Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (144)
  2. Умножающий печаль (112)
  3. Гнев дракона (104)
  4. Пелагия и красный петух (том 2) (95)
  5. Цифровая крепость (79)
  6. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (79)
  7. Начало всех начал (73)
  8. Путь Кейна. Одержимость (60)
  9. Омон Ра (60)
  10. Битва за Царьград (57)
  11. Шпион, или повесть о нейтральной территории (57)
  12. Имя потерпевшего - никто (54)
  13. Свирепый черт Лялечка (38)
  14. Покер с акулой (35)
  15. Ричард Длинные Руки - 1 (28)
  16. Аквариум (25)
  17. Киммерийское лето (22)
  18. Журналист для Брежнева (22)
  19. Роксолана (21)
  20. Колдун из клана Смерти (20)
  21. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (20)
  22. Тимур и его команда (19)
  23. Париж на три часа (18)
  24. По тонкому льду (17)
  25. Прозрачные витражи (14)
  26. Ледокол (13)
  27. К "последнему" морю (12)
  28. Один на миллион (12)
  29. Брудершафт с Терминатором (12)
  30. Любовница на двоих (11)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Философия — > Франк С.Л. — > читать бесплатно "Непостижимое"


С.Л.ФРАНК.


НЕПОСТИЖИМОЕ

Москва, изд-во "Правда",
1990
НЕПОСТИЖИМОЕ
Онтологическое введение в философию религии
Attingitur inattingibile inattingibiliteri
Николай Кузанский
Посвящается моей жене
ПРЕДИСЛОВИЕ
Всякое предисловие есть, собственно, послесловие - и притом нужное скорее
автору, чем читателю. Книга должна говорить сама за себя; но автору
простительно его желание, передавая книгу читателю, обратиться к нему и с
личным словом.
Предлагаемый труд содержит некий завершающий итог уже долгого
философского развития. В 1915 г. появилось первое изложение системы моего
философского мировоззрения в книге "Предмет знания. Об основах и пределах
отвлеченного зияния". (Эта книга вышла теперь, несколько сокращенная, во
французском переводе под заглавием "La connaissance et l'etre"ii. Paris,
chez Fernand Aubier, 1937.) В ряде других, позднейших трудов я развил
принципы моего мировоззрения в применении к областям психологии, социальной
философии и философии религии. В предлагаемой теперь книге последние итоги
моей мысли представлены вновь в синтетическом единстве и вместе с тем в
направлении философии религии.
Я по возможности избегал цитирования чужих мнений и критического
изложения моего отношения к ним - не из убеждения в полной оригинальности
моих воззрений, а только чтобы не усложнять объективного хода мыслей и не
увеличивать объема книги. Сведущему и без того будет ясно, сколь многим я
обязан и современной философской литературе, и в особенности исконной
философской традиции. Творчески-новое возможно в философии вообще, лишь
поскольку забытое старое возрождается в новой форме.
Основа всей моей мысли есть та philosophia perennisiii, которую я
усматриваю в платонизме, в особенности в той форме, в которой он в лице
новоплатонизма и христианского платонизма проходит через всю историю
европейской философии, начиная с Плотина, Дионисия Ареопагита и Августина
вплоть до Баадера и Владимира Соловьева. Философия здесь в принципе
совпадает с умозрительной мистикой.
Среди многих великих умов этого направления я особенно выделяю имя одного
мыслителя, который, в грандиозной форме объединяя духовные достижения
античности и средневековья с основоположными замыслами нового времени,
достиг такого синтеза, какой позднее уже никогда не удавался европейскому
духу. Я именно в виду Николая Кузанского. Для меня он в некотором смысле
есть мой единственный учитель философии. И моя книга хочет быть, в сущности,
не более чем систематическим развитием - на новых путях, в новых формах
мысли, в новых формулировках старых и вечных проблем - основного начала его
мировоззрения, его умозрительного выражения вселенской христианской истины.
Многим читателям - как из философского, так и из богословского лагеря -
моя книга, вероятно, покажется незаконной и бесформенной помесью
объективно-систематической философии "без предпосылок" с рожденным из
религиозной веры богословием. Вся книга в целом, весь сложный ход ее мыслей
есть, в сущности, ответ на этот упрек. Кому этого мало, пред тем я бессилен.
От этого упрека я чувствую себя защищенным солидарностью с великими умами
прошлого, которые были моими образцами.
Я предвижу еще один упрек. Большинству читателей книга покажется
"трудной", "сложной", "запутанной", и ее терминология - "искусственной". Я
старался по мере сил выражаться просто и ясно. Но упрек в трудности и
искусственной сложности, неизменно предъявляемый всякой оригинальной
философской мысли и ее словесному выражению, по существу совершенно
неправомерен: это - все равно что требовать, чтобы мысли высшей математики
были выражены в форме, доступной и тому, кто знает и понимает лишь четыре
арифметических действия. Проникновение в более глубокие связи реальности
требует напряжения мысли, не всем доступного, и новыми мысли по существу не
могут быть выражены иначе, чем в новых словах. Кому это дело кажется трудным
- и ненужным, тот ведь совсем не обязан им заниматься.
И еще одно. Автор не имел бы права считать себя философом и изменил бы
своему собственному тезису, если бы он придавал своему труду значение
большее, чем некого лишь посильно намекающего, "лепечущего" указания на
истину подлинной, неизъяснимой и неизреченной Реальности.
Книга была первоначально написана и должна была выйти на немецком языке.
Этому опубликованию помешали неблагоприятные политические условия времени. В
русский текст книги, однако, внесен ряд существенных изменений и дополнений;
он есть не простой перевод немецкого текста, а заново написанный труд.
Приношу издательскому комитету "Русской Научной библиотеки" мою глубокую
благодарность за доставленную им мне возможность опубликовать этот труд.


С.Франк
La Faviere (Var),
август 1938.
ВСТУПЛЕНИЕ
Наша жизнь протекает в окружающей нас реальности, которую мы называем
"миром" или "действительностью". Чтобы сохранить нашу жизнь, чтобы
осуществлять необходимые для нее цели, мы должны "ориентироваться" в мире,
т.е. "познавать" содержания и связи окружающей нас среды, отдавать себе
"отчет" в них в той форме, чтобы этим нам была дана возможность вести себя
целесообразно в отношении их, держаться в наших действиях пути, необходимого
и полезного для условий и целей нашей жизни. Но так как мир сам по себе
имеет бесконечно многообразное и изменчивое содержание, в каждом данном
месте и каждой точке времени иное, то наш опыт, наше ознакомление с
данностями действительности совсем не могли бы служить этой цели
практической ориентировки, если бы мы не имели возможности улавливать в
новом и изменившемся все же элементы уже знакомого, которые, именно как
таковые, делают возможными целесообразные действия. Такова живая,
биологически-психологическая основа того, что мы называем знанием в понятиях
(begriffliches Wissen) или отвлеченным знанием. Разумеется, такое
ориентирование в мире было бы совершенно невозможно, если бы мир в этом
отношении не шел нам в каком-то смысле навстречу. Но, к нашему счастью, мир
именно и идет нам навстречу; несмотря на все его многообразие и
изменчивость, в нем все же есть сходства и повторения, есть закономерности,
и именно это обстоятельство позволяет нам "узнавать" в новом и незнакомом
старое, уже привычное и знакомое; в мире до известной степени царит
рациональность и порядок, которые именно и дают нам возможность "подводить"
все текучее и разнообразное в нем "под понятия", т.е. находить в нем
тождественные "сущности" или "элементы", на основании которых мы можем
воспринимать новое и изменившееся как повторение уже знакомого. Генетически
это "ознакомление" с миром, эта "ориентировка" в нем происходит так, что,
исходя из непосредственно окружающей нас среды, из уже привычного нам
содержания нашего "окружения", мы пытаемся овладеть всем новым и дальнейшим
с помощью этих нам уже знакомых, т.е. логически фиксированных как "понятия",
элементов. Правда, мы при этом всегда научаемся и чему-то новому, т.е. запас
того, что нами воспринимается как "знакомое", все расширяется; наши
представления, приспособляясь к новым, дотоле неизвестным фактам, по большей
части изменяют при этом свое прежнее содержание, в силу чего именно и
образуются новые понятия - новые типы "общего" и "знакомого". Но самый
замысел познания как ориентирования в мире остается при этом все тем же:
уловить в новом и незнакомом повторение уже знакомого и привычного,
воспринять его как только "кажущееся" новое - как "вариант" по существу уже
знакомой нам темы. В этом заключается то, что мы называем "понять" что-либо
в мире: "понять" значит "узнать", т.е. в новом распознать знакомое, старое.
И на практику этого процесса опирается руководящая нами предпосылка - вне
которой мы чувствовали бы себя совершенно беспомощными, запутавшимися и
несчастными, - что и бесконечный, еще неведомый нам, скрытый от нас остаток
мирового бытия - то, с чем мы еще никогда не встречались и с чем еще не
соприкасался наш познавательный взор, - в конечном итоге окажется тоже
повторением уже знакомого и привычного.
Такова определяющая установка в отношении реальности так называемого
"здравого смысла", т.е. познания, руководимого интересами сохранения жизни и
содействия благоприятным условиям жизни. Но в своей основе от нее не
отличается существенно и установка научного познания. Если мы даже
совершенно отвлечемся от того, что самая постановка вопросов - а тем самым и
хотя бы частично этим определенные итоги - научного познания имеют своей
исходной точкой и своей целью потребности практической ориентировки в жизни
и господства над миром - другими словами, если мы даже возьмем научное
познание только как "чистое" познание, возникающее из бескорыстного,
незаинтересованного любопытства, то замысел этого познания состоит все же в
вопросе: "что собственно скрывается в том, что доселе от меня скрыто?" или:
"как - а это значит: как что - я должен понять вот это новое, впервые мне
встречающееся явление?" Всякое научное познание есть познание в понятиях:
оно пытается найти в новом, незнакомом, скрытом что-либо общее - общее ему с
другим, уже знакомым, - именно чтобы подчинить его чему-то уже знакомому и
привычному; именно в этом и заключается всякое научное "констатирование" и
"объяснение". Не иначе, чем "здравый смысл", и наука хочет воспринять
действительность, или мир, как систему или совокупность возможно меньшего
числа тождественных, т.е. повторяющихся, элементов (которые именно в
качестве "знакомых" служат точками опоры для нашей ориентировки). Правда,
научное познание пополняет и исправляет часто совершенно радикально запас
понятий, почерпнутый из обычного жизненного опыта, т.е. то, что имеет для
нас значение знакомого и привычного. Различие между системой понятий
научного познания и практического жизненного опыта часто так велико, что мы
не в состоянии охватить и объединить возникающие из этих двух источников
картины мира в одном связном наглядном образе (вспомним, например, о



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56
РЕКЛАМА
Мурич Виктор - Дважды возрожденный
Мурич Виктор
Дважды возрожденный


Василенко Иван - В неосвещенной школе
Василенко Иван
В неосвещенной школе


Злотников Роман - Леннар. Сквозь Тьму и… Тьму
Злотников Роман
Леннар. Сквозь Тьму и… Тьму


Соломатина Татьяна - Приемный покой
Соломатина Татьяна
Приемный покой


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.