Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (21)
  2. Аллан Кватермэн (17)
  3. Гнев дракона (16)
  4. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (14)
  5. Начало всех начал (14)
  6. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (11)
  7. Кредо (11)
  8. Путь Кейна. Одержимость (9)
  9. Память льда (9)
  10. Обратись к Бешенному (9)
  11. Второй уровень. Весы судьбы (8)
  12. Аквариум (8)
  13. Омон Ра (7)
  14. Роксолана (7)
  15. Летучий Голландец (7)
  16. Требуется чудо (6)
  17. Пелагия и красный петух (том 2) (6)
  18. Тимур и его команда (6)
  19. К "последнему" морю (6)
  20. Армагеддон (5)
  21. По тонкому льду (5)
  22. Круг любителей покушать (5)
  23. Странствующий теллуриец (5)
  24. Свет вечный (5)
  25. Пирамида (5)
  26. Ричард Длинные Руки - 1 (5)
  27. Полковнику никто не пишет (4)
  28. Смягчающие обстоятельства (4)
  29. Колдун из клана Смерти (4)
  30. Демон и Бродяга (4)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Зарубежная фантастика — > Говард Роберт — > читать бесплатно "Черная гончая смерти"


Говард Роберт


ЧЕРНАЯ ГОНЧАЯ СМЕРТИ


1. Убийца во мраке
Египетская тьма! Эта фраза чересчур красноречива для
ощущения полного покоя, поскольку подразумевает не только
кромешную темень, но и населяющие ее невидимые существа из тех,
что снуют во мраке, избегая солнечного света и хищно бродят
где-то за пределами обыденной жизни.
Такого рода мысли проносились в моей голове однажды ночью,
когда я наощупь пробирался по узкой тропе, петляющей в глуши
соснового леса. Эти мысли, скорее всего, сопутствуют любому
человеку, осмелившемуся вторгнуться ночью в ту глухую часть
орошаемой реками лесистой территории, которую чернокожие по
некой загадочной расовой причине называют "Египтом".
Можно сказать, что по эту сторону лишенной света адской
бездны нет тьмы кромешнее абсолютного мрака сосновых лесов.
Казалось, еле угадываемая тропа петляет меж осязаемых "стен"
эбенового дерева. Моему торопливому, по мере сил, продвижению
по тропе помогало чутье обитателя сосновых лесов, но к спешке
примешивалась крайняя осторожность, а мой слух приобрел почти
невероятную чуткость. Подобная осмотрительность возникла во мне
отнюдь не благодаря жутким размышлениям, навеянным темнотой и
тишиной. Для осторожности у меня была веская материальная
причина. Пусть по земным дебрям бродят привидения с зияющими
окровавленными глотками и людоедским голодом, как уверяют
негры, но я опасался вовсе не привидений. Я прислушивался к
треску веточни под огромной плоской стопой, к любому звуку,
предшествующему нападению убийцы из черного мрака. Существо,
которого я опасался, внушало Египту страх несравнимо больший,
нежели любой бормочущий призрак.
Этим утром из цепких рук закона вырвался опаснейший
негрдушегуб, отяготивший свою совесть ужасными убийствами.
Заросшие кустарником берега реки вниз по течению прочесывали
ищейки, за которыми следовали суровые мужчины с ружьями.
Они искали его возле рассеянных черных поселений, зная,
что негр стремится в нужде к людям своего племени. Но я знал
Топа Брэкстона лучше них; я знал, что он отличался от
характерного типа своей расы. Он был необычайно примитивен и
атавистичен в достаточной мере, чтобы ринуться в необитаемые
дебри природы и жить подобно обезумевшей от крови горилле в
одиночестве, способном устрашить и измучить более заурядного
представителя его народа.
Поэтому, в то время, как охота продвигалась в другом
направлении, я выехал верхом к Египту, один. Но я углубился в
эту необитаемую местность не только ради поисков Брэкстона.
Моей целью было предупредить, а не искать. В глуши соснового
лабиринта уединенно жил белый человек со своим слугой и любой
обязан был предупредить их о том, что неподалеку от их хижины
мог затаиться только что проливший кровь убийца.
Возможно, я был глуп, продолжив путь пешим, но мужчины под
фамилией "Гарфилд" не привыкли откладывать дело на полдороге.
Когда мой конь вдруг захромал, я оставил его у одной из
негритянских хижин, граничащих с территорией Египта и пошел
дальше пешим. Ночь застала меня на тропе и я намеревался
остаться до утра у человека, которого собирался предупредить --
у Ричарда Брента. Он был угрюмым отшельником, подозрительным и
чудаковатым, но вряд ли откажет мне в приюте на ночь. Брент был
загадочным типом -- никто не знал, почему он решил уединиться в
южной части соснового леса. Он прожил в старой хижине в сердце
Египта около шести месяцев.
Неожиданно, мои размышления о таинственном отшельнике
мгновенно вылетели у меня из головы. Я замер на месте, ощущая
нервный зуд тыльными сторонами рук. Это было вызвано
пронзительным воплем в темноте, пронизанным мучительным
страхом. Он послышался где-то впереди меня, и вслед за воплем
наступила мертвая тишина, когда, казалось, весь лес затаил
дыхание и тьма еще более сгустила свой мрак.
Вопль повторился, на этот раз ближе. Затем я услышал топот
босых ног по тропе и из темноты на меня набросилась чья-то
тень.
*
Револьвер был у меня в руке и я машинально выставил его
перед собой, чтобы отпугнуть нападающего. Единственным, что



удержало меня оттого, чтобы нажать на курок, было тяжелое
прерывистое дыхание чужака -- признак испуга и боли. Вне себя
от страха мужчина налетел на меня и, вскрикнув, рухнул
навзничь.
-- О Боже, спаси меня! -- всхлипывая захныкал он. -- Боже,
сжалься надо мной!
-- Что за чертовщина? -- осведомился я, чувствуя, как от
его мучительного бормотания шевелятся волосы на моей голове.
Несчастный узнал мой голос и попытался обхватить мои
колени.
-- Ох, масса Кирби, не дайте ему поймать меня! Он уже убил
мое тело, а теперь хочет мою душу! Это я -- бедный Джим Тайк.
Не дайте ему схватить меня!
Я зажег спичку и смотрел на него в изумлении, пока она не
догорела до самых пальцев. Чернокожий валялся передо мной в
пыли, закатывая глаза. Я хорошо знал его -- один из негров,
живущих в крошечных бревенчатых хижинах на окраине Египта. Джим
был обильно обрызган кровью и я предположил, что он смертельно
ранен. Лишь всплеск энергии, вызванный лихорадочной паникой
позволил ему пробежать немалое расстояние. Кровь хлестала из
порванных вен и артерий в его груди, плечах и шее, а раны
выглядели ужасно -- рваные дыры, проделанные отнюдь не пулей
или ножом. Одно ухо было оторвано и висело на огромном куске
плоти, как будто вырванном из его челюсти и шеи клыками
гигантского зверя.
-- Кто это сделал? -- воскликнул я, когда догорела спичка
и негр превратился в маячившее у земли еле различимое пятно. --
Медведь? -- Произнося это, я вспомнил, что ни одного медведя не
видели в Египте вот уже тридцать лет.
-- Это он! -- донеслось из темноты снизу хриплое
всхлипывающее бормотание. -- Белый человек пришел в мою хижину
и попросил проводить его к дому мистера Брента. Он сказал, что
у него болит зуб и поэтому перевязана голова, но бинты сползли
и я увидел его лицо -- за это он меня и убил.
-- Хочешь сказать, что он натравил на тебя собак? --
спросил я, поскольку его раны напоминали то, что я видел на
затравленных свирепыми псами животных.
-- Нет, сэр, -- еле слышно всхлипнул негр. -- Он сделал
это сам -- а-ааа!
Бормотание оборвалось воплем, когда смутно различимый в
темноте Джим повернул голову и уставился туда, откуда пришел.
Смерть, повидимому, настигла его в момент вопля, потому что он
оборвался на верхней ноте. Бедняга судорожно дернулся, как
сшибленный грузовиком пес, и застыл недвижимый.
Я всмотрелся в темноту и разглядел на тропе, в нескольких
ярдах от себя смутные очертания фигуры. Она казалась высокой и
прямой, походила на человека и хранила молчание.
Я хотел было окликнуть неизвестного, но вдруг неописуемый
ужас окатил меня ледяной волной, приморозив язык к небу. Это
был первобытный и парализующий страх, но я не мог понять,
почему эта безмолвная и неподвижная тень внушила мне такой
беспричинный ужас.
Фигура вдруг быстро двинулась ко мне и я сумел вымолвить:
-- Кто ты?
Ответа не было, но тень прибавила шагу и, пока я нашаривал
спичку, приблизилась почти вплотную. Я чиркнул спичкой -- и
тень со свирепым рычанием кинулась на меня, спичка была вырвана
из моих пальцев и погасла, а я почувствовал сбоку на шее острую
боль. Мой револьвер почти сам по себе наугад выпалил и его
вспышка ослепила меня, не позволив рассмотреть высокую
человекоподобную фигуру, с треском бросившуюся в заросли, после
чего мне оставалось лишь пошатываясь побрести по лесной тропе
дальше.
Чертыхаясь, я отыскал очередную спичку. Кровь сбегала по
моему плечу, напитывая рубаху. Чиркнув спичкой, я осмотрел рану
и по моей спине пробежал холодок. Рубаха была порвана и тело
под ней слегка оцарапано; рана казалась незначительной, но меня
охватил неведомый доселе ужас, потому что рана напомнила мне
те, что были на несчастном Джиме.
2. "Мертвецы с порванными глотками"
Джим Тайк был мертв, он лежал ничком в луже собственной
крови, пьяно раскинув испачканные красным конечности. Я с
опаской всмотрелся в окружающий лес, спрятавший в себе убившее



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7
РЕКЛАМА
Херберт Фрэнк - Муравейник Хеллстрома
Херберт Фрэнк
Муравейник Хеллстрома


Шилова Юлия - Запасная жена
Шилова Юлия
Запасная жена


Посняков Андрей - Разбойный приказ
Посняков Андрей
Разбойный приказ


Корнев Павел - Экзорцист
Корнев Павел
Экзорцист


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.