Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Любовница на двоих (55)
  2. Гнев дракона (24)
  3. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (23)
  4. Колдун из клана Смерти (19)
  5. Заклятие предков (17)
  6. Аквариум (16)
  7. К "последнему" морю (14)
  8. Свирепый черт Лялечка (14)
  9. Поводыри на распутье (11)
  10. Пелагия и красный петух (том 2) (9)
  11. Роксолана (9)
  12. Шпион, или повесть о нейтральной территории (8)
  13. Покер с акулой (8)
  14. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (8)
  15. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (8)
  16. Чудовище без красавицы (7)
  17. Вещий Олег (7)
  18. Гиперион (7)
  19. Цифровая крепость (7)
  20. Непредвиденные встречи (7)
  21. Ричард Длинные Руки - 1 (7)
  22. Его сиятельство Каспар Фрай (6)
  23. О бедном Кощее замолвите слово (6)
  24. Бубен верхнего мира (6)
  25. Путь Кейна. Одержимость (6)
  26. Брудершафт с Терминатором (6)
  27. Вставай, Россия! Десант из будущего (5)
  28. Кредо (5)
  29. Умножающий печаль (4)
  30. Журналист для Брежнева (4)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Приключения — > Рони Жозеф — > читать бесплатно "Борьба за огонь"


Жозеф Рони-старший.


Борьба за огонь.


Повесть
Перевод с французского А. Вейнрауб.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

I
Смерть огня
В непроглядную ночь бежали уламры, обезумев от страданий и усталости; все
их усилия были тщетны перед постигшим их несчастьем: огонь был мертв! Они
поддерживали его в трех клетках. По обычаю племени четыре женщины и два
воина питали его день и ночь.
Даже в самые тяжелые времена поддерживали они в нем жизнь, охраняли его
от непогоды и наводнений, переносили его через реки и болота; синеватый при
свете дня и багровый ночью, он никогда не расставался с ними. Его могучее
лицо обращало в бегство львов, пещерного и серого медведей, мамонта, тигра и
леопарда. Его красные зубы защищали человека от обширного страшного мира;
все радости жили только около него! Он извлекал из мяса вкусные запахи,
делал твердыми концы рогатин, заставлял трескаться камни, он подбадривал
людей в дремучих лесах, в бесконечной саванне, в глубине пещер. Это был
отец, страж, спаситель; когда же он вырывался из клетки и пожирал деревья,
он становился более жестоким и диким, чем мамонты.
И вот теперь он мертв! Враг разрушил две клетки; в третьей же, уцелевшей
во время бегства, огонь ослабевал, бледнел и постепенно уменьшался. Он был
так слаб, что не мог поедать даже болотные травы; он дрожал, как больное
животное, обратившись в небольшое насекомое красноватого цвета, и каждое
дуновение ветра грозило его погасить... потом он вовсе исчез... Уламры
бежали, осиротевшие, в осеннюю ночь. Звезд не было. Тяжелое небо опускалось
над тяжелыми водами; растения протягивали над беглецами свои похолодевшие
стебли, слышно было только, как шуршат пресмыкающиеся. Мужчины, женщины,
дети поглощались тьмою. Прислушиваясь к голосам своих вожаков, они старались
двигаться по сухой и твердой земле, переходя вброд встречавшиеся ручьи и
болота. Три поколения знали эту тропу. На рассвете они подошли к саванне.
Холодный свет просачивался сквозь меловые слои облаков. На жирных, как
горная смола, водах кружился ветер. Как гнойники, раздувались водоросли,
оцепеневшие ящерицы лежали, свернувшись, среди кувшинок. На иссохшем дереве
сидела цапля. Наконец в рыжем тумане развернулась саванна с дрожащими от
стужи растениями. Люди воспрянули духом и, пройдя сквозь заросли камыша,
очутились наконец среди трав, на твердой почве. Но тут их лихорадочное
возбуждение сразу упало, люди ложились на землю, застывали в неподвижности;
женщины, более выносливые, чем мужчины, потеряв своих детей в болотах, выли,
как волчицы, те, что спасли своих малюток, поднимали их вверх, к облакам.
Когда рассвело, Фаум с помощью пальцев и веток пересчитал свое племя. Каждая
ветка соответствовала количеству пальцев на обеих руках. Остались: четыре
ветки воинов, более шести веток женщин, около трех веток детей, несколько
стариков.
Старый Гун сказал, что уцелели - один мужчина из пяти, одна женщина из
трех и один ребенок из целой ветви.
Уламры почувствовали всю огромность несчастья. Они поняли, что их
потомству угрожает гибель. Силы природы становились все более грозными. Люди
будут бродить по земле, жалкие и нагие.
Отчаяние овладело даже мужественным Фаумом. Он уже не полагался больше на
свои огромные руки. На его большом, заросшем жесткой щетиной лице, в его
желтых, как у леопарда, глазах была смертельная усталость; он рассматривал
свои раны, нанесенные копьем и дротиками врага, слизывая языком кровь,
сочившуюся из его раненого плеча.
Он старался восстановить в памяти картину битвы. Уламры кинулись в бой.
Его палица крушила головы врагов. Уламры уничтожат мужчин, уведут женщин,
убьют вражеский огонь, прогонят врагов в саванны и непроходимые леса. Что же
произошло? Почему уламры обратились в бегство, почему начали трещать их
кости, почему из их животов стали вываливаться внутренности, из их уст
вырываться предсмертные стоны, в то время как враг, наводняя лагерь,
уничтожал священный огонь? Так спрашивал себя Фаум, уставший и отяжелевший.
Он приходил в бешенство при одном воспоминании об этой битве, извиваясь, как
гиена, он не хотел быть побежденным, он чувствовал в себе еще достаточно
сил, храбрости, жестокости.
Солнце взошло. Его яркие лучи разлились над болотом, проникая в грязь,
осушая саванну. В них была радость утра, свежесть растений. Вода казалась
теперь более легкой, менее вероломной и опасной. Она серебрилась среди
медно-ржавых островов; она покрывалась легкой зыбью из малахита и жемчуга,
она расстилала чешую из слюды. Сквозь заросли ивы и ольхи доносился ее
тонкий запах. В игре светотеней сверкали водоросли, лилии, желтые кувшинки,



мелькали водяные касатки, болотные молочайники, вербейники, стрелолистники.
Заросли лютиков с аконитовыми листьями, узоры из мохнатой заячьей капусты
чередовались с диким льном, горьким крессом, росянками. В зарослях кустов и
камышей кишели водяные курочки, чирки, ржанки и зеленокрылые чибисы. На
берегах маленьких рыжеватых бухточек стояли, как на карауле, цапли, на мысу,
хлопая крыльями, резвились журавли; зубастая щука охотилась за линями.
Стрекозы, сверкая зелеными огоньками, летали в расщелинах камней из
ляпис-лазури.
Фаум созерцал свое племя. Несчастье лежало на людях, как помет
пресмыкающегося. Лимонно-желтые, кроваво-красные, зеленые, как водоросли,
люди распространяли запах лихорадки и гниющего мяса. Одни лежали,
свернувшись, как змеи, другие - вытянувшись, как ящерица, а иные хрипели,
охваченные предсмертной агонией. Раны, нанесенные в живот, становились
черными и отвратительными; раны на головах казались больше своих размеров от
запекшейся на волосах крови. Все эти люди будут здоровы. Смертельно раненные
погибли на том берегу или во время переправы. Фаум, оторвав взор от спящих,
стал рассматривать тех, кто страдал от поражения больше, нежели от
усталости. Это были настоящие уламры: большие, тяжелые головы, низкие лбы и
сильные челюсти; кожа рыжеватого тона, волосатые торсы, крепкие руки и ноги.
Остротой своих чувств, особенно обонянием, они могли соперничать с
животными. В их взглядах сверкала угрюмая свирепость. Особенно красивы были
глаза детей и молодых девушек.
Хотя по многим своим признакам племя уламров и приближалось к современным
нам дикарям, но это сходство было далеко не полным.
Палеолитические племена таили в себе молодость, которая никогда больше не
вернется, цветение жизни, энергию и силу которой мы с трудом можем себе
представить.
Фаум воздел руки к небу с протяжным стенанием:
- Что же станется с уламрами без огня? - воскликнул он. - Как будут они
жить в саванне и в лесу, кто защитит их от мрака и ветров зимы? Им придется
есть сырое мясо и горькие овощи. Кто согреет их озябшие тела? Острие
рогатины останется мягким. Лев, зверь с раздирающими зубами, медведь, тигр,
большая гиена пожрут их ночью! Кто завладеет снова огнем, тот станет братом
Фаума, тот получит третью часть охоты, четвертую часть всей добычи; он
получит Гаммлу - мою дочь, и после моей смерти станет вождем племени.
Тогда Нао, сын Леопарда, поднялся и сказал:
- Пусть дадут мне двух быстроногих воинов, и я пойду, завоюю огонь у
сыновей мамонта или у пожирателей людей, которые охотятся на берегах Большой
реки.
Фаум посмотрел на него недружелюбно. Нао был самым рослым из всех
уламров. Его плечи были широки. Не было более ловкого и быстрого воина, чем
Нао. Он победил Му, сына Кабана, сила которого равнялась силе Фаума. Фаум
боялся его. Он давал ему унизительные работы, отдалял от племени, подвергал
смертельным опасностям.
Нао не любил вождя, но при виде Гаммлы он приходил в восхищение; она была
стройна, гибка, загадочна, ее волосы напоминали густую листву. Нао часто
подстерегал ее в ивовом кустарнике, спрятавшись за деревья, или в овраге.
При виде ее его охватывали то нежность, то гнев, иногда он раскрывал свои
объятия, чтоб прижать ее тихо и нежно, иногда же ему хотелось накинуться на
нее, как это делают с девушками из вражеских племен, опрокинуть на землю
ударом палицы. Однако он не хотел причинять ей зла: если бы она была его
женой, он обращался бы с ней без грубости. Ему не нравилось на лицах людей
выражение страха; оно делало людей чужими.
В другое время Фаум рассердился бы на слова Нао. Но несчастье скрутило
его.
Быть может, союз с сыном Леопарда принесет пользу? В противном же случае
он сумеет предать его смерти. И, обернувшись к молодому человеку, он сказал:
- У Фаума только один язык. Если ты принесешь огонь, ты получишь Гаммлу
без всякого выкупа. Ты станешь сыном Фаума.
Он поднял руку и говорил медленно и сурово. Затем сделал знак Гаммле. Она
подошла, дрожащая, подняв свои прекрасные глаза, полные влажного блеска. Она
знала, что Нао подкарауливал ее среди трав, во мраке, и, когда он появлялся
оттуда, как бы желая броситься на нее, она пугалась; но иногда его образ был
ей мил; она желала одновременно, чтобы он погиб под ударами пожирателей
людей и чтобы он оказался победителем и принес огонь.
Фаум положил свою тяжелую руку на плечо девушке:
- Кто из девушек может сравниться с Гаммлой? Она легко может нести на
плече оленью самку, ходить без устали от восхода до захода солнца, терпеть
голод и жажду, выделывать шкуры зверей, переплывать озера. Она произведет на
свет здоровых детей. Если Нао принесет огонь, он получит ее, не давая взамен
ни топоров, ни рогов, ни мехов, ни раковин.
Тогда Аго, сын Зубра, самый волосатый из уламров, подошел, полный
вожделения:
- Аго хочет завоевать огонь! Он пойдет со своими братьями и будет
подстерегать врагов по ту сторону реки. Он либо погибнет от ударов топора,



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29
РЕКЛАМА
Андреев Николай - Третий уровень. Между Светом и Тьмой
Андреев Николай
Третий уровень. Между Светом и Тьмой


Афанасьев Роман - Там, где радуга встречается с землей
Афанасьев Роман
Там, где радуга встречается с землей


Посняков Андрей - Крестовый поход
Посняков Андрей
Крестовый поход


Володихин Дмитрий - Дети Барса
Володихин Дмитрий
Дети Барса


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.