Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. К "последнему" морю (116)
  2. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (86)
  3. Париж на три часа (55)
  4. Начало всех начал (51)
  5. Гнев дракона (47)
  6. Шпион, или повесть о нейтральной территории (40)
  7. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (35)
  8. Омон Ра (34)
  9. Тимур и его команда (34)
  10. Покер с акулой (30)
  11. Свирепый черт Лялечка (29)
  12. Любовница на двоих (27)
  13. Пелагия и красный петух (том 2) (26)
  14. Цифровая крепость (24)
  15. Непредвиденные встречи (22)
  16. Чародей звездолета "Агуди" (22)
  17. Имя потерпевшего - никто (19)
  18. Ричард Длинные Руки - 1 (18)
  19. Киммерийское лето (18)
  20. Ледокол (17)
  21. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (14)
  22. Аквариум (13)
  23. Колдун из клана Смерти (12)
  24. Брудершафт с Терминатором (12)
  25. По тонкому льду (11)
  26. Ричард Длинные Руки - воин Господа (11)
  27. Умножающий печаль (9)
  28. Битва за Царьград (9)
  29. Путь Кейна. Одержимость (9)
  30. Вставай, Россия! Десант из будущего (8)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Детектив — > Лаврова Ольга — > читать бесплатно "Естественная убыль"


Ольга Лаврова, Александр Лавров.


Естественная убыль



Подготовка текстов: 2001 Электронная библиотека Алексея Снежинского


Ревизоры притащили кипы меню и регистрацию выдачи блюд.
-- Зашились, Пал Палыч. Надо упростить проверку.
Плюхнулись на диван, Знаменс­кий не успел предупредить о пружи­не, и
средний, ойкнув, подскочил.
-- Не потянем мы обратный об­счет! -- он раздраженно ощупал себя сзади.
-- Не потянем, как хотите!
-- Брюки не рвет, -- успокоил Знаменский. Он давно бросил по­пытки
обуздать пружину домашни­ми средствами.
Обратный обсчет был назначен по делу о ресторане "Ангара". БХСС
заинтересовался бытом не­скольких столичных ресторанов, естественно,
потребовалось начи­нать следствие, и Знаменскому до­сталось это помпезное
заведение: серия залов с лепниной и гроздья­ми хрустальных люстр, полторы
тысячи квадратных метров дворцо­вого паркета, меню в тисненных золотом
корочках.
Упростить проверку -- это значило выяснить, сданы ли все деньги за
съеденные блюда. Супов таких-то за такой-то день столько-то. Коньяков.
Салатов. Котлет киев­ских. Мороженых. Кофе. Умножай стоимость на
количе­ство, складывай и выводи результат. И заранее можно сказать, что
концы сойдутся.
Обратный обсчет надежней, да хлопот с ним не обе­решься. К примеру,
завезли в ресторан полтонны теляти­ны, в меню три дня фигурировали телячьи
котлеты с грибами. Жареная котлета имеет свой законный вес. Что­бы получить
его, сырого мяса надо взять больше.
Как только начнешь проверять, а сходится ли заве­зенная телятина с
числом изготовленных из нее котлет, обнаруживается, что на крахмальные
скатерти котлеток подано куда больше нормы.
Второй этап -- определить: недовложение или пере­сортица? То есть клали
телятины на тарелку поменьше, или часть посетителей (кто обильнее заказывал
спирт­ное) кушала вместо нее говядину. А для этого нужен еще обратный обсчет
всех мясных блюд за то же время. И если б только мясо. Ведь и грибы считай,
и яйца, и жиры... Не удивительно, что ревизоры взмолились.
Правда, еще недавно при всех ревизиях полагался обратный обсчет, но
Министерство торговли его отмени­ло, допуская лишь на случай возбуждения
уголовных дел и по специальному постановлению следователя.
Прения в кабинете Знаменского затянулись и ни к чему не привели. В пылу
споров он почувствовал, как засосало в желудке -- допекли-таки меню в
золотых ко­рочках. Мать уехала на медицинский семинар, Колька обретался в
пионерлагере, дома в холодильнике юти­лись две помидорины и пачка масла.
Знаменский напи­сал "харчи" и нацепил на шип эуфорбии -- несусветно колючего
растения, которое держал на окне. Но ревизо­ров он отпустил уже после
закрытия магазинов. Деваться некуда -- потопал в единственный буфет,
работавший на Петровке допоздна и размещавшийся в корпусе БХСС.
Кормили тут на редкость отвратительно, буфетчик, наглый малый,
заворовался без стыда. А кто мог его тронуть? Вскрыть такое ЧП -- да вы
смеетесь! Чтобы безобразный факт гулял из доклада в доклад года два? И
покорно стояли в очереди сотрудники отдела, который занимался борьбой с
хищениями, чертыхаясь, хлебали разбавленную сметану, жевали яичницу неведомо
на ка­ком масле. Если что перепадало вкусное и свежее, пони­мали -- где-то
малый схватил "левак".
Доложить комиссару, возглавлявшему БХСС города, не решались. (У тех,
кто дослужился до генералов, был для еды свой кабинетик, там все обстояло
прилично). В конце концов не выдержал простой постовой у выездных ворот. Уж
слишком загруженную машину увозил буфет­чик регулярно после работы.
-- Ты бы совесть поимел! -- сказал он буфетчику.
Тот его обложил, постовой разгорячился и отрапор­товал комиссару. На
другой день у буфетчика при входе отобрали пропуск:
-- Вы уволены.
Кстати, точно тем же способом Петровка была од­нажды избавлена от
своего очередного начальника. Уп­равлять московской милицией его назначили с
должнос­ти председателя райисполкома. А раньше подвизался он в руководителях
райжилотдела и получал за некоторые квартиры наличными. Едва новый шеф УВД
расположил­ся в апартаментах, недели три всего погрел шефское кресло, бегом
прибежали давние друзья:
-- Выручай такого-то, наш человек!
-- Ребята, не могу, я же только приступил.
-- А у нас на тебя сохранилась компра, записочки есть очень хорошие!
На, почитай копии... Видишь, тебе либо стреляться, либо выручать!


Загоревал свежеиспеченный полицмейстер и отпра­вился на Кузнецкий мост
в прокуратуру республики про­сить, чтоб ему из неких высших соображений
передали дело "нашего человека". На Кузнецком обещали поду­мать.
Утром постовой предложил ему предъявить удостове­рение, сунул его за
пазуху и разъяснил:
-- Вам велели сказать, что вы у нас не работаете.
По слухам, обоих -- ни полицмейстера, ни буфетчи­ка -- никуда не
тягали, дабы не мести сор из избы. В буфете угнездилась костлявая дама,
которая месяца четы­ре вела себя сдержанно. А в начальнический кабинет
пришел суровый армейский товарищ, до того командо­вавший дивизией.
Но это случилось позже. А пока царствовал хамоватый буфетчик. Взял
Знаменский бутерброды и два стакана с жидкостью, отдаленно напоминавшей
кофе. Почти без надежды спросил чего-нибудь домой. Буфетчик посопел-посопел,
пошарил в подсобке и вынес сверток, потянув­ший на весах триста граммов.
Бумаги на нем было навер­чено несколько слоев, не разобрать, что внутри, но
припахивало копченой рыбой, да и цена соответствовала. Повезло! Не иначе
потому малый расщедрился, что ви­дел Знаменского с Зиной, а ее удостаивал
своей монаршей милостью.
-- Можно к тебе? -- с таким же утлым кофейным ужином подсел Капустин;
приподнял бутерброд с залоснив­шимся от старости сыром. -- Пируем, брат. А
ты ресторан­ное дело ведешь, у меня первейшие торгаши на прицеле.
Капустин служил в подразделении, боровшемся про­тив злоупотреблений в
торговле.
-- Закатились бы сейчас в любую ресторацию, -- воз­мечтал он. -- С
черного хода. Расстелили бы нам скатерть-самобранку...
-- Еще бы низко кланялись, спасибо, что уважили, -- отозвался
Знаменский.
-- С собой посыльного нагрузили бы разной снедью неописуемой... А то
вон разжился каким-то кульком на завтрак и радуешься. Глупо живем.
-- Глупо, брат, глупо.
Отпили из стаканов. Хорошо, хоть брандахлыст горя­чий, есть чем
размочить неугрызный сыр.
-- Глупо, Паша!
То был пустой треп, теперь голос прозвучал серьез­но, с нажимом.
-- Это в каком смысле?
Капустин глаз не отвел, усмехнулся.
-- А ты в каком подумал?
Знаменский смолчал, но невольно зажевал поспеш­ней. Капустина он знал
по институту как однокурсника, и хотя близки они не были, но связывала их
известная солидарность.
-- Правильно подумал, -- через минуту продолжил Капустин. -- Ты, Паша,
учти, я в душе авантюрист. Если что -- можешь на меня рассчитывать.
Почти конкретное предложение. Недурно. Ревизоры только начали, а ко мне
уже ищут подходы! Авантюрист он, видите ли. И ведь ничем не рискует. Один на
один. Даже если б я, подобно Дашковскому, -- который чуть что -- включает в
кармане заграничный диктофон, -- если б и я записал застольный диалог,
Капустин отшутится: мол, как оперативник прощупал следователя на
устойчи­вость для профилактики.
Невыразимо поганый был осадок. Не думалось такого про Капустина.
Напрасно, отпирая квартиру, Знаменс­кий решал оставить все это за порогом.
Напрасно пытался заесть впечатление рыбой.
Ладно бы Капустин, хромые души везде встречаются, суть не в нем. Вся
система заболевала, то там то сям рвалась и искажалась самая ее ткань,
прорастая метаста­зами из преступной среды.
На свежую голову Знаменский поразмышлял над вык­ладками ревизоров,
посоветовался с оперативником Смолокуровым, приданным ему в помощь. Тот не
одну собаку съел на общепите и тоже любил обратный обсчет, одна­ко в данной
ситуации сомневался -- не зряшные ли будут усилия. Художества в "Ангаре",
конечно, замаскированы реализацией продуктов в фирменных "Кулинариях", где
деньги получают без касс.
Обратный обсчет даст эффект лишь по кондитерскому цеху. Безмерно
раздутый, он гонит свои изделия в несколько магазинов. И тут должны
оставаться следы в документации.
Начальником кондитерского цеха была некая Маслова. Первейший, видимо,
объект, на который надлежало нацелиться.
Так и получилось, что аресты в "Ангаре" начались с Масловой, а в
дальнейшем -- при ее содействии, потому что она стала рассказывать сразу,
взахлеб; накипело, накопилось, тронули -- и полилось через край. Об одном
молила: смягчить бы как-нибудь удар для мужа, в кото­ром не чаяла души.
Молодая женщина, хорошенькая, двое дочерей. В квартире во время обыска
Знаменского поразило обилие белья с необорванными еще ценниками и совсем
докона­ла коллекция детской обуви на все сезоны и всех разме­ров до тридцать
шестого включительно. Запасала мать впрок, боялась угодить за решетку.
Горькое занятие.
Вскоре взяли Кудряшова (завпроизводством) и про­чих соучастников;



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10
РЕКЛАМА
Громыко Ольга - Год крысы. Видунья
Громыко Ольга
Год крысы. Видунья


Сертаков Виталий - Кузнец из преисподней
Сертаков Виталий
Кузнец из преисподней


Корнев Павел - Немного огня
Корнев Павел
Немного огня


Шилова Юлия - Пощадить – погубить, или Игры мужскими судьбами
Шилова Юлия
Пощадить – погубить, или Игры мужскими судьбами


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.