Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (144)
  2. Умножающий печаль (112)
  3. Гнев дракона (91)
  4. Пелагия и красный петух (том 2) (84)
  5. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (79)
  6. Начало всех начал (73)
  7. Цифровая крепость (72)
  8. Омон Ра (60)
  9. Путь Кейна. Одержимость (60)
  10. Битва за Царьград (57)
  11. Шпион, или повесть о нейтральной территории (57)
  12. Имя потерпевшего - никто (54)
  13. Покер с акулой (35)
  14. Свирепый черт Лялечка (32)
  15. Аквариум (25)
  16. Ричард Длинные Руки - 1 (25)
  17. Журналист для Брежнева (22)
  18. Киммерийское лето (22)
  19. Роксолана (21)
  20. Колдун из клана Смерти (20)
  21. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (20)
  22. Париж на три часа (18)
  23. Тимур и его команда (16)
  24. По тонкому льду (14)
  25. Прозрачные витражи (14)
  26. Ледокол (13)
  27. Брудершафт с Терминатором (12)
  28. К "последнему" морю (12)
  29. Яфет (11)
  30. Любовница на двоих (11)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Драма — > Азольский Анатолий — > читать бесплатно "Степан Сергеич"


Анатолий Азольский


Степан Сергеич



---------------------------------------------------------------
Роман
По тексту первой публикации в журнале "Новый мир", _____ г., NoNo 6-8.
OCR и вычитка: Феликс Шадерман
---------------------------------------------------------------

Предисловие редакции журнала "Новый Мир"
Анатолий Алексеевич Азольский родился в 1930 году в городе Вязьме.
Окончил Высшее военно-морское училище имени М.В.Фрунзе в Ленинграде, служил
до 1955 года на Черноморском флоте, а затем, после увольнения в запас,
работал на различных предприятиях Москвы и других городов. В настоящее время
работает на одном из московских заводов.
Роман "Степан Сергеич", написанный А.Азольским в 1969 году, тогда же
был прочитан, одобрен и принят к публикации А.Т.Твардовским и редколлегией
журнала "Новый мир", но дальнейшая его судьба сложилась так, что ему
пришлось пролежать в портфеле редакции до наших дней. Печатая роман сегодня,
нынешняя редакция "Нового мира" считает, что оно выполняет этим не только
долг литературной и общественной справедливости н отношении произведения,
"человековедческое" содержание которого еще восемнадцать лет назад было
столь тесно сопряжено автором с кругом тех самых проблем, что встали теперь
в центре нашей перестройки. Мы надеемся, что нынешний хотя и поздний, но
глубоко закономерный дебют писателя, имя которого до сих пор мало кому было
знакомо и который впервые выступает в печати с крупным произведением,
послужит началом новой, интересной и содержательной литературной судьбы.


1
Капитан Шелагин, дальневосточный офицер, приехал в артиллерийское
училище на Волге командиром батареи.
Долог путь от Амура до Волги -- капитан сошел с поезда, чуть
пошатываясь от многодневной тряски. Он сдал чемоданы в камеру хранения,
отвел жену с сыном в комнату матери и ребенка, приказал парикмахерше
постричь и побрить себя, сапоги начистил у мальчишки в туалете и,
поблескивая пуговицами, отправился к новому месту службы.
У начальника училища, полковника Набокова, в это время как раз
собрались офицеры на совещание. Когда капитан представился, полковник с
особым ударением произнес:
-- Значит, с Дальнего Востока...
Известно, что Амур -- это не Волга и дальневосточные офицеры охотно
покидают суровый край ради службы в центре страны -- в России, как говорят
они. Поэтому Набоков уверенно сказал:
-- Вам, конечно, повезло...
Но в ответ капитан брякнул -- иного слова не подберешь:
-- Никак нет, товарищ полковник! Мне бы там служить и служить... Хорошо
там... Не люблю я этот грохот! -- Он сделал движение в сторону окон, за
которыми расстилался большой город.
Офицеры снисходительно улыбнулись.
-- Вам и здесь будет хорошо, -- заверил полковник, тоже улыбаясь...
В этот момент кадровик принес личное дело Шелагина, и Набоков начал
изучать его -- листик за листиком. Он установил, что Шелагина зовут Степаном
Сергеевичем, что родился он под Брянском в 1923 году, что ему,
следовательно, двадцать шесть лет, что все родные Шелагина погибли в войну,
что у него есть жена Катя, москвичка, двухлетний сын Коля, что сам он
окончил в 1943 году Хабаровское артучилище, воевал на западе и востоке.
-- Прошу внимания. -- Полковник оживился, отрываясь от личного дела. --
Среди многих наград, которыми отмечен товарищ Шелагин, есть орден Красной
Звезды, врученный ему за то, что седьмого мая сорок пятого года он взял в
плен командира немецкого корпуса, генерала... Любопытно, как это произошло.
Я думаю, это интересует не только меня, -- обратился он к офицерам.
-- Да никак не произошло! -- тут же оборвал его капитан и продолжал
недовольным голосом: -- Никого я в плен не брал. Я об этом уже докладывал по
инстанции. Было все так. Разбудил меня однажды ординарец: генерал, говорит,
пришел сдаваться...
Тут капитан опять смутился, завертел шеей, сдавленной воротом
новехонького кителя, и замолчал, удушенный смущением.
-- Продолжайте, товарищ Шелагин, -- быстро сказал полковник. -- Это
очень интересно. -- Он глянул на офицеров, и те разом упрятали улыбочки.
-- Ну, значит, вышел я к генералу, а тот не один, с адъютантом своим, а
адъютант говорит мне, что, мол, неприлично генералу сдаваться в плен
человеку, если он босой... Со сна я был, сапоги не надел, портянки куда-то
запропастились... Ну, разозлился я и приказал запереть генерала в скотный



сарай, поближе к навозу, чтоб гонор с него сбить, а утром сдал в штаб. Вот и
все. Вот и дали мне орден.
-- Да?.. -- удивился Набоков, а начальник политотдела подумал, что,
пожалуй, нельзя использовать подвиг капитана в воспитательной работе, потому
что этот Шелагин может нагородить чего не надо о портянках и навозе.
Начальник училища долистал личное дело до последней, дальневосточной
страницы, где содержалась не совсем обычная характеристика. Командир полка
написал о капитане простодушно: "Авторитетом среди подчиненных пользуется, а
за трезвенность, серьезность и дотошность офицеры зовут его уважительно
Степаном Сергеичем".
-- И все же, -- Набоков закрыл папку, -- я уверен, что орден вы
заслужили... Итак, Степан Сергеич, начинайте службу. Квартира вас ждет.
поезжайте за семьей, управляйтесь побыстрее.
Капитан Шелагин Степан Сергеич сделал образцовый поворот кругом и вышел
из кабинета хорошим строевым шагом.
Думали, что побежит он хлопотать о машине, заспешит на вокзал, привезет
семью в отведенную квартиру. Но капитан ровным походным шагом достиг
расположения своей батареи, приказал открыть классные комнаты, тронул
пальцем пыльный стол и осуждающе посмотрел на дневального. Обошел спальные
помещения, уборные, проверил каптерку, заглянул и в комнату боевой славы
училища. Заметил в курилке пожарчик в урне, сам схватил ведро и залил водою
дымящиеся окурки. Старательно вымыл руки и попросил полотенце.
Сопровождавшие нового комбата сержанты и курсанты решили, что капитан
сейчас разорется, понавтыкает выговоров за пожар, за грязь. Но Шелагин
вытирал руки и думал о том, как лучше и быстрее привить будущим офицерам
честность и храбрость. Пусть для начала берут они пример с него самого --
так решил капитан. По всем гарнизонам разнесут нынешние курсанты весть о
нем, будут, служа, следовать его советам.
2
И действительно, молодые офицеры следующего выпуска привезли в
отдаленные гарнизоны вымышленные, полувымышленные и правдивые истории о
комбате Шелагине.
Курсанты охраняли артпарк, склады, ДОС -- дома офицерского состава --
и, разумеется, училище. Начальник его, полковник Набоков, назначил Шелагина
ответственным за караулы, и капитан ежедневно являлся на развод, придирчиво
осматривал оружие, форму одежды, придумывал, опрашивая, невероятные случаи,
которые могли произойти в карауле. Курсанты бодро отвечали, понуро брели в
караулку. В кромешные дожди, в снежные морозные ночи не было им покоя, в
любой момент ожидали они нападения Шелагина. В глубоком снегу, завернувшись
в белый маскхалат, он подбирался к постам и как из-под земли появлялся перед
изумленными курсантами. Все, кажется, тихо, и гроза караулов Шелагин, по
донесениям дневальных, "отошел ко сну", можно, пожалуй, беспрепятственно
вздремнуть. Но не тут-то было. Часовой у входа не успеет еще крикнуть
"стой!" и лязгнуть затвором, а дверь в караулку уже открыта, и Шелагин
опытным взором видит все -- и дремлющего караульного начальника, и лежащую
на нарах бодрствующую смену, и винтовки, поставленные в угол. Немедленно
начинался безжалостный экзамен по уставу караульной службы, обнаруживалось,
что его-то курсанты и не знают. Шелагин возмущался: синенькую книжечку он
знал слово в слово, запятая в запятую. Ни один комментатор Шекспира не
проникал так глубоко в дебри слов и поэтических оборотов, как делал это
комбат, толкуя неясные места караульного катехизиса. От этих набегов
курсанты свирепели, вздрагивали на постах от каждого шороха. Время было
трудное. Училищные офицеры имели огороды и выращивали картофель. Стало
традицией, что курсанты помогали своим командирам копать и окучивать. Этой
традиции капитан Шелагин следовать не пожелал. По весне он сам вскопал свои
семь соток, курсанты сунулись было помочь -- и ушли посрамленными и
обиженными. Такие причуды даром не обходятся. Катю некоторые жены стали
избегать, Шелагина упрекали в том, что он в служебном рвении своем переходит
границы допустимого.
Кончился летний отпуск, взвод горластых и крепких парней нацепил
звездочки на погоны и отправился по гарнизонам разносить истории о своем
комбате. Пришло пополнение, приняло присягу, Степану Сергеичу достались
тихие, вежливые ребята. Потекла жизнь, которую называют повседневной. Катя
работала в госпитале, сын Коля подрос, бегал по утрам в детский сад. Батарея
Шелагина держала первое место по успеваемости и дисциплине. Степан Сергеич
глянет, бывало, на ровный строй курсантов, полюбуется порядком на утреннем
осмотре, и душа возрадуется. Ну, годик еще, ну, два -- и сменит он
капитанские погоны на другие, с двумя просветами, наступит новая полоса в
его жизни.
Так оно и случилось бы... Но вот однажды приказали Шелагину быть у
Набокова. Степан Сергеич покрутился у зеркала и рысцой побежал к начальнику
училища. Кабинет Набокова был просторен и светел, пол навощен и матово
поблескивал. Комбат доложил о прибытии, выкатив грудь, ожидал благодарности



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58
РЕКЛАМА
Головачев Василий - Ко времени моих слез
Головачев Василий
Ко времени моих слез


Ильин Андрей - Государевы люди
Ильин Андрей
Государевы люди


Ильин Андрей - Мы из Конторы
Ильин Андрей
Мы из Конторы


Сертаков Виталий - Пастухи вечности
Сертаков Виталий
Пастухи вечности


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.