Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Любовница на двоих (85)
  2. Колдун из клана Смерти (18)
  3. Заклятие предков (17)
  4. Свирепый черт Лялечка (16)
  5. Пелагия и красный петух (том 2) (14)
  6. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (14)
  7. Аквариум (14)
  8. Признания авантюриста Феликса Круля (13)
  9. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (12)
  10. Поводыри на распутье (11)
  11. Гнев дракона (10)
  12. Чудовище без красавицы (10)
  13. Бубен верхнего мира (8)
  14. О бедном Кощее замолвите слово (8)
  15. Покер с акулой (8)
  16. Гиперион (7)
  17. Брудершафт с Терминатором (6)
  18. Вещий Олег (6)
  19. Роксолана (5)
  20. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (5)
  21. Его сиятельство Каспар Фрай (5)
  22. Путь Кейна. Одержимость (5)
  23. Яфет (4)
  24. По тонкому льду (4)
  25. Ричард Длинные Руки - 1 (4)
  26. К "последнему" морю (4)
  27. Шпион, или повесть о нейтральной территории (4)
  28. Жаба с кошельком (3)
  29. Кредо (3)
  30. Журналист для Брежнева (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Русская фантастика — > Филенко Евгений — > читать бесплатно "Шествие динозавров"


Евгений ФИЛЕНКО


ШЕСТВИЕ ДИНОЗАВРОВ




Восхоте Адам быти богом, и не бысть.
Аноним. XVII век.


КНИГА ПЕРВАЯ

1
Этот архив подлежал уничтожению в ближайшие сорок восемь часов. Войдя
в него, я испытал жгучее желание уничтожить тех, кто отдал такой приказ.
Причем не в сорок восемь часов, а немедленно. Из огнемета или при
посредстве газовой камеры. Человек я мирный и незлобивый, нужны
радикальные методы, чтобы вывести меня из равновесия, но когда речь
заходит об архивах, я становлюсь зверем. В такие минуты мне хочется выть,
рычать и кусаться от осознания собственного бессилия. Я заложил бы душу
дьяволу за возможность отменить этот сволочной приказ, вывезти отсюда к
себе домой, любым иным мыслимым м немыслимым способом уберечь эти
сокровища. Но дьявол, равно как и Бог, оставались не более как
нравственными категориями, апеллировать к которым можно было сколько
заблагорассудится и без особенного результата. Мне стоило невероятных
усилий вообще проникнуть сюда до того, как приговор будет приведен в
исполнение и все эти тонны пожелтевшей, отрухлявевшей, ломкой бумаги
сгорят в мусорном баке на заднем дворе. Мне стоило это еще и мзды в три
червонца вахтеру, а подобная сумма по нашим самым гуманным в мире законам
толковалась как взятка и грозила обернуться несколькими годами труда во
исправление. Правда, информацию о злодеянии я извлек, как это водится,
случайно, и хотя бы это ничего мне не стоило. Так или иначе, мне отпущено
было два часа на разграбление и вынос такого количества бумаги, какое
могло бы уместиться в две немецких болоньевых сумки. Я стоял на пороге
пыльного полуподвала, сильно напоминавшего морг, перед уходящими в темноту
грубо сколоченными стеллажами, истекал ненавистью и не знал, с чего
начать. Разумнее всего было бы зажмуриться и _х_а_п_а_т_ь_ все, что
подвернется, до полной загрузки... Говорят, в Ленинграде есть камера, куда
в первые часы славной нашей революции победивший пролетариат по указанию
Луначарского сволок награбленные из самых богатых частных собраний книги и
документы, а потом закачал ядовитый газ. С тех пор примерно раз в год туда
входит человек в противогазе и хватает первое попавшееся. И это "первое
попавшееся" обычно оказывается открытием. Может, легенда. Но уж очень
похоже на правду. Если даже в полуподвале паршивой, никому не нужной
конторы, каких тыщи в нашем городишке, можно найти _т_а_к_о_й_ архив. И
если принять во внимание, что означенная контора - так и хочется сказать
"контра"! - решила спалить его, дабы расчистить место для своих паршивых,
никому не нужных документов.
Я сделал осторожный шаг вперед и увидел крысу. Тварь сидела на
пыльной стопке журналов и глядела на меня как хозяйка на незваного гостя.
Который хуже татарина. "С-сука", - сказал я. Крыса нехотя оставила свой
пост - бумаги посыпались с оглушительным шорохом - и почему-то задом
упятилась за стеллажи. Хлопья взбаламученной пыли плясали в столбе желтого
прыгающего света от моего нагрудного фонаря. Я невольно подумал, что,
может быть, она решила подкрасться сзади и вспрыгнуть мне на загривок. Или
просто ушла за подмогой. Было бы неприятно, если бы таковая подмога здесь
нашлась. И было бы странно, если бы подмоги не сыскалось. Я протянул руку
и _х_а_п_н_у_л_ верхний журнал из стопки. Это был "Губернский вестник" за
1881 год. Год, когда народовольцы с восьмой примерно попытки достали-таки
императора Александра Николаевича. Не все же американцам стрелять своих
президентов... Я не удержался и _х_а_п_н_у_л_ еще. Полная безнадега. Я мог
бы унести эту подшивку. Я мог бы унести и прошитые тесьмой протоколы с
державным гербом, что валялись рядом, сброшенные крысой при отступлении.
Но всего мне не унести. Обнаружился бы факт хищения, и вахтер под угрозой
пытки, сиречь увольнения от синекуры, мог свободно сдать меня милиции. А
его тоже следовало понять: вахтерил вынужденно, во имя личной свободы,
нужно было ему развязать себе руки от нашей всеобщей трудовой повинности,
иметь из каждых трех дней два свободных, он эти два дня книгу писал, не то
роман, не то монографию. В общем, как и я, всеми доступными средствами
стремился усидеть между двумя стульями и совместить общественный долг с
нравственным императивом, полезное с приятным. И потом, слабых моих сил
явно недоставало. "Гады", - сказал я. Это адресовалось в равной мере
крысам и хозяевам полуподвала. Занимаясь разорением архивов, я обычно



молчал. Либо сквернословил.
Я раздернул "молнии" на сумках и двинулся в глубь архива. Загружаясь,
я еще как-то пытался отбирать то, что казалось особенно интересным. Если
такое вообще возможно. В архивах интересно все. То, что я оставлял на
месте, спустя сутки виделось мне просто бесценным. Тогда я испытывал муки
раскаяния, что _с_х_а_п_а_л_ не то. Как синдром похмелья у пьяницы. И
подолгу не мог свыкнуться с необратимостью потери.
Что-то подвернулось мне под кроссовку, я потерял равновесие и начал
падать, бестолково размахивая руками в поисках опоры. Каким-то чудом мне
это удалось, и я утвердился на ногах - даже без излишнего шума. Странное
ощущение: сердце работало ровно, дыхание не сбилось. Как будто и не падал.
Только застряла в голове невесть откуда всплывшая мысль: "ЧЕЛОВЕКОМ БЫТЬ
ТРУДНО..." Что бы это значило? Где я мог на нее набрести, из какого
манускрипта _х_а_п_н_у_т_ь? Впрочем, не Бог весть что за мудрость, трюизм.
И какое отношение она имела к моим странствиям в этом склепе с массовым
захоронением документов?
Крыса сидела в вентиляционной дыре, свесив оттуда голый лоснящийся
хвост, и следила за мной. Равнодушно и сыто. Еще бы, нажрала себе брюхо
дармовой выдержанной клетчаткой. Говорят, организм крысы усваивает все,
что способны сгрызть ее зубы. Даже дерево, даже металл. Бумага для нее -
все равно что пирожное.


2
- ...а теперь, Вячеслав Иванович, с вами все в порядке?
Я размыкаю слипшиеся, набрякшие веки. И тут же в панике жмурюсь.
Нестерпимое свечение тараном бьет в мозг.
- Да, вполне... - бормочу потерянно. - Где я? Это что - больница?!
- Занятно, у всех без исключения первое впечатление об этих
апартаментах совпадает. С точностью до интонации. Не беспокойтесь,
телесное здоровье у вас приличное. Единственный серьезный изъян - зубы.
Врача давненько не посещали?
- Лет этак... сейчас вспомню... зачем вам?
- В семьдесят пятом, Вячеслав Иваныч. То бишь без малого двадцать
годиков тому назад. По вашему личному времени, разумеется. Вы только что
спихнули очередной зачет и по обыкновению своему отметили это событие
выходом на пляж. В одиночестве - девочки вас в ту пору практически не
занимали. Затянувшийся инфантилизм личности ввиду искаженной сексуальной
ориентации... К вам присоединился знакомый, тоже студент, но курсом
младше, которого вы не сильно привечали, но уже тогда вы были человек
предельно тактичный и сдержанный. Говорить было особенно не о чем. И вот
он для поддержания беседы похвастался, что-де на днях посетил стоматолога
и теперь у него по крайней мере с зубами полный ажур. Сказанное осело в
вашем мозгу, и вы, скорее чтобы испытать себя, нежели по суровой
необходимости, на долгих четыре дня отдались в лапы здравоохранения...
Должен признать, что в ваше время это было актом немалого мужества. Могу
только аплодировать вашему поступку.
- Елки зеленые, откуда вы это знаете? - С трудом нахожу силы вновь
приоткрыть глаза. Адское сияние. В ореоле бьющих наотмашь, физически
ощутимых лучей темнеет размытая фигура. Это и есть мой собеседник. - Я и
то почти забыл... Ага, понятно. Вы меня застукали в архиве. Этот подонок
меня таки продал, вы подкараулили, отключили и "с размаху кинули в черный
воронок". Заранее все признаю, виновен. Посягнул на монопольную
общегосударственную собственность. Судите меня, люди. Только пусть стукач
ваш тридцатку мне вернет. Или она причитается ему как гонорар? Учтите: он
сдал меня вам, а я сдам его общественности на суде. Сексоты нынче особенно
не в почете...
- И снова не угадали. То есть, разумеется, используя терминологию
вашей эпохи, орган мы вполне компетентный. Но не более всякого иного
собрания специалистов и единомышленников.
- Так. Вот теперь мне ясно все.
Лицо незнакомца расплывается в улыбке облегчения, которая тут же
сменяется озадаченным выражением.
- Вы случайно посадили свою летающую супницу на крышу конторы, -
продолжаю я. - Естественно, провалились до самого подвала. А там я. И
взяли меня в виде трофея. Продешевили только. Во-первых, кроме меня там
были еще крысы, а за ними с их приспособляемостью будущее. Во-вторых же,
документы там интереснее и меня и всех крыс вместе взятых.
- Уже теплее, - мурлычет он. - Но крысы для нас большого интереса не
представляют. Вы, конечно, можете не верить, но мы от них избавились. Не
сами, правда. Вирус один помог. Ваши СПИД и ЭБОЛА против него все равно
что самокат против танка. Хорошо, что мы заранее подготовились и не дали
ему пересечь межвидовой барьер. Иначе сейчас вы беседовали бы не со мной и



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
РЕКЛАМА
Злотников Роман - Бешеный медведь
Злотников Роман
Бешеный медведь


Белов Вольф - Император полночного берега
Белов Вольф
Император полночного берега


Свержин Владимир - Когда наступит вчера
Свержин Владимир
Когда наступит вчера


Свержин Владимир - Время наступает
Свержин Владимир
Время наступает


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.