Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (20)
  2. Аллан Кватермэн (17)
  3. Начало всех начал (17)
  4. Гнев дракона (15)
  5. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (11)
  6. Кредо (11)
  7. Путь Кейна. Одержимость (9)
  8. Тимур и его команда (8)
  9. Второй уровень. Весы судьбы (8)
  10. Память льда (8)
  11. Летучий Голландец (8)
  12. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (7)
  13. Странствующий теллуриец (7)
  14. Роксолана (7)
  15. Пелагия и красный петух (том 2) (6)
  16. Требуется чудо (6)
  17. Яфет (6)
  18. К "последнему" морю (5)
  19. Круг любителей покушать (5)
  20. Свет вечный (5)
  21. Ричард Длинные Руки - 1 (5)
  22. Киммерийское лето (5)
  23. Армагеддон (5)
  24. Пирамида (5)
  25. Демон и Бродяга (4)
  26. Любовница на двоих (4)
  27. Полковнику никто не пишет (4)
  28. Обратись к Бешенному (4)
  29. По тонкому льду (4)
  30. Париж на три часа (4)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Зарубежная фантастика — > Берроуз Эдгар — > читать бесплатно "Тарзан и сокровища Опара"


Эдгар Берроуз


Тарзан и сокровища Опара


Полный перевод с последнего английского издания Л. и Н. Чуковских, Ф.
Маркушевич.
OCR, Spellcheck: Максим Пономарев aka MacX

I
БЕЛЬГИЕЦ И АРАБ
Только доброе имя его предков, имя, которое он сам покрыл несмываемым
позором, спасло лейтенанта Альберта Верпера от разжалования. Кое-кому
удалось добиться для него назначения в один из отдаленных военных постов
Конго, и он, таким образом, был избавлен от тяжелой необходимости предстать
перед военным судом. Альберт Верпер знал, что военный суд наверное
приговорил бы его к расстрелу, и потому первое время по прибытии в Конго он
был искренне признателен тем, кто его сюда послал.
Но шесть месяцев постоянного одиночества, тягучего однообразия и
полнейшей оторванности от внешнего мира изменили его взгляд на вещи и
отношение к окружающим.
Он тосковал по веселой, шумной жизни Брюсселя, этой оживленнейшей из
столиц. Он никогда так не тосковал при воспоминании о совершенных им
преступлениях.
Целые дни проводил он в тяжелом раздумье, и сердце его томилось от
болезненной жалости к самому себе. В душе его зарождалась глухая ненависть к
людям, пославшим его сюда, к тем самым людям, которым он еще так недавно был
признателен за то, что они избавили его от унижения и позора.
Чувствуя свое бессилие по отношению к сославшим его властям, он
мало-помалу перенес всю накопившуюся в его душе злобу на представителя этих
властей в Конго -- своего непосредственного начальника.
Этот офицер был холодный, молчаливый человек. Он не пользовался особой
любовью своих подчиненных, но черные солдаты его маленького отряда боялись и
уважали его.
По вечерам Верпер и его начальник просиживали часами на веранде их
общей квартиры, молча выкуривая одну папиросу за другой. Ни тот, ни другой
не были склонны прервать молчание. И так как это тянулось в течение шести
месяцев, то Верпер успел уже к этому привыкнуть. Но по мере того как его
ненависть к капитану росла и превращалась в манию, он стал рассматривать
природную молчаливость своего начальника как личное оскорбление себе. Ему
казалось, что капитан презирает его за его прошлое, и мрачная злоба все
росла и развивалась в его душе, пока в один роковой вечер не довела до
убийства.
Они сидели по обыкновению на веранде и в молчании докуривали свои
папиросы.
Вдруг Верпер вскочил. Глаза его сузились и налились кровью, веки
дрожали, пальцы судорожно сжимали рукоять револьвера.
-- Вы опять оскорбляете меня! -- крикнул он, подбегая к капитану. --
Это в последний раз! Я благородный офицер и не позволю всякому подлецу
издеваться над собой!
Капитан с удивлением повернулся к нему. Ему уже раньше приходилось
видеть людей, одичавших в джунглях, обезумевших от одиночества, гнетущей
тоски и изнуряющей лихорадки. Он встал и протянул руку, чтобы положить ее на
плечо лейтенанта. Он хотел успокоить, образумить его. Но Верпер не понял его
движения: ему показалось, что капитан хочет его схватить; дуло его
револьвера было на уровне сердца капитана, и не успел тот сделать шаг
вперед, как Верпер нажал собачку.
Без крика, без стона упал человек на дощатый пол веранды...
Туман, заволакивавший сознание Верпера, внезапно рассеялся, и он увидел
себя и свой поступок в таком свете, в каком должны были его видеть судьи.
Возбужденные, взволнованные голоса донеслись до него из помещения солдат; в
темноте кто-то бежал к веранде.
Вот сейчас они схватят его, убьют, а если и не убьют, то свяжут и
отвезут вниз по Конго, где эта операция с неменьшим успехом будет
произведена над ним полномочным военно-полевым судом, с той только разницей,
что там она будет произведена со всей торжественностью, требуемой законом.
Верпер не хотел умирать. Никогда прежде не испытывал он такой жажды
жизни, как сейчас, когда он и в самом деле лишил себя права жить.
Люди приближались к нему. Что делать? Он оглянулся вокруг, словно искал
оправдания своему преступлению, но не нашел ничего, кроме трупа беспричинно
убитого им человека. В отчаянии он повернул в другую сторону и бросился
бежать от приближавшихся солдат. Он пробежал через двор, все еще сжимая в
руке револьвер. У ворот его задержал часовой. Верпер не остановился для
переговоров, он не попытался воспользоваться своим авторитетом как
начальника, он просто поднял револьвер и пристрелил ни в чем неповинного
чернокожего. Схватив винтовку и патронташ убитого, он распахнул ворота и



исчез во мраке джунглей.
Всю ночь Верпер бежал вперед, углубляясь все больше и больше в чащу
джунглей. Время от времени рычанье льва вблизи него заставляло его
остановиться, но в следующий момент он уже снова бежал вперед, все время
держа ружье наготове. Он гораздо больше опасался двуногих преследователей,
чем диких хищников.
Занялась заря, а Верпер все стремился вперед. Он не испытывал ни
голода, ни усталости, он думал только о том, чтобы уйти от покинутых им
людей, убежать от ужасов, ожидавших его в заключении. Он не смел
остановиться, чтобы перевести дух; он должен был укрыться от погони во что
бы то ни стало. Он не знал, как долго он бежал, да и не задумывался над
этим. Он все шел вперед, спотыкаясь и с трудом передвигая ноги, пока не
свалился, наконец, совершенно обессиленный. Голод и усталость так изнурили
его, что он лишился сознания.
В таком состоянии нашел его Ахмет-Зек.
Увидав заклятого врага -- европейца, спутники Ахмета схватились за
копья и хотели тут же на месте заколоть его, но Ахмет остановил их. Прежде
всего ему нужно было допросить бельгийца. Ясно, что следовало сначала
расспросить человека и уже потом убить его, но не сначала убить, а потом
расспрашивать.
Лейтенант Альберт Верпер был перенесен в палатку Ахмет-Зека, и здесь
несколько черных рабов занялись приведением его в чувство. Они по каплям
вливали ему в рот вино и жидкую пищу, и понемногу пленник стал приходить в
себя. Открыв глаза, он увидал фигуру араба у входа в палатку и незнакомые
черные лица вокруг себя. Араб обернулся и, встретив взгляд пленника, вошел в
палатку.
-- Я -- Ахмет-Зек, -- объявил он. -- Кто ты такой и что ты делал в моих
владениях? Где твои солдаты?
-- Ахмет-Зек!
Глаза Верпера широко раскрылись от удивления, а сердце сжалось от
неприятного чувства. Он был в руках самого отчаянного из разбойников,
известного своей ненавистью к европейцам, и в особенности к тем, которые
носили бельгийскую военную форму. В течение многих лет военные силы
бельгийского Конго безуспешно боролись с этим человеком и его приспешниками;
это была долгая, беспрерывная война, но она не привела ни к каким
результатам.
Теперь в самой ненависти этого человека к бельгийцам блеснул луч
надежды для Верпера. Он сам был таким же бесправным и отверженным, как и
этот разбойник. В этом отношении они были равны, и Верпер решил
воспользоваться этим.
-- Я слышал о тебе, -- отвечал он, -- и искал тебя. Мои отвернулись от
меня. Я ненавижу их. Бельгийские солдаты рыщут по моим следам, чтобы убить
меня. Я знаю, что ты защитишь меня от них, потому что ты тоже ненавидишь их.
В благодарность за это я готов поступить к тебе на службу. Я -- опытный
солдат, я умею драться, и твои враги -- мои враги.
Ахмет-Зек молча оглядывал европейца. Первой его мыслью было, что
неверный лжет. Но могло ведь случиться, что он говорил и правду, а в таком
случае его предложение достойно было серьезного внимания. Опытный боец
никогда не может быть лишним в рядах сражающихся, тем более, если он, как
этот европеец, обладает опытом и знанием военного дела.
Ахмет-Зек нахмурил брови, и сердце Верпера сжалось.
Но бельгиец не знал Ахмет-Зека, который способен был нахмуриться там,
где другой бы улыбнулся, и улыбнуться там, где содрогнулся бы другой.
-- Ну что ж! -- проговорил Ахмет-Зек. -- Если даже ты и солгал, убить я
тебя всегда успею. Какой награды ожидаешь ты за свои услуги, если не считать
того, что я дарую тебе жизнь?
-- О, мне нужно только, чтобы ты кормил и одевал меня в первое время,
-- отвечал Верпер, -- а там, если я заслужу большего, мы всегда сможем
сторговаться.
В эту минуту у бельгийца было одно только желание -- остаться в живых.
Таким образом, контракт был заключен, и лейтенант Альберт Верпер стал членом
разбойничьей шайки знаменитого Ахмет-Зека.
Вместе с дикими разбойниками-арабами дезертир-бельгиец теперь совершал
дерзкие набеги на караваны и деревни туземцев и возвращался в стан
нагруженным награбленной слоновой костью и с целыми толпами пленников,
которых потом разбойники продавали в рабство. Он старался ни в чем не
уступать своим новым товарищам и сражался с такой же яростью и жестокостью,
как и они.
Ахмет-Зек с видимым удовольствием следил за успехами своего нового
воина и начинал проникаться к нему доверием. Благодаря этому Верпер стал
пользоваться большей свободой и независимостью.
У Ахмет-Зека была одна заветная мечта; он давно ее лелеял, но не мог
найти случая осуществить ее. С помощью европейца это становилось значительно
легче, и Ахмет-Зек решил довериться бельгийцу.
-- Слышал ты когда-нибудь о человеке, которого зовут Тарзаном? --



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
РЕКЛАМА
Контровский Владимир - Последний оргазм эльфийского короля
Контровский Владимир
Последний оргазм эльфийского короля


Афанасьев Роман - Там, где радуга встречается с землей
Афанасьев Роман
Там, где радуга встречается с землей


Корнев Павел - Немного огня
Корнев Павел
Немного огня


Шилова Юлия - Сказки Востока, или Курорт разбитых сердец
Шилова Юлия
Сказки Востока, или Курорт разбитых сердец


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.