Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Любовница на двоих (65)
  2. Гнев дракона (26)
  3. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (23)
  4. Колдун из клана Смерти (19)
  5. Заклятие предков (17)
  6. Свирепый черт Лялечка (16)
  7. Аквариум (15)
  8. К "последнему" морю (14)
  9. Пелагия и красный петух (том 2) (12)
  10. Поводыри на распутье (11)
  11. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (10)
  12. Цифровая крепость (9)
  13. Роксолана (8)
  14. Покер с акулой (8)
  15. Непредвиденные встречи (7)
  16. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (7)
  17. Гиперион (7)
  18. О бедном Кощее замолвите слово (7)
  19. Ричард Длинные Руки - 1 (7)
  20. Вещий Олег (7)
  21. Чудовище без красавицы (7)
  22. Путь Кейна. Одержимость (6)
  23. Его сиятельство Каспар Фрай (6)
  24. Бубен верхнего мира (6)
  25. Брудершафт с Терминатором (6)
  26. Признания авантюриста Феликса Круля (4)
  27. Умножающий печаль (4)
  28. Вставай, Россия! Десант из будущего (4)
  29. Журналист для Брежнева (4)
  30. Кредо (4)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Триллеры — > Кинг Стивен — > читать бесплатно "Метод дыхания"


Стивен КИНГ


МЕТОД ДЫХАНИЯ




I. Клуб
Возможно, в этот снежный и ветреный вечер 23 декабря 197... года я
оделся чуть быстрее, чем обычно. Я подозреваю также, что и другие члены
клуба сделали то же самое. В ненастные вечера в Нью-Йорке очень трудно
поймать такси, и я заказал машину по телефону. Я сделал заказ в пять
тридцать на восемь часов, и моя жена удивленно подняла брови, но ничего
не сказала. Без четверти восемь я уже стоял под козырьком подъезда
нашего дома на 58 Ист-Стрит, где мы жили с Эллен с 1946 года. В пять
минут десятого такси еще не было, и я поймал себя на том, что в
нетерпении мечусь вверх-вниз по ступенькам.
Машина приехала в десять минут девятого. Я влез в такси, довольный,
что наконец укрылся от ветра, но в то же время злясь на водителя, как,
по-видимому, он того заслуживал. Этот ветер, пришедший вчера вместе с
фронтом холодного воздуха из Канады, свистел и завывал вокруг машины,
заглушая шум водительского радио и раскачивал антенну. Большинство
магазинов было еще открыто, однако на тротуарах почти не было видно
запоздалых покупателей. Те же, кто решился выбраться из дома, выглядели
как-то неуютно или даже болезненно.
Весь день непогодилось, и теперь снова повалил снег - сначала тонкой
занавесой, а затем плотными вихревыми потоками, кружившимися впереди
нас. Возвратясь домой сегодня, я наверняка буду вспоминать об этом
сочетании снега, такси и Нью-Йорка с еще большим чувством дискомфорта.
Впрочем, никто не знает заранее, что будет потом.
На углу Второй и Сороковой улицы большой рождественский колокольчик
из фольги пролетел над перекрестком словно привидение.
"Жуткий вечер, - сказал водитель. - Завтра в морге окажется еще пара
десятков трупов. Алкашей да несколько грязных шлюх".
"Вполне возможно".
Таксист задумался. "Ну что ж, это даже к лучшему, - сказал он
наконец. - Меньше расходов на пособия, разве нет?"
"Ваше рождественское милосердие, - ответил я, - просто поразительно".
Таксист задумался. "Вы что, один из этих слюнявых либералов?" - спросил
он через некоторое время.
"Я отказываюсь отвечать на том основании, что мой ответ может быть
использован против меня", - сказал я. Таксист фыркнул, что должно было
означать: "Ну почему мне всегда везет на всяких умников?", но больше
ничего не добавил.
Я вышел на пересечении Второй и Тридцать пятой и прошел пол-квартала
вниз до клуба, навстречу завывающему ветру, нагнувшись и придерживая
шляпу одетой в перчатку рукой. Как никогда раньше, моя жизненная сила
сжалась где-то глубоко в моем теле до размеров маленького дрожащего
огонька в газовой колонке. В семьдесят три человек ощущает холод быстрее
и глубже. В таком возрасте лучше сидеть дома перед камином, или, по
крайней мере, у электрического обогревателя. В семьдесят три
воспоминания о горячей крови - это скорее не воспоминания, а
академический отчет.
Снегопад утихал, но сухой, как песок, снег все еще хлестал меня по
лицу. Я обрадовался, увидев, что ступени, ведущие наверх к двери 249Б,
были посыпаны песком. Конечно, работа Стивенса - он достаточно хорошо
знал древнюю алхимию: кости превращаются не в золото, а в стекло.
Стивенс был там, он стоял, распахнув дверь, и через мгновение я
оказался внутри. Через обшитые красным деревом холл и двойные двери,
распахнутые на три четверти, на рельсах, я поспешил вниз, в библиотеку с
читальней и баром. Это была темная комната, где светились лишь случайные
островки - читальные лампы. На дубовом паркете лежал отблеск более
густого света, и я слышал потрескивание березы в огромном камине. Тепло
разливалось по всей комнате. Рядом сухо и слегка нетерпеливо зашуршала
газета. Это, наверное, Иохансен, со своим "Уол Стрит Джорнал". И через
десять лет можно было бы узнать о его присутствии по тому, как он читал
свои газеты. Занятно, если не сказать, удивительно.
Стивенс помог мне снять пальто, бормоча что-то об ужасном вечере:
прогноз обещал сильный снегопад до утра.
Я согласился с тем, что вечер выдался действительно ужасный, и
огляделся на эту большую с высокими потолками комнату. Ненастный вечер,
потрескивающий огонь и... история о духах. Я сказал, что в семьдесят три
горячая кровь - это уже в прошлом? Может быть, это и так. Но я
почувствовала тепло в груди от чего-то иного, не связанного с огнем или
равнодушностью Стивенса.
Я думаю, это было потому, что настала очередь Маккэррона рассказывать
историю.


Я прихожу в это здание из коричневого камня на Восточной Тридцать
пятой улицы вот уже десять лет, через почти регулярные промежутки
времени. В моих мыслях я называю его "клуб джентльменов" - забавный
анахронизм времен еще до Глории Стайнем. Но даже сейчас я не знаю, ни
что он на самом деле такое, ни как он возник.
В ту ночь, когда Эмлин Маккэррон рассказал свою историю о методе
дыхания, только шестеро из нас - в клубе тогда насчитывалось всего
одиннадцать членов - выбрались из дома в непогоду. Я вспоминаю годы,
когда в клубе могло состоять лишь восемь постоянных членов, но бывали
времена, когда их было, по крайней мере, двадцать, а то и больше.
Я полагаю, Стивенс мог знать, как все это возникло, и я уверен, что
он был там с самого начала, сколько бы лет с тех пор не прошло. И я
верил, что Стивенс был старше, чем он выглядел, намного старше. Он
говорил со слабым бруклинским акцентом, но несмотря на это он был
агрессивно корректен и пунктуален, как английский дворецкий третьего
поколения. Его сдержанность была частью его обаяния, а его маленькая
улыбка - закрытой и запечатанной дверью. Я никогда не видел никаких
клубных записей, если он хранил их. Никто не говорил мне об
обязанностях, - здесь не было обязанностей. Мне ни разу не позвонил
секретарь - здесь не было секретаря. И в 249Б на 35 Ист-Стрит нет
телефонов. Не было и коробки с мраморными черными и белыми шарами. И.
наконец, у клуба - если это клуб - никогда не было названия.
Впервые я попал в клуб (как я должен его теперь называть) как гость
Джорджа Уотерхауза. Он возглавлял адвокатскую фирму, в которой я работал
с 1951 года. Мое продвижение на фирме - одной из трех крупнейших в
Нью-Йорке - было стабильным, но крайне медленным. Я трудился, как мул,
но у меня не было настоящих способностей. Я знаю людей, которые начинали
с моей помощью и делали гигантские скачки, в то время как я продвигался
медленным шагом. Я наблюдал за всем этим без особого удивления.
За все время до того дня, когда Уотерхауз зашел ко мне в офис в
начале ноября, мне довелось лишь обменяться с ним парой любезных фраз,
посещать вместе обязательный банкет, устраиваемый фирмой ежегодно в
октябре и встречаться чуть чаще накануне спада 196... года.
Этот визит был столь необычным, что у меня возникли неприятные мыли
об увольнении, равно как и надежды на неожиданное продвижение. Уотерхауз
стоял у двери, облокотившись о косяк, со своим сверкающим значком
общества Фи-Бета-Капа на пиджаке и говорил вежливые общие фразы - ничего
из того, что он сказал, не имело какого-то значения. Я ждал, когда он
закончит с любезностями и перейдет к делам: "Да, по поводу этой справки
Кейси" или "Нас попросили расследовать назначение мэром Салковича на..."
Но, казалось, дел никаких и не было. Он посмотрел на часы и сказал, что
ему была приятна наша беседа и что ему надо идти.
Я все еще не мог придти в себя от растерянности, когда он повернулся
и обронил: "Есть место, которое я посещаю по вечерам в большинство
вторников - что-то вроде клуба. В основном старые дурни, но некоторые из
них могут составить неплохую компанию. У них запас превосходных вин,
если вы ценитель. Время от времени кто-то из них рассказывает хорошую
историю. Почему бы вам не пойти как-нибудь вечером туда, Дэвид? Как мой
гость".
Я пробормотал что-то в ответ и до сих пор я не уверен, что я тогда
сказал. Я был смущен этим предложением. Казалось, что оно было сделано
под влиянием минуты, но его холодно-голубые англосаксонские глаза под
густыми завитками бровей явно говорили о другом. И если я не могу
вспомнить точно, что я ответил на это загадочное предложение, то только
потому, что в тот момент неожиданно понял, что нечто подобное я и ожидал
от него все это время.
В тот вечер Эллен восприняла эту новость с любопытством, переходящим
в раздражение. Я работал с Уотерхаузом, Карденом, Лаутоном, Фрейзером и
Эффингемом уже около пятнадцати лет, и было понятно, что я уже не мог
надеяться занять более высокое положение в фирме. Эллен же сочла, что
таким образом фирма нашла более дешевый способ моего вознаграждения за
службу.
"Старики, собирающиеся, чтобы рассказать истории о войне или поиграть
в покер, - сказала она. - Предполагается, что ты будешь проводить
счастливые вечера в библиотеке, пока они не отправят тебя на пенсию...
Да, я приготовлю тебе виски со льдом". Она нежно меня поцеловала. Бог
знает, что Эллен прочитала на моем лице, но она преуспела в этом за все
те годы, что мы прожили вместе.
Ничего не произошло в последующие недели. Когда я мысленно
возвращался к необычному предложению Уотерхауза - воистину необычное,
ибо оно исходило от человека, с которым я встречался не чаще двенадцати
раз в году и которого я видел в обществе от силы на трех приемах или
вечеринках, включая банкет фирмы в октябре, - мне начинало казаться, что
я неправильно истолковал выражение его глаз, и что он действительно
пригласил меня случайно и забыл об этом. Или даже сожалел, что так



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14
РЕКЛАМА
Шилова Юлия - Сказки Востока, или Курорт разбитых сердец
Шилова Юлия
Сказки Востока, или Курорт разбитых сердец


Березин Федор - В прицеле черного корабля
Березин Федор
В прицеле черного корабля


Володихин Дмитрий - Мой приятель Молчун
Володихин Дмитрий
Мой приятель Молчун


Орловский Гай Юлий - Ричард Длинные руки - маркграф
Орловский Гай Юлий
Ричард Длинные руки - маркграф


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.