Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (25)
  2. Начало всех начал (17)
  3. Аллан Кватермэн (17)
  4. Гнев дракона (17)
  5. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (11)
  6. Путь Кейна. Одержимость (9)
  7. Яфет (9)
  8. Второй уровень. Весы судьбы (8)
  9. Память льда (8)
  10. Летучий Голландец (8)
  11. Странствующий теллуриец (7)
  12. Киммерийское лето (7)
  13. Роксолана (7)
  14. Пелагия и красный петух (том 2) (6)
  15. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (6)
  16. Ричард Длинные Руки - 1 (5)
  17. Требуется чудо (5)
  18. Пирамида (5)
  19. Армагеддон (5)
  20. К "последнему" морю (5)
  21. Круг любителей покушать (5)
  22. Тимур и его команда (4)
  23. Любовница на двоих (4)
  24. Париж на три часа (4)
  25. Кредо (4)
  26. Аквариум (4)
  27. Дикарка (4)
  28. Демон и Бродяга (4)
  29. Полковнику никто не пишет (4)
  30. Свет вечный (4)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Детектив — > Конан-Дойль Артур — > читать бесплатно "Пляшущие человечки"


Артур Конан-Дойль


Пляшущие человечки



В течение многих часов Шерлок Холме сидел согнувшись над
стеклянной пробиркой, в которой варилось что-то на редкость
вонючее. Голова его была опущена на грудь, и он казался мне
похожим на странную товцую птицу с тусклыми серыми перьями и
черным хохолком.
-- Итак, Уотсон, -- сказал он внезапно, -- вы не
собираетесь вкладывать свои сбережения в южноафриканские ценные
бумаги?
Я вздрогнул от удивления. Как ни привык я к необычайным
способностям Холмса, это внезапное вторжение в самые тайные мои
мысли было совершенно необъяснимым. -- Как. черт возьми, вы об
этом узнали? -- спросил я.
Он повернулся на стуле, держа в руке дымящуюся пробирку, и
его глубоко сидящие глаза радостно заблистали.
-- Признайтесь, Уотсон, что вы совершенно сбиты с толку,
-- сказал он.
-- Признаюсь.
-- Мне следовало бы заставить вас написать об этом на
листочке бумаги и подписаться. -- Почему?
-- Потому что через пять минут вы скажете, что все это
необычайно просто.
-- - Уверен, что этого я никогда не скажу. -- Видите ли,
дорогой мой Уотсон... -- Он укрепил пробирку на штативе и
принялся читать мне лекцию с видом профессора, обращающегося к
аудитории. -- Не так уж трудно построить серию выводов, в
которой каждый последующий простейшим образом вытекает из
предыдущего. Если после этого удалить все средние звенья и
сообщить слушателю только первое звено и последнее, они
произведут ошеломляющее, хотя и ложное впечатление. После того
как я заметил впадинку между большим и указательным пальцами
вашей левой руки, мне было вовсе нетрудно заключить, что вы не
собираетесь вкладывать свой небольшой капитал в золотые
россыпи.
-- Но я не вижу никакой связи между этими двумя
обстоятельствами!
-- Охотно верю. Однако я вам в несколько минут докажу, что
такая связь существует. Вот опущенные звенья этой простейшей
цепи: во-первых, когда вчера вечером мы вернулись из клуба,
впадинка между указательным и большим пальцами на вашей левой
руке была выпачкана мелом; во-вторых, всякий раз, когда вы
играете на бильярде, вы натираете эту впадинку мелом, чтобы кий
не скользил у вас в руке; в-третьих, вы играете на бильярде
только с Сэрстоном; в-четвертых, месяц назад вы мне сказали,
что Сэрстон предложил вам приобрести совместно с ним
южноафриканские ценные бумаги, которые поступят в продажу через
месяц; в-пятых, ваша чековая книжка заперта в ящике моего
письменного стола, и вы не попросили у меня ключа;
в-шестых, вы не собираетесь вкладывать свои деньги в
южноафриканские бумаги. -- До чего просто! -- воскликнул я. --
Конечно, -- сказал он, слегка уязвленный, -- всякая задача
оказывается очень простой после того, как вам ее растолкуют. А
вот вам задача, еще не решенная. Посмотрим, друг Уотсон, как
вам удастся с ней справиться.
Он взял со стола листок бумаги, подал его мне и вернулся к
своему химическому анализу.
Я с изумлением увидел, что на листке начерчены какие-то
бессмысленные иероглифы.
-- Позвольте, Холме, да ведь это рисовал ребенок! --
воскликнул я. -- Вот каково ваше мнение! -- Что же это, в таком
случае?
-- Мистер Хилтон Кьюбитт из Ридлинг-Торп-Мэнора в Норфолке
как раз и хотел бы знать, что это такое. Этот маленький ребус
он послал нам с первой почтой, а сам выехал сюда ближайшим
поездом. Слышите звонок, Уотсон? Это, вероятно, он.
На лестнице раздались тяжелые шаги, и через минуту к нам
вошел высокий румяный, чисто выбритый джентльмен. По его ясным
глазам и цветущим щекам сразу было видно, что жизнь его
протекала вдали от туманов Бейкер-стрит. Казалось, он принес с
собой дуновение крепкого, свежего ветра с восточного берега.
Пожав нам руки, он уже собирался усесться, как вдруг взор его
упал на листок с забавными значками, который я только что



рассматривал и оставил на столе.
-- Что вы об этом думаете, мистер Холме? -- воскликнул он.
-- Мне рассказывали, что вы большой любитель всяких
таинственных случаев, и я решил, что уж страннее этого вам
ничего не найти. Я вам заранее выслал эту бумажку, чтобы у вас
было время изучить ее до моего приезда.
-- Это действительно в высшей степени любопытный рисунок,
-- сказал Холме. -- С первого взгляда его можно принять за
детскую шалость. Кто, казалось бы, кроме детей, мог нарисовать
этих крошечных танцующих человечков? Почему вы придали столь
важное значение такому причудливому пустяку?
-- Да я не придал бы ему никакого значения, если бы не
жена. Она смертельно перепугалась. Она ничего не говорит мне,
но я вижу в глазах у нее ужас. Вот почему я принял это так
близко к сердцу.
Холме приподнял бумажку, и лучи солнца озарили ее. Это был
листок, вырванный из записной книжки. На нем были начерчены
карандашом вот такие фигурки:
^УА^^Х^^^А^^
Внимательно рассмотрев листок. Холме бережно сложил его и
спрятал в бумажник.
-- Это дело обещает много любопытного и необычайного, --
сказал он. -- Вы уже кое-что рассказали мне в своем письме,
мистер Хилтон Кьюбитт, но я был бы очень вам признателен, если
бы вы любезно согласились повторить свой рассказ, чтобы дать
возможность послушать его моему другу, доктору Уотсону.
-- Я плохой рассказчик, -- сказал наш гость, нервно сжимая
и разжимая свои большие сильные руки. -- Если в моем рассказе
вам что-нибудь покажется неясным, задавайте мне, пожалуйста,
вопросы. Начну с того, что в прошлом году я женился... Но
предварительно я должен сказать, что хотя я человек небогатый,
наш род живет в Ридлинг-Торпе уже в течение пяти столетий и
считается самым знатным родом во всем Норфолкском графстве. В
прошлом году я приехал в Лондон на праздники и остановился в
меблированных комнатах на Рэссел-сквере, потому что там
остановился Паркер, священник нашего прихода. В этих
меблированных комнатах жила молодая американская леди, по
фамилии Патрик, Илей Патрик. Мы с ней скоро подружились. Не
прошло и месяца, как я полюбил ее самой пылкой любовью. Мы
тихонько повенчались и уехали ко мне в Норфолк.
Вам, вероятно, кажется странным, мистер Холме, что человек
хорошего старинного рода вступает в брак с женщиной, ничего не
зная о ее прошлом и о ее семье.
Но если бы вы увидели ее и узнали, вам нетрудно было бы
меня понять. Она была очень прямодушна со мной, моя Илей, она
предоставляла мне полную возможность отказаться от свадьбы,
если я захочу. "У меня в моей прежней жизни были очень
неприятные знакомства, -- говорила она, -- я хочу позабыть о
них. Я не желаю возвращаться к своему прошлому, потому что
всякое воспоминание причиняет мне боль. Если ты на мне
женишься, Хилтон, ты женишься на женщине, которая сама ничего
постыдного не совершила, но ты должен поверить мне на слово и
позволить умолчать обо всем, что было со мною до того, как я
стала твоей. Если это условие кажется тебе слишком тяжелым,
возвращайся в Норфолк и предоставь мне продолжать ту одинокую
жизнь, которую я вела до встречи с тобой".
Она сказала мне это за день до свадьбы. Я ответил ей, что
готов подчиниться ее желанию, и сдержал свое слово. Теперь мы
женаты уже год и прожили этот год очень счастливо. Но месяц
назад, в конце июня, я заметил первые признаки надвигающейся
беды. Моя жена получила письмо из Америки -- на конверте была
американская марка. Жена смертельно побледнела, прочла письмо и
швырнула в огонь. Она ни разу о нем не упомянула, и я ничего не
спросил, ибо обещание есть обещание. Но с этого часа она ни
одного мгновения не была спокойна. У нее теперь всегда
испуганное лицо, и по всему видно, что она ожидает чего-то.
Теперь перейду к самой странной части моей истории. Около
недели назад, кажется, во вторник, я увидел на одном из
подоконников пляшущих человечков, таких же самых, как на этой
бумажке. Они были нацарапаны мелом. Я думал, что их нарисовал
мальчишка, работавший в конюшне, но он поклялся, что ничего о
них не знает. Появились они ночью. Я смыл их и случайно
упомянул о них в разговоре с Илей. К моему удивлению, она
приняла мои слова близко к сердцу и попросила меня, если я
опять замечу таких человечков, дать ей взглянуть на них. В



Страницы: [1] 2 3 4 5 6
РЕКЛАМА
Прозоров Александр - Прыжок льва
Прозоров Александр
Прыжок льва


Орлов Алекс - Золотой пленник
Орлов Алекс
Золотой пленник


Посняков Андрей - Ладожский ярл
Посняков Андрей
Ладожский ярл


Верещагин Олег - Воля павших
Верещагин Олег
Воля павших


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.