Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Любовница на двоих (85)
  2. Колдун из клана Смерти (18)
  3. Заклятие предков (17)
  4. Свирепый черт Лялечка (16)
  5. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (14)
  6. Аквариум (14)
  7. Пелагия и красный петух (том 2) (14)
  8. Признания авантюриста Феликса Круля (13)
  9. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (12)
  10. Поводыри на распутье (11)
  11. Гнев дракона (10)
  12. Чудовище без красавицы (10)
  13. Бубен верхнего мира (8)
  14. О бедном Кощее замолвите слово (8)
  15. Покер с акулой (8)
  16. Гиперион (7)
  17. Вещий Олег (6)
  18. Брудершафт с Терминатором (6)
  19. Его сиятельство Каспар Фрай (5)
  20. Путь Кейна. Одержимость (5)
  21. Роксолана (5)
  22. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (5)
  23. По тонкому льду (4)
  24. Ричард Длинные Руки - 1 (4)
  25. К "последнему" морю (4)
  26. Шпион, или повесть о нейтральной территории (4)
  27. Яфет (4)
  28. Мадам одиночка, или Укротительница мужчин (3)
  29. Одиночный выстрел (3)
  30. Чародей звездолета "Агуди" (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Драма — > Кортасар Хулио — > читать бесплатно "Игра в классики"


Хулио Кортасар


Игра в классики


Роман
Перевод Л. Синянской (1963)

ТАБЛИЦА ДЛЯ РУКОВОДСТВА
Эта книга в некотором роде -- много книг, но прежде всего это две
книги. Читателю представляется право выбирать одну из двух возможностей:
Первая книга читается обычным образом и заканчивается 56 главой, под
последней строкою которой -- три звездочки, равнозначные слову Конец. А
посему читатель безо всяких угрызений совести может оставить без внимания
все, что следует дальше.
Вторую книгу нужно читать, начиная с 73 главы, в особом порядке: в
конце каждой главы в скобках указан номер следующей. Если же случится забыть
или перепутать порядок, достаточно справиться по приведенной таблице:
73 -- 1 -- 2 -- 116 -- 3 --
84 -- 4 -- 71 -- 5 -- 81 -- 74 --
6 -- 7 -- 8 -- 93 -- 68 -- 9 --
104 -- 10 -- 65 -- 11 -- 136 -- 12
-- 106 -- 13 -- 115 -- 14 -- 114 --
117 -- 15 -- 120 -- 16 -- 137 --
17 -- 97 -- 18 -- 153 -- 19 -- 90
-- 20 -- 126 -- 21 -- 79 -- 22 --
62 -- 23 -- 124 -- 128 -- 24 --
134 -- 25 -- 141 -- 60 -- 26 --
109 -- 27 -- 28 -- 130 -- 151 --
152 -- 143 -- 100 -- 76 -- 101 --
144 -- 92 -- 103 -- 108 -- 64 --
155 -- 123 -- 145 -- 122 -- 112 --
154 -- 85 -- 150 -- 95 -- 146 --
29 -- 107 -- 113 -- 30 -- 57 -- 70
-- 147 -- 31 -- 32 -- 132 -- 61 --
33 -- 67 -- 83 -- 142 -- 34 -- 87
-- 105 -- 96 --94 -- 91 -- 82 --
99 -- 35 -- 121 --36 -- 37 -- 98
-- 38 -- 39 -- 86 -- 78 -- 40 --
59 -- 41 -- 148 -- 42 -- 75 -- 43
-- 125 -- 44 -- 102 -- 45 -- 80 --
46 -- 47 -- 110 -- 48 -- 111 -- 49
-- 118 -- 50 -- 119 -- 51 -- 69 --
52 -- 89 -- 53 -- 66 -- 149 -- 54
-- 129 -- 139 -- 133 -- 140 -- 138 --
127 -- 56 -- 135 -- 63 -- 88 -- 72
-- 77 -- 131 -- 58 -- 131

И, воодушевленный надеждой быть полезным, в особенности молодежи, а
также способствовать преобразованию нравов в целом, я составил это собрание
максим, советов и наставлений, кои являются основой той вселенской морали,
что столь способствует духовному и мирскому счастию всех людей, каковыми бы
ни были их возраст, положение и состояние, равно как процветанию и доброму
порядку не только гражданской и христианской республики, где мы живем, но и
благу любой другой республики или правительства, каковых самые глубокомудрые
философы света пожелали бы измыслить.
Дух Библии и Вселенской Морали,
извлеченный из Ветхого и Нового завета.
Писано на тосканском аббатом Мартини
с приведением цитат.
На кастильский переведено ученым клериком
Конгрегации святого Кайетано.
С разрешения.
Мадрид: Напечатано Аснаром, 1797.

Всегда, чуть похолодает, точнее, в середине осени, меня берет дикое
желание думать о чем-нибудь Икс-центрическом и Икс-зотическом, вроде, к
примеру, хотелось бы мне стать ласточкой, чтоб сорваться да и махнуть в
жаркие страны, или скукожиться муравьишкой да забиться в норку и сидеть себе
там, грызть пищу, запасенную с лета, а то извернуться змеей наподобие тех,
что держат в зоопарке в стеклянных клетках, чтоб не окаменели от холода, как
бывает-случается с людишками, которые не могут купить себе одежды, больно



дорого, и согреться не могут, потому как керосина нет, или угля, или дров,
или бензина всякого, да и денег нету, ведь ежели в карманах у тебя
позвякивает, ты можешь войти в любой подвальчик и попросить себе грапы, а
она ой как согревает, только нельзя Зло-употреблять, потому как
Зло-употребишь -- и сразу во Зло и в порок войдешь, а уж от порока до
падения телесного и морального один шаг, и коли покатился по роковой
наклонной плоскости к дурному поведению во всех смыслах, так уж никто на
белом свете не спасет тебя от помойки людской и никто тебе руки не протянет,
чтобы вытащить из вонючего болота, в котором барахтаешься, это почитай как с
кондором: пока молод, парит-летает по горным вершинам, а как состарится,
падает камнем вниз, чисто бомбардировщик пикирующий, у которого моральный
мотор отказал. Хорошо бы то, что пишу, сослужило кому службу, чтоб посмотрел
он на свое поведение, а не каялся бы, когда поздно уже и все к чертовой
бабушке покатилось по его же собственной вине!
Сесар Бруто.
Кем бы мне хотелось быть,
если бы я не был тем, кто я есть
(глава "Пес Святого Бернардо")

ПО ТУ СТОРОНУ


Rien ne vous tue un homme que?
d'etre oblige de representer un pays 1.
Жак Ваше,
письмо к Андре Бретону

1
Встречу ли я Магу? Сколько раз, стоило выйти из дому и по улице Сен
добраться до арки, выходящей на набережную Конт, как в плывущем над рекою
пепельно-оливковом воздухе становились различимы контуры, и ее тоненькая
фигурка обрисовывалась на мосту Дез-ар; случалось, она ходила из конца в
конец, а то застывала у железных перил, глядя на воду. И так естественно
было выйти на улицу, подняться по ступеням моста, войти в его узкий выгнутый
над водою пролет и подойти к Маге, а она улыбнется, ничуть не удивясь,
потому что, как и я, убеждена, что нечаянная встреча -- самое чаянное в
жизни и что заранее договариваются о встречах лишь те, кто может писать друг
другу письма только на линованной бумаге, а зубную пасту из тюбика выжимает
аккуратно, с самого дна.
Но теперь ее на мосту наверняка нет. Ее тонкое лицо с прозрачной кожей,
наверное, мелькает теперь в старых подъездах квартала Марэ, а может, она
разговаривает с торговкой жареным картофелем или ест сосиски на
Севастопольском бульваре. И все-таки я поднялся на мост, и Маги там не было.
Теперь Мага не попадалась мне на пути, и, хотя мы знали, кто из нас где
живет, и знали каждый закоулок в наших типичных парижских псевдостуденческих
комнатушках, знали все до одной почтовые открытки, эти оконца в мир Брака,
Гирландайо, Макса Эрнста, пришпиленные на аляповатых карнизах или крикливых
обоях, тем не менее мы не пошли бы друг к другу домой. Мы предпочли
встречаться на мосту, на террасе кафе или в каком-нибудь облюбованном
кошками дворике Латинского квартала. Мы бродили по улицам и не искали друг
друга, твердо зная: мы бродим, чтобы встретиться. О Мага, в каждой женщине,
похожей на тебя, копится, точно оглушительная тишина, острое стеклянное
молчание, которое в конце концов печально рушится, как захлопнутый мокрый
зонтик. Как зонтик, Мага, наверное, ты помнишь тот старый зонтик, который мы
принесли в жертву оврагу в парке Монсури промозглым мартовским вечером. Мы
зашвырнули его; ты нашла этот зонтик на площади Согласия, он уже был порван,
но ты им пользовалась вовсю, особенно продираясь сквозь толпу в метро или
автобусе, всегда неловкая, рассеянная, занятая мыслями о пестром костюмчике
или причудливых узорах, которые начертили две мухи на потолке, а в тот вечер
вдруг хлынул ливень, едва мы вошли в парк, и ты уже собиралась гордо
раскрыть свой зонтик, как вдруг в руках у тебя разразилась катастрофа, и нам
на головы обрушились холодные молнии, черные тучи, рваные лоскутья и
сверкающие, вылетевшие из гнезд спицы; мы смеялись как сумасшедшие под
проливным дождем, а потом решили, что зонтик, найденный на площади, должен
умереть достойным образом в парке и не может быть неблагородно выброшен на
помойку или попросту за ограду; и тогда я сложил его, насколько это было
возможно, мы поднялись на самое высокое место в парке, туда, где перекинут
мост над железной дорогой, и с высоты я что было сил швырнул зонт на дно
заросшего мокрой травой оврага, под твой, Мага, крик, напомнивший мне
проклятия валькирии. Он пошел на дно оврага, словно корабль, над которым
сомкнулись зеленые воды, зеленые бурные воды, a la mer qui est plus
felonesse en ete qu'en hiver1, коварные волны, Мага, -- мы еще долго



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116
РЕКЛАМА
Шилова Юлия - Приглашение в рабство, или Требуются девушки для работы в Японии
Шилова Юлия
Приглашение в рабство, или Требуются девушки для работы в Японии


Василенко Иван - Весна
Василенко Иван
Весна


Конюшевский Владислав - По эту сторону фронта
Конюшевский Владислав
По эту сторону фронта


Ильин Андрей - Слово дворянина
Ильин Андрей
Слово дворянина


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.