Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. К "последнему" морю (103)
  2. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (78)
  3. Париж на три часа (55)
  4. Начало всех начал (46)
  5. Покер с акулой (39)
  6. Имя потерпевшего - никто (37)
  7. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (36)
  8. Шпион, или повесть о нейтральной территории (34)
  9. Омон Ра (34)
  10. Непредвиденные встречи (33)
  11. Гнев дракона (33)
  12. Тимур и его команда (29)
  13. Любовница на двоих (27)
  14. Свирепый черт Лялечка (24)
  15. Пелагия и красный петух (том 2) (22)
  16. Чародей звездолета "Агуди" (22)
  17. Цифровая крепость (19)
  18. Ричард Длинные Руки - 1 (19)
  19. Ледокол (18)
  20. Киммерийское лето (15)
  21. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (14)
  22. Аквариум (13)
  23. Брудершафт с Терминатором (12)
  24. Колдун из клана Смерти (12)
  25. Умножающий печаль (10)
  26. Битва за Царьград (9)
  27. Ричард Длинные Руки - воин Господа (9)
  28. Путь Кейна. Одержимость (9)
  29. По тонкому льду (9)
  30. Вставай, Россия! Десант из будущего (8)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Детектив — > Семенов Юлиан — > читать бесплатно "Ненаписанные романы"


Ю.Семенов


Ненаписанные романы


Новеллы (по изданию Ю.Семенов. Собрание сочинений. Т.8. М.: "ДЭМ".
1994. Опущены новеллы, вошедшие в цикл "37-56")

Вместо предисловия
Хочу предложить вниманию читателей короткие сюжеты из "Ненаписанных
романов", которые уже никогда не станут романами: не успею, увы.
В новеллах нет вымысла: они построены на встречах с живыми свидетелями
и участниками описываемых событий.
Литератор не прокурор. Он имеет право на свою версию истории, хотя
высшее право беспристрастного судьи присуще именно Истории. Стремление к
однозначным оценкам скрывает неуверенность в себе или страх перед мыслью.
Лишь те выводы, к которым человек приходит самостоятельно, единственно и
формируют его нравственную позицию.
Главное, что меня занимало, когда я работал над этой вещью, - это
проблема неограниченной власти в годы, именуемые сейчас периодом культа
личности.
Механика такого рода власти, ее непреклонная и неконтролируемая воля,
низводящая гражданина великой страны до уровня "винтика", - вот что
трагично и тревожно, вот что следует в первую очередь анализировать - без
гнева и пристрастия.
Понимание такого рода феномена должно помочь наработать в каждом из нас
гражданское противодействие даже легчайшим рецидивам возможности
возрождения чего-либо подобного в той или иной форме.

1

Сталин читал работы Сергея Булгакова еще до того, как тот был выслан в
Париж и стал протоиереем; строй Рассуждений философа казался ему
любопытным, в нем не было ничего от убеждающе-стремительной легкости
Бердяева, которая болезненно его раздражала, потому что в ней он
чувствовал нечто похожее на стиль Троцкого - такая же парадоксальность,
раскованность, блеск; естественно, это привлекает к нему широкого
читателя, жаль.
Булгаков был ближе к надежной теологической доказательности; очень
русский, оттого постоянно искал исток духовности и правды; именно у него
Сталин как-то прочитал длинную цитату из Библии без сноски на страницу;
это помогло ему на диспуте с лидером меньшевиков Ноем Жордания: когда
стало очевидно, что легендарный "Костров" берет над ним верх, Сталин
процитировал пассаж, абсолютно подтверждавший его правоту, сказав
слушателям, что он оперировал выдержкой из Маркса, - это и решило исход
дела; изумленный Авель Енукидзе спросил: "Из какой работы ты это взял,
Коба?" Сталин усмехнулся: "Пусть ищут! Откуда я знаю?
Главное сделано, люди пошли за нами".
Поэтому, узнав, что Политпросвет не разрешает МХАТу показ пьесы Михаила
Булгакова, - как говорят, родственника столь уважаемого им православного
философа, - Сталин попросил Мехлиса позвонить Луначарскому и предупредить
наркома, чтобы без его, Сталина, посещения театра окончательного решения
по пьесе не принимать: "Хочу посмотреть сам".
...Он тяжко страдал от того, что в свое время высказался против
привлечения Троцким военспецов в Красную Армию: "Опасно давать
командирские звания бывшим офицерам-золотопогонникам; сколько волка ни
корми - в лес смотрит!" Он полагал, что его поддержат Дзержинский, первый
красный главком Крыленко, Антонов-Овсеенко с Раскольниковым, Невским,
Дыбенко и Подвойским: не могут же первые народные комиссары Армии и Флота
так легко уступить свое место "команде" Троцкого, все же каждым движет не
только понятие чести, но и память, неужели так легко отдадут то, что по
праву принадлежит им?
Однако и Подвойский, и Крыленко с Раскольниковым, и Дыбенко с
Антоновым-Овсеенко согласились с доводами Троцкого; наверняка запомнили
его, Сталина, возражение, именно поэтому, вероятно, главком Вацетис и его
штаб так настороженно относились к нему во время сражения против Колчака.
...Время кидать камни и время собирать камни, воистину так. Сейчас,
когда Троцкий, Каменев и Зиновьев потеряли свои позиции в ЦК, именно он,
Сталин, должен приблизить к себе буржуазных спецов в сфере культуры;
Горький позволил себе стать эмигрантом; таким образом, его детище, ЦЕКУБУ
[Центральная комиссия улучшения быта ученых. - Здесь и далее прим. авт.],
вполне может послужить его, Сталина, целям: буржуазные деятели культуры -
при том, что маскируются, - таят в себе заряд русской государственной



идеи, а это надежный заслон против "мировой революции" Троцкого и иже с
ним; русский народ не сможет не оценить этого - в будущем, понятно;
торопиться негоже, выдержка и еще раз выдержка, только она являет собою
вернейшую константу окончательной победы... Он мучительно, до щемящей боли
в сердце, сознавал, что ему ничего не остается, кроме как ждать: он не
мог, не имел права выйти на общесоюзную трибуну до тех пор, пока рядом
Бухарин - с его эрудицией, раскрепощенностью, с блестящим русским языком;
пока приходится терпеть Луначарского, пока в народе свежа память о
зажигательных речах бывшего Предреввоенсовета Троцкого - никакого акцента,
фейерверк мыслей, какое-то странно-вольготное отношение к чувству
собственного достоинства на трибуне...
...И ведь снова он, именно он, Троцкий, - в пику мнению большинства ЦК
- выступил с эссе о "талантливом русском поэте Сергее Есенине"; снова
оказался впереди, хотя потерял и Армию, и Политбюро. Однако популярность -
с ним; ведь именно он заступился за русского поэта; ничего, когда
перестанем печатать Есенина, то и статью Троцкого забудут... Пусть
порезвится; сжать зубы и ждать, уж недолго осталось...
С его, Сталина, акцентом, с его директивностью стиля и чувством гордой
ответственности за каждое произнесенное слово (Мехлис - надежный редактор,
недаром его так не любят; ясное дело, зависть: не у них, а у него,
Сталина, такой помощник), сейчас надо готовить поле боя, но не выходить на
него, рано, народ не созрел еще, он должен устать от дискуссий и свободы,
он должен возжаждать единого вождя - кто знает русских, как не он, Сталин?!
Итак, Сталин приехал на закрытый спектакль во МХАТ; в ложе рядом с ним
сидели Станиславский, Немирович-Данченко, начальник ПУРККА Бубнов; наркома
Луначарского, Крупскую, Ульянову не пригласили, Мехлис вызвал
завагитпромом Стецкого, замзавотделом Кагановича и Николая Ежова.
Сталин оглядел зал: множество знакомых лиц; ясно, собрали аппарат.
После первого акта, когда медленно дали свет, зрители обернулись на
ложу, стараясь угадать реакцию Сталина; он, понимая, чего ждут все эти
люди, нахмурился, чтобы сдержать горделивую - до холодка в сердце -
улыбку; медленно поднялся, вышел в квартирку, оборудованную впритык к
правительственной ложе; заметив ищущий, несколько растерянный взгляд
Станиславского, устало присел к столу, попросил стакан чаю; на смешливый
вопрос Немировича-Данченко - "Ну как, товарищ Сталин? Нравится?" - и вовсе
не ответил, чуть пожав плечами.
И после второго акта он видел взгляды зала, обращенные к нему:
аплодировать или свистеть? Он так же молча поднялся и ушел, не позволив
никому понять себя, - много чести, учитесь выдержке. С острой неприязнью
мазанул быстрым взглядом лицо Сольца, члена ЦКК; ишь, "совесть партии"; а
как Старик склонен к политическим спектаклям?! Дело в том, что Мехлис
доложил ему: Сольц, ехавший в ЦК, как всегда, на трамвае, зачитался книгой
и не заметил свою остановку. Легко вскочив с места, бросился к выходу;
здоровенный верзила с мутным, похмельным взглядом закрывал проход.
- Товарищ, разрешите, пожалуйста, - обратился к нему Сольц.
Тот осклабился:
- Куда торопишься, юркий?! Больно шустрый!
Сольц не понял потаенный смысл сказанного, повторил просьбу. Верзила
зло осклабился:
- Подождешь, жиденыш!
Стоявший неподалеку милиционер усмехнулся:
- Да пусти ты старика пархатого.
- Как же вам не стыдно?! - тихо сказал Сольц, обернувшись к
милиционеру. - Что можно пьянице, то непозволительно вам, представителю
Советской власти.
Милиционер лениво посмотрел на пассажиров:
- Все слыхали, товарищи? Слыхали, как при вас оскорбили красного
милиционера?! - И, не дождавшись ответа, взял Сольца за руку и подтолкнул
его к выходу...
В отделении дежурный выслушал милиционера, потом обернулся к Сольцу и
попросил дать показания; Сольц рассказал все, как было. Дежурный пожал
плечами:
- Конечно, про жида нехорошо, но мы не позволим оскорблять красного
милиционера!
Сольц потребовал встречи с начальником отделения; тот слушать его не
стал, махнул рукой:
- Нечего оскорблять наших людей, они же вас и защищают, в камеру его!
- Я хочу позвонить Дзержинскому, - сказал Сольц, - немедленно!
Все трое рассмеялись:
- Только что и дел до вас Феликсу Эдмундовичу!
И только после этого Сольц достал трясущимися руками свое
удостоверение; имя этого политкаторжанина, героя революции, ленинца было
известно всем. Он позвонил Дзержинскому. Через двадцать минут Феликс
Эдмундович был на Солянке, в милиции; дверь и окна приказал заколотить
досками; через час в ОГПУ был отдан приказ, вычеркивавший это отделение из



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39
РЕКЛАМА
Афанасьев Роман - Там, где радуга встречается с землей
Афанасьев Роман
Там, где радуга встречается с землей


Злотников Роман - Империя наносит ответный удар
Злотников Роман
Империя наносит ответный удар


Афанасьев Роман - Охотники ночного города
Афанасьев Роман
Охотники ночного города


Прозоров Александр - Ристалище
Прозоров Александр
Ристалище


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.