.
Высоко в небе сияло солнце, а горы зноем дышали в небо, и бились волны
внизу о камень...
А по ущелью, во тьме и брызгах, поток стремился навстречу морю, гремя
камнями...
Весь в белой пене, седой и сильный, он резал гору и падал в море, сердито
воя.
Вдруг в то ущелье, где Уж свернулся, пал с неба Сокол с разбитой грудью,
в крови на перьях...
С коротким криком он пал на землю и бился грудью в бессильном гневе о
твердый камень...
Уж испугался, отполз проворно, но скоро понял, что жизни птицы две-три
минуты...
Подполз он ближе к разбитой птице, и прошипел он ей прямо в очи:


- Что, умираешь?
- Да, умираю! - ответил Сокол, вздохнув глубоко. - Я славно пожил!.. Я
знаю счастье!.. Я храбро бился!.. Я видел небо... Ты не увидишь его так
близко!.. Эх ты, бедняга!
- Ну что же - небо? - пустое место... Как мне там ползать? Мне здесь
прекрасно... тепло и сыро!
Так Уж ответил свободной птице и усмехнулся в душе над нею за эти бредни.
И так подумал: "Летай иль ползай, конец известен: все в землю лягут, все
прахом будет..."
Но Сокол смелый вдруг встрепенулся, привстал немного и по ущелью повел
очами...
Сквозь серый камень вода сочилась, и было душно в ущелье темном и пахло
гнилью.
И крикнул Сокол с тоской и болью, собрав все силы:
- О, если б в небо хоть раз подняться!.. Врага прижал бы я... к ранам
груди и... захлебнулся б моей он кровью!.. О, счастье битвы!..
А Уж подумал: "Должно быть, в небе и в самом деле пожить приятно, коль он
так стонет!.."
И предожил он свободной птице: "А ты подвинься на край ущелья и вниз
бросайся. Быть может, крылья тебя поднимут и поживешь ты еще немного в твоей
стихии".
И дрогнул Сокол и, гордо крикнув, пошел к обрыву, скользя когтями по
слизи камня.
И подошел он, расправил крылья, вздохнул всей грудью, сверкнул очами и -
вниз скатился.
И сам, как камень, скользя по скалам, он быстро падал, ломая крылья,
теряя перья...
Волна потока его схватила и, кровь омывши, одела в пену, умчала в море.
А волны моря с печальным ревом о камень бились... И трупа птицы не видно
было в морском пространстве...


II
В ущелье лежа, Уж долго думал о смерти птицы, о страсти к небу.
И вот взглянул он в ту даль, что вечно ласкает очи мечтой о счастье.
- А что он видел, умерший Сокол, в пустыне этой без дна и края? Зачем
такие, как он, умерши, смущают душу своей любовью к полетам в небо? Что им
там ясно? А я ведь мог бы узнать все это, взлетевши в небо хоть ненадолго.
Сказал и - сделал. В кольцо свернувшись, он прянул в воздух и узкой
лентой блеснул на солнце.
Рожденный ползать - летать не может!.. Забыв об этом, он пал на камни, но
не убился, а рассмеялся...
- Так вот в чем прелесть полетов в небо! Она - в паденье!.. Смешные
птицы! Земли не зная, на ней тоскуя, они стремятся высоко в небо и ищут
жизни в пустыне знойной. Там только пусто. Там много света, но нет там пищи
и нет опоры живому телу. Зачем же гордость? Зачем укоры? Затем, чтоб ею
прикрыть безумство своих желаний и скрыть за ними свою негодность для дела
жизни? Смешные птицы!.. Но не обманут теперь уж больше меня их речи! Я сам
все знаю! Я - видел небо... Взлетал в него я, его измерил, познал паденье,
но не разбился, а только крепче в себя я верю. Пусть те, что землю любить не
могут, живут обманом. Я знаю правду. И их призывам я не поверю. Земли
творенье - землей живу я.
И он свернулся в клубок на камне, гордясь собою.
Блестело море, все в ярком свете, и грозно волны о берег бились.
В их львином реве гремела песня о гордой птице, дрожали скалы от их
ударов, дрожало небо от грозной песни:
"Безумству храбрых поем мы славу!
Безумство храбрых - вот мудрость жизни! О смелый Сокол! В бою с врагами
истек ты кровью... Но будет время - и капли крови твоей горячей, как искры,
вспыхнут во мраке жизни и много смелых сердец зажгут безумной жаждой
свободы, света!
Пускай ты умер!.. Но в песне смелых и сильных духом всегда ты будешь
живым примером, призывом гордым к свободе, к свету!
Безумству храбрых поем мы песню!.."


... Молчит опаловая даль моря, певуче плещут волны на песок, и я молчу,
глядя в даль моря. На воде все больше серебряных пятен от лунных лучей...
Наш котелок тихо закипает.
Одна из волн игриво вскатывается на берег и, вызывающе шумя, ползет к
голове Рагима.
- Куда идешь?.. Пшла! - машет на нее Рагим рукой, и она покорно



Страницы: [1] 2
РЕКЛАМА
Андреев Николай - Второй уровень. Власть и любовь
Андреев Николай
Второй уровень. Власть и любовь


Никитин Юрий - Сингомэйкеры
Никитин Юрий
Сингомэйкеры


Афанасьев Роман - Между землей и небом
Афанасьев Роман
Между землей и небом


Соломатина Татьяна - Акушер-ха!
Соломатина Татьяна
Акушер-ха!


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.