Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (21)
  2. Аллан Кватермэн (17)
  3. Гнев дракона (15)
  4. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (14)
  5. Начало всех начал (14)
  6. Кредо (11)
  7. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (11)
  8. Путь Кейна. Одержимость (9)
  9. Второй уровень. Весы судьбы (8)
  10. Память льда (8)
  11. Аквариум (8)
  12. Роксолана (7)
  13. Летучий Голландец (7)
  14. Омон Ра (6)
  15. Требуется чудо (6)
  16. Пелагия и красный петух (том 2) (6)
  17. Тимур и его команда (6)
  18. К "последнему" морю (6)
  19. Ричард Длинные Руки - 1 (5)
  20. Армагеддон (5)
  21. По тонкому льду (5)
  22. Круг любителей покушать (5)
  23. Странствующий теллуриец (5)
  24. Свет вечный (5)
  25. Пирамида (5)
  26. Полковнику никто не пишет (4)
  27. Колдун из клана Смерти (4)
  28. Демон и Бродяга (4)
  29. Дикарка (4)
  30. Париж на три часа (4)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Философия — > Гессе Герман — > читать бесплатно "Эссе (сборник)"


Герман Гессе


ЭССЕ



КРАТКОЕ ЖИЗНЕОПИСАНИЕ
ДЕТСТВО ВОЛШЕБНИКА
ТОЛСТОЙ И РОССИЯ
НОВАЛИС
ДРУЗЬЯ, НЕ НАДО ЭТИХ ЗВУКОВ!
Книжный человек
Паломничество в страну Востока
Сказки, легенды, притчи (11 рассказов)

КРАТКОЕ ЖИЗНЕОПИСАНИЕ

Я родился под конец Нового времени, незадолго до первых примет возвращения
средневековья, под знаком Стрельца, в благотворных лучах Юпитера. Рождение
мое совершилось ранним вечером в теплый июльский день, и температура этого
часа есть та самая, которую я любил и бессознательно искал всю мою жизнь и
отсутствие которой воспринимал, как лишение. Никогда не мог я жить в
холодных странах, и все добровольно предпринятые странствия моей жизни
направлялись на юг. Я был ребенком благочестивых родителей, которых любил
нежно и любил бы еще нежнее, если бы меня уже весьма рано не позаботились
ознакомить с четвертой заповедью. Горе в том, что заповеди, сколь бы
правильны, сколь бы благостны по своему смыслу они ни были, неизменно
оказывали на меня худое действие; будучи по натуре агнцем и уступчивым,
словно мыльный пузырь, я перед лицом заповедей любого рода всегда выказывал
себя строптивым, особенно в юности. Стоило мне услышать "ты должен", как во
мне все переворачивалось и я снова становился неисправим. Нетрудно
представить себе, что свойство это нанесло немалый урон моему преуспеянию в
школе. Правда, учителя наши сообщали нам на уроках по забавному предмету,
именовавшемуся всемирной историей, что мир всегда был ведом, правим и
обновляем такими людьми, которые сами творили себе собственный закон и
восставали против готовых законов, и мы слышали, будто люди эти достойны
почтения; но ведь это было такой же ложью, как и все остальное
преподавание, ибо, стоило одному из нас по добрым или дурным побудительным
причинам в один прекрасный день набраться храбрости и восстать против
какой-либо заповеди или хотя бы против глупой привычки или моды - и его
отнюдь не почитали, не ставили нам в пример, но наказывали, поднимали на
смех и обрушивали на него трусливую мощь преподавательского насилия.
По счастью, еще до начала школьных годов мне удалось выучиться самому
важному и незаменимому для жизни: мои пять чувств были бодрственны, остры и
тонки, я мог на них положиться и ждать себе от них много радости, и, если
позднее я безнадежно поддался приманкам метафизики и временами даже налагал
на свои чувства пост и держал их в черном теле, все же атмосфера развитой
чувственной впечатлительности, особенно по части зрения и слуха, никогда не
покидала меня и явственно играет свою роль и в мире моего мышления, каким
бы абстрактным этот мир подчас ни казался.
Итак, некоторой оснасткой для жизни я обзавелся, согласно выше сказанному,
еще задолго до школьных годов. Я не был неучем в нашем родном городе,
смыслил кое-что в птичниках и лесах, в виноградниках и мастерских
ремесленников, я распознавал деревья, птиц и бабочек, умел распевать песни
и свистать сквозь зубы, знал и другие вещи, не вовсе бесполезные для жизни.
К этому добавились школьные предметы, которые давались мне легко и славно
меня развлекали, я получал особенно удовольствие от латыни и начал сочинять
латинские стихи почти так же рано, как немецкие. Что до искусства лжи и
дипломатии, то ему я обязан второму школьному году, когда господин учитель
и помощник учителя обогатили меня соответствующими навыками, между тем как
до того я, по моей ребяческой открытости и доверительности, навлекал на
себя одну неприятность за другой. Оба вышеназванных наставника сумели
исчерпывающе разъяснить мне, что честность и правдолюбие суть свойства,
отнюдь не желательные в школьнике. Они приписали мне один случившийся в
классе пустячный проступок, в котором я был решительно неповинен; поскольку
же им не удалось побудить меня сознаться в несодеянном, из сущей безделицы
проистекло форменное судебное расследование, и оба совместными усилиями
после долгого мучительства извлекли из меня если не желаемое признание, то
последние остатки веры в порядочность учительской касты. Позднее мне
встречались, благодарение богу, и настоящие учителя, достойные самого
глубокого почтения, но непоправимое уже свершилось, и мое отношение не
только к школьным педагогам, но и ко всякому авторитету было извращено и
отравлено. В общем же, я, был на протяжении первых семи или восьми школьных
годов хорошим учеником, по крайней мере место мое было всегда среди первых
в классе. Лишь при начале тех испытаний, которых не минует ни один человек,
обреченный стать личностью, я вступил в конфликт со школой, становившийся
все тяжелее и тяжелее. Понять смысл этих испытаний мне удалось лишь два
десятилетия спустя, тогда же они были голой данностью и отовсюду обступали



меня против моей воли, как тяжкое несчастье.
Дело обстояло так: с тринадцати лет мне было ясно одно - я стану либо
поэтом, либо вообще никем. Но к этой определенности постепенно прибавилось
другое открытие, и оно было мучительно. Можно было стать учителем,
постором, врачом, ремесленником, торговцем, почтовым служащим, даже
музыкантом, даже архитектором или живописцем - ко всем на свете профессиям
вела какая-то дорога, проходившая через подготовку, через школу, через
обучение начинающих. Только для поэта не существовало ничего подобного! Что
разрешалось и даже считалось за честь, так это быть поэтом, то есть
получить в качестве поэта успех и признание-по большей части, увы, лишь
после смерти. Но вот стать поэтом было немыслимо, а желать им стать было
смешно и постыдно, как я очень скоро имел случай убедиться. В один миг
вывел я тот урок, который только и можно было вывести из ситуации: поэт
есть нечто, чем дозволено быть, но не дозволено становиться. И еще:
наклонность к поэзии и личный к ней талант делают тебя в глазах учителей
подозрительным и навлекают то неудовольствие, то насмешки, а то и
смертельное оскорбление. С поэтом дело обстояло в точности так, как с
героем и со всеми могучими или прекрасными, великодушными или небудничными
людьми и порывами: в прошедшем они были чудны, любой учебник в изобилии
воздавал им хвалу, но в настоящем, в действительной жизни их ненавидели, и
позволительно было заподозрить, что учителя затем и были поставлены, чтобы
не дать вырасти ни одному яркому; свободному человеку, не дать состояться
ни одному великому, разительному деянию.
И вот я увидел между мною самим и моей далекой целью одни пропасти, все
стало сомнительным, все потеряло цену, оставалось только одно: что я
намерен стать поэтом, легко это или трудно, смешно или почетно. Внешние
результаты этого решения - или этого несчастья - были следующими.
Когда мне исполнилось тринадцать лет и вышеозначенный конфликт только
начался, поведение в родительском доме и в стенах школы оставляло желать
столь многого, что меня отправили в изгнание в иногороднюю школу. Годом
позднее я стал питомцем одной теологической семинарии, учился выписывать
буквы древнееврейского алфавита и уже готовился узнать что есть "дагеш
форте имплицитум", как вдруг внутри меня разразились бури, которые привели
к моему бегству из монастырской школы, к наказанию строгим карцером, к
прощанию с семинарией.
Некоторое время я силился продвинуть вперед мои знания в одной гимназии,
однако и здесь скоро все окончилось карцером и расставанием. Затем я три
дня пробыл учеником в торговом доме, снова сбежал и пропал на несколько
дней и ночей, к немалой тревоге моих родителей. В течение полугода я был
помощником моего отца, в течение полутора лет я работал ктикантом в
механической мастерской и на фабрике башенных часов.
Короче говоря, более четырех лет все попытки сделать из меня что-нибудь
путное кончались неукоснительным провалом, ни одна школа не хотела удержать
меня в своих стенах, ни в какой выучке я не мог протянуть сколько-нибудь
долго. Любая попытка сделать из меня общественно полезного человека
оканчивалась неудачей, иногда позором и скандалом, иногда бегством и
изгнанием - а между тем за мной признавали хорошие способности и даже
известную меру доброй воли! Притом я всегда был довольно трудолюбив; к
высокой добродетели ничегонеделания я неизменно относился с почтительным
восхищением, но никогда не усвоил ее сам. В пятнадцать лет, потерпев
неудачу в школе, я принялся сознательно и энергично работать над
самообразованием, и для меня было радостью и блаженством, что в доме моего
отца обреталась огромная дедовская библиотека, целый зал, наполненный
старыми книгами и содержавший, в частности, всю немецкую литературу и
философию восемнадцатого столетия. Между шестнадцатым и двадцатым годами я
не только исписал кучу бумаги своими первыми литературными опытами, но и
прочел за эти годы половину всей мировой литературы и занимался историей
искусства, языками и философией с таким усердием, которого за глаза хватило
бы для занятий по обычному школьному курсу.
Затем я сделался книготорговцем, чтобы наконец-то самому зарабатывать свой
хлеб. С книгами у меня были отношения, во всяком случае, лучше, нежели с
коленчатым валом и литыми зубчатыми колесами, с которыми я всласть намаялся
на поприще механика. Плавать и утопать в море книжных новинок было поначалу
удовольствием, почти опьянением. Однако прошло время, и я приметил, что
жить духом только в настоящем, в новом и новейшем - непереносимо и
бессмысленно, что духовная жизнь вообще делается возможной только через
постоянную связь с былым, с историей, со стариной и с древностью. А посему,
как только первое удовольствие было исчерпано, для меня стало потребностью
вернуться от потока новинок к старине, и я осуществил это, перейдя из
книжной лавки в лавку букиниста. Однако я сохранял верность и этой
профессии лишь до тех пор, покуда она была мне нужна, чтобы прокормиться. В
возрасте двадцати шести лет, после первого литературного успеха, я
отказался от этого занятия.
Теперь, после стольких усилий и жертв, цель моя была, стало быть,
достигнута; сколь бы это ни казалось невозможным, я стал-таки поэтом и, по



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63
РЕКЛАМА
Шилова Юлия - Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели
Шилова Юлия
Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели


Шилова Юлия - Хочу богатого, или Кто не спрятался я не виновата!
Шилова Юлия
Хочу богатого, или Кто не спрятался я не виновата!


Володихин Дмитрий - Дети Барса
Володихин Дмитрий
Дети Барса


Белов Вольф - Чистильщик
Белов Вольф
Чистильщик


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.