Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ


ТОП-5 ПОПУЛЯРНЫХ РАЗДЕЛОВ
  1. Русская фантастика
  2. Детектив
  3. Женский роман
  4. Зарубежная фантастика
  5. Приключения

ТОП-30 ПОПУЛЯРНЫХ КНИГ ЗА МЕСЯЦ
  1. Любовница на двоих (75)
  2. Ни мужа, ни любовника, или Я не пускаю мужчин дальше постели (22)
  3. Колдун из клана Смерти (18)
  4. Заклятие предков (17)
  5. Свирепый черт Лялечка (16)
  6. Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях (14)
  7. Аквариум (14)
  8. Пелагия и красный петух (том 2) (14)
  9. Признания авантюриста Феликса Круля (13)
  10. Поводыри на распутье (11)
  11. Чудовище без красавицы (10)
  12. Бубен верхнего мира (8)
  13. О бедном Кощее замолвите слово (8)
  14. Гнев дракона (8)
  15. Гиперион (7)
  16. Вещий Олег (7)
  17. Брудершафт с Терминатором (6)
  18. Покер с акулой (6)
  19. Роксолана (6)
  20. Его сиятельство Каспар Фрай (5)
  21. Путь Кейна. Одержимость (5)
  22. Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока (5)
  23. Цифровая крепость (4)
  24. К "последнему" морю (4)
  25. Ричард Длинные Руки - 1 (4)
  26. Шпион, или повесть о нейтральной территории (4)
  27. Яфет (4)
  28. Журналист для Брежнева (4)
  29. По тонкому льду (4)
  30. Чародей звездолета "Агуди" (3)

Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Приключения — > Жюль Верн — > читать бесплатно "С Земли на Луну прямым путем за 97 часов 20 минут"


Жюль Верн


С Земли на Луну прямым путем за 97 часов 20 минут



---------------------------------------------------------------
Перевод с французского: Марко Вовчок
Изд: Ж.Верн. Собр. соч. в 6 т. Т.1, "Современный писатель", М., 1993
OCR: Новиков Василий Иванович
---------------------------------------------------------------


¶ГЛАВА ПЕРВАЯ. "Пушечный клуб".§
Во время Гражданской войны в Соединенных Штатах новый чрезвычайно
влиятельный клуб возник в Балтиморе, главном городе штата Мэриленд. Мы
знаем, с какою силой пробудился тогда военный дух американцев -- этого
народа предпринимателей, купцов и механиков. Простые торговцы бросали свои
прилавки и внезапно превращались в капитанов, полковников и генералов,
отлично обходясь без дипломов военных училищ Вест-Пойнта; они быстро
сравнялись в "военное искусстве" с европейскими своими собратьями и, подобно
им, не жалея ядер, миллионов, а главное, людей, стали одерживать победу за
победой.
А в артиллерийской науке -- в баллистике -- американцы, на диво всем,
даже превзошли европейцев. Нельзя сказать, чтобы их приемы стрельбы достигли
большего совершенства, но они создали орудия необычайных размеров, бившие на
неслыханные до тех пор расстояния. В искусстве настильного, навесного и
ураганного огня, флангового, продольного и тылового обстрела англичане,
французы и пруссаки достигли высокого совершенства; но их пушки, гаубицы и
мортиры кажутся простыми пистолетами по сравнению с колоссальными орудиями
американской артиллерии.
Впрочем, тут нечему удивляться. Янки -- первые механики в мире; они
словно родятся инженерами, как итальянцы -- музыкантами, а немцы --
метафизиками. Естественно, и в артиллерийскую науку они внесли свою смелую,
подчас дерзкую изобретательность. Отсюда -- их гигантские пушки, гораздо
менее полезные, чем их швейные машины, но столь же удивительные и вызывающие
еще большее восхищение. Всем известны необыкновенные огнестрельные орудия
Паррота, Дальгрина и Родмена. Их европейским коллегам Армстронгу, Пализеру и
Трей-де-Болье оставалось только преклониться перед своими заморскими
соперниками.
Во время кровопролитной войны северян с южанами артиллеристы
пользовались особенным почетом. Американские газеты с восторгом возвещали об
их изобретениях, и, кажется, не было такого мелкого лавочника или
невежественного bооbу [1], который день и ночь не ломал бы голову над
вычислением сумасшедших траектории.
А когда у американца зародится идея, он ищет товарища, который разделил
бы ее. Если во мнениях сойдутся трое, то один из них немедленно избирается
председателем, а двое других -- секретарями. Если их четверо, то назначается
архивариус -- и готово "бюро". Если их пятеро, то созывается "общее
собрание" -- и клуб учрежден!
Так было и в Балтиморе. Первый, кто изобрел новую пушку, вступил в союз
с первым, кто согласился эту пушку отлить, и с первым, кто взялся ее
высверлить. Так возникло "ядро" "Пушечного клуба". Через месяц клуб
насчитывал уже 1833 действительных члена и 35 365 членов-корреспондентов.
Всякому желающему вступить в члены клуба ставилось conditi o sine qua
non [2], он должен был изобрести или, по меньшей мере, усовершенствовать
пушку, а в крайнем случае какое-нибудь иное огнестрельное оружие. Нужно,
однако, сказать, что изобретатели пятнадцатизарядных револьверов, нарезных
штуцеров и сабель-пистолетов не пользовались особым почетом. Артиллеристы
всюду и везде их затмевали.
-- Уважение, которое они приобретают,-- провозгласил однажды один из
самых ученых ораторов "Пушечного клуба",-- прямо пропорционально "массам" их
пушек и "квадратам расстояний", которые пролетают их снаряды.
Еще немного -- и можно было бы распространить Ньютонов закон всемирного
тяготения на всю духовную жизнь.
Легко себе представить размах американской изобретательности после
учреждения "Пушечного клуба". Военные орудия начали принимать колоссальные
размеры, а снаряды стали перелетать через все дозволенные расстояния, иной
раз разрывая в клочки безобидных прохожих. Все эти изобретения скоро
оставили далеко позади скромные по своим размерам европейские орудия. Вот
цифры.
Прежде, "в доброе старое время", ядро в тридцать шесть фунтов весом
могло прострелить на расстоянии трехсот футов лишь тридцать шесть лошадей,
поставленных поперек его пути, или шестьдесят восемь человек. Это была
младенческая пора артиллерийского искусства. С тех пор снаряды далеко
улетели вперед. Например, пушка Родмена била на расстоянии семи миль, и ее



ядро, весом в полтонны, легко могло "скосить" сто пятьдесят лошадей и триста
человек. В "Пушечном клубе" был даже возбужден вопрос, не произвести ли этот
смелый опыт. Но если лошади и согласились бы подвергнуться подобному
испытанию, то среди людей, к сожалению, охотников не нашлось.
Во всяком случае, эти орудия были весьма смертоносны: при каждом их
выстреле сражавшиеся падали целыми рядами, словно колосья под ударами косы.
И какими жалкими по сравнению с такого рода снарядами показалось бы и
знаменитое ядро, которое в 1587 году в битве при Кутра сразило двадцать пять
человек, и то, которое в 1758 году при Цорндорфе убило сорок пехотинцев, и,
наконец, австрийская пушка, поражавшая в битве при Кессельдорфе каждым своим
выстрелом семьдесят человек. Что значили теперь наполеоновские пушки,
убийственный огонь которых решил судьбу сражений при Иене и Аустерлице? Все
это были лишь первые цветочки! В битве при Геттисберге конический снаряд,
выпущенный из нарезной пушки, разом уложил сто семьдесят три южанина, а при
переправе через реку Потомак один родменовский снаряд отправил в лучший мир
двести пятнадцать южан. Следует также упомянуть об огромной мортире,
изобретенной Дж. Т. Мастоном, выдающимся членом и непременным секретарем
"Пушечного клуба"; действие ее было крайне губительным: при ее испытании
оказались убитыми триста тридцать семь человек; правда, все они погибли от
взрыва самой мортиры!
Что еще остается добавить к этим красноречивым цифрам? Решительно
ничего. Поэтому никто не станет оспаривать следующих вычислений статистика
Питкерна: разделив число жертв артиллерийского огня на число членов
"Пушечного клуба", он установил, что на каждого члена приходится "в среднем"
по две тысячи триста семьдесят пять с дробью убитых!
Если вдуматься в эти цифры, то станет ясно, что единственною заботою
этого ученого общества было истребление рода человеческого (хотя и в
филантропических целях) путем усовершенствования боевых орудий, которые были
приравнены к орудиям цивилизации. Это был своего рода союз ангелов смерти,
которые в жизни, однако, отличались весьма добродушным нравом.
Необходимо, однако, добавить, что янки, как люди мужественные, не
ограничивались одними вычислениями и нередко платили собственной жизнью ради
торжества своего дела. Среди членов "Пушечного клуба" имелись офицеры всех
рангов от поручиков до генералов; военные всех возрастов: и новички в
военном деле, и старые служаки, поседевшие на боевом посту. Немало их
полегло на поле брани, и имена их занесены в почетную книгу "Пушечного
клуба", а у большинства других, вернувшихся с войны, остались неизгладимые
следы их храбрости. В клубе можно было видеть целую коллекцию костылей,
деревянных ног, искусственных рук, ручных протезов с крючком, каучуковых
челюстей, серебряных черепов и платиновых носов. Упомянутый выше статистик
Питкерн вычислил также, что в "Пушечном клубе" приходилось меньше чем по
одной руке на четырех человек и лишь по две ноги -- на шестерых.
Но храбрые артиллеристы не придавали значения таким "мелочам" и по
праву гордились, когда газеты сообщали, что в новом сражении число убитых и
раненых превысило раз в десять число выпущенных снарядов.
Настал, однако, день,-- печальный, досадный день! -- когда оставшиеся в
живых перестали убивать друг Друга и был подписан мир. Прекратились
выстрелы, замолк грохот мортир; надолго заткнули пасти гаубиц; пушки с
опущенными жерлами были размещены по арсеналам, ядра сложены в пирамиды.
Постепенно изгладились кровавые воспоминания; на полях, щедро удобренных
человеческим мясом и напоенных кровью, роскошно разрослись хлопковые
плантации; износились траурные платья, затихли страдания, и члены "Пушечного
клуба" были обречены на полную бездеятельность.
Правда, иные неутомимые изобретатели продолжали еще проектировать
невиданных размеров гранаты. Но что значила теория без практики? Залы
"Пушечного клуба" мало-помалу опустели, в передних дремали лакеи, кипы газет
на столах покрывались плесенью, из темных углов доносился заунывный храп, и
члены клуба, еще недавно такие шумные, засыпали от скуки, предаваясь в
одиночестве платоническим мечтам об успехах артиллерии.
-- Прямо в отчаяние можно прийти! -- жаловался однажды вечером в
курительной комнате храбрый Том Гантер; он протянул свои деревянные ноги к
камину, не замечая, что концы их понемногу начали обугливаться.
-- Решительно нечего делать! И надеяться не на что! Что за унылое
существование! Где то время, когда всякое утро нас будили веселые выстрелы
пушек?
-- Миновали счастливые дни! -- отозвался ретивый Билсби, машинально
пытаясь развести руками, которых у него не было.-- Славное было житье!
Бывало, изобретешь гаубицу, едва успеют ее отлить, и марш с нею на пробу
прямо по неприятелю! Потом вернешься в лагерь -- и Шерман тебя похвалит,
либо сам Мак-Клеллан тебе руку пожмет! А теперь генералы вернулись в свои
конторы и вместо снарядов выпускают... безобидные кипы хлопка из своих
складов! Клянусь святой Барбарой, будущность артиллерии в Америке рисуется
мне в самом мрачном свете!
-- Верно, Билсби! -- воскликнул полковник Блемсбери.-- Какое жестокое
разочарование!.. Зачем побросали мы свои мирные занятия, покинули свой



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
РЕКЛАМА
Акунин Борис - Ф.М. (том1)
Акунин Борис
Ф.М. (том1)


Круз Андрей - Прорыв
Круз Андрей
Прорыв


Конан-Дойль Артур - Изгнанники
Конан-Дойль Артур
Изгнанники


Корнев Павел - Аутодафе
Корнев Павел
Аутодафе


РЕКЛАМА В БИБЛИОТЕКЕ
Copyright © 2001-2012 гг.
Идея и дизайн Алексея Сергейчука. При использовании материалов данного сайта - ссылка обязательна.